Аква Маррин - Людмила Николаевна Жукова

Одного человека как-то спросили:

— Если бы тебе дали на выбор управлять любой силой, то какую ты бы выбрал?

— Управлять водой?

— Водой? Всего лишь водой?

— Ну, да. Вода — это 2/3 нашей планеты, в каждом живом существе есть вода. Без еды человек может прожить три-четыре недели, а без воды три-четыре дня. Ты только представь, что я мог бы устроить наводнение, которое сотрёт с лица земли всю человеческую расу или испарить всю воду на планете. А теперь подумай, на что согласятся пойти люди, лишь бы я этого не делал?

— На всё?

— Именно!

Вода. Сколько себя помню, вокруг меня всегда была вода. Родилась я в солнечном Майями, где и жила до семи лет, потом нам пришлось переехать в Небраску. Омаха — достаточно большой город, чтобы затеряться, но даже там обрести тихую и спокойную жизнь нам с матерью не удалось. Очередной переезд, новый дом, новая школа и старые проблемы. Несколько месяцев уходит на то, чтобы освоиться, привыкнуть, наконец-то, с кем-то подружиться и всё начинается сначала. Переезд. Переезд. Переезд...

А все из-за меня, точнее моей способности. Я управляю водой. Лучше сказать, жидкостями. Это было изначально, но со временем, пытаясь научиться контролировать эту силу, я смогла управлять и теми предметами, что содержат воду, могла менять ее плотность и сама преобразовывать собственное тело в один сплошной поток. Несмотря на всю фантастичность моих способностей, это очень сильно мешало мне жить. Находясь в постоянном стрессовом напряжении и страхе потерять контроль, я срывалась. Именно из-за таких инцидентов нам с матерью приходилось менять место жительства и переезжать из одного штата в другой. Хуже всего было на своих ошибках постигать собственные возможности и пытаться их усмирить, чтобы жить как все, как нормальный человек...

В нашем мире, наполненном героями и злодеями, которых столько раз показывали по телевизору, я чувствовала себя лишней. Как им и положено, они вели двойную жизнь, и для встречи с кем-то, кто обладает способностями, нужно было знать обе их личности. А так как ни у меня, ни у мамы таких знакомых не было, то и спросить, что делать и как быть, мы не знали.

Мне было пятнадцать, когда я почти смогла овладеть эмоциями и силой. Я была очень аккуратной и осторожной, старалась делать всё, чтобы не выделяться из серой массы новых одноклассников. В том городе мы пробыли около года (новый рекорд!), и я уже начала думать, что вот она — нормальная жизнь! У меня появилась пара хороших подруг, я даже влюбилась в местного красавчика, и тут-то опять начались проблемы.

Несмотря на все мои усилия, меня за глаза продолжали называть чудачкой, и однажды решили жестоко подшутить. Так называемые «подруги», зная о моей на тот момент ещё детской и наивной влюблённости, убедили признаться ему, мол, кто-то им нашептал, что я ему тоже нравлюсь… Глупая... Зачем я повелась? Зачем решила пригласить на тот чёртов бал?!

Я стояла перед ним пунцовая от смущения, не зная куда себя деть, а ученики вокруг с интересом наблюдали за развернувшимся представлением. Однако когда я собралась с духом и подняла на него глаза, чтобы услышать ответ, он неожиданно рассмеялся, а следом за ним и все его друзья, с которыми он болтал по дороге к следующему кабинету. Он-то и открыл мне глаза на происходящее вокруг, за что ему, возможно, стоит сказать «спасибо» в каком-то смысле. Он высказал мне всё, о чем другие шептались у меня за спиной.

-... И ты не просто странная! Ты ОЧЕНЬ странная! С тобой общаются из жалости, а ты ведёшься! Даже не замечаешь, как на тебя смотрят и как смеются, стоит тебе отвернуться! Знаешь, мне противно стоять рядом с тобой, а теперь представь каково твоим «подругам», ведь им приходится терпеть тебя каждый божий день! Тебя никто и никогда не полюбит! Уродка! — На этих словах меня прорвало как плотину. Я была в ярости и отчаянии. Меня всю трясло. В ушах стоял шум из издевательского смеха и выкриков учеников.

Питьевые фонтанчики, что были расставлены по коридору, взорвались, выпуская наружу огромное количество воды. То же произошло с раковинами и унитазами в туалетах, а также трубами на всех этажах. Школу затопило, а учеников смыло огромной волной. Многие пострадали, кто-то отделался простым испугом, кто-то наглотался воды, а я... Я продолжала стоять посреди того коридора абсолютно опустошённая, так как понимала, что среди нормальных людей мне никогда не найдётся места... Я навсегда останусь белой вороной, которую никто не примет... и не полюбит...

Вода обтекала меня стороной, унося прочь всех моих обидчиков, случайных зевак, чьи-то вещи, обломки и какую-то мебель. Единственное, что меня остановило в тот момент это воспоминание о том, как цунами сносит часть города, погребая под собой огромное количество зданий, машин и людей, среди которых был и мой отец...

Мне было три. Как и в этот раз, я осталась единственной невредимой. Мне было очень страшно. Ведь это именно я попросила океан поднять волну повыше, чтобы папа, увлекающийся серфингом, показал мне кикфлип. После этого я долго сидела на берегу, кричала и плакала, просила вернуть мне папу, как волна отхлынула, выбрасывая на берег всех, кто попал в воду. Всех, кроме папы. Его так и не нашли.

Осознание того, что история может повториться, усмирило мои чувства, с трудом возвращая себе контроль. Чтобы не вызвать подозрений у взрослых, лёгким пасом намочила свою одежду и волосы, уселась между шкафчиками и, обняв колени, положила на них подбородок.

Когда прибыли полицейские, пожарные и скорая помощь, в школе царил настоящий хаос. Все кричали, кто-то плакал, кто-то стонал от боли, кто-то метался в панике. Когда всех опрашивали, я тихо сидела на улице, где часто обедала со своими «подругами». Сидя на столике и, поставив ноги на скамейку, завёрнутая в любезно предоставленный медиками плед, просто смотрела в никуда. Медсестры, убедившись, что со мной всё в порядке, и я особо не пострадала, приступили к осмотру других учеников.

— Как Ваше имя? — Ко мне подошло двое мужчин в деловых костюмах. На полицейских они не тянули, да и жетонов не видно, это заставило насторожиться. Один из них, невысокий, достаточно пожилой с прищуром