Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава

Выйдя из павильона управления дворцовых дел, Шоусюэ направилась к воротам. Вокруг царила теснота из-за плотно стоящих зданий. Среди них было и жилье для евнухов, которые здесь служили. Там же селили и тех, кто недавно попал во дворец. Они обслуживали старших товарищей.

Рядом с входом в этот павильон сидел на корточках некрупного сложения мальчик.

– Это же…

Шоусюэ направилась к нему. Стены павильона, когда-то белые, теперь были покрыты слоем пыли и плесени. Евнух спиной опирался на эту стену.

– И Сыха! – окликнула его Шоусюэ.

Мальчик резко поднял голову. Глаза красные, зрачки мутные. Да, это был И Сыха.

– Госпожа Ворона!

Он шмыгнул носом и быстро вытер глаза, затем встал и преклонил перед ней колени.

– Что ты здесь делаешь?

Девушка заставила его подняться и отряхнуть грязь с коленей. Мальчик испуганно замер, стараясь сдержать слезы.

– Как твоя служба во Дворце летящей ласточки? – спросила Шоусюэ, и глаза И Сыхи вновь затуманились.

– У… учитель… он сказал, что не может за мной присматривать… велел уходить.

– Что?!

У Шоусюэ похолодели кончики пальцев. Неужели это из-за нее? Угроза не подействовала? Или, наоборот, подействовала слишком сильно? Так или иначе, она ошиблась в расчетах.

– Прости, – извинилась она.

Но мальчик замахал руками и замотал головой.

– Нет-нет, это не из-за вас, госпожа. Это я… я говорил о призраке, и учитель испугался. Это я виноват, – удрученно сказал он.

Шоусюэ показалось, что И Сыха говорит так, чтобы ее утешить.

– Учитель оказался опасливым. Поэтому он и не хотел слушать про призрака, а когда увидел вас… – Мальчик замолчал и потупился.

Видимо, все-таки ее угроза подействовала слишком сильно. Шоусюэ оглянулась на Вэнь Ина:

– Что делать чиэру, если его выгнал наставник?

– Можно пойти к другому. А до того пока жить здесь, прислуживая старшим.

Вэнь Ин ответил слишком быстро. Видимо, так случалось нередко.

– Ясно.

– Однако, – добавил юноша, – ученику, которого выгнали, а потом приняли снова, приходится нелегко.

И Сыха закусил губу, Шоусюэ молчала.

– Ну же, Вэнь Ин! – Цзюцзю укоризненно потянула его за рукав. – А что-нибудь более приятное ты не можешь сказать?

Ответ был горьким:

– Не могу.

– Ясно. Попрошу Гаоцзюня… Нет, Вэй Цина. Умных мальчиков везде должны ценить. А до того побудешь в моем дворце.

И Сыха поднял голову, его бледные щеки быстро розовели.

– Б… благодарю вас!

– Так, может, лучше просто приписать его к Емин-гун? – с надеждой спросила Цзюцзю, но Шоусюэ покачала головой.

– Нам люди не нужны.

Она с самого начала была одна. Не хотелось бы еще увеличивать количество слуг. Ворона-уфэй живет в одиночестве. Она не подпускает к себе людей, не собирает их. Такова ее жизнь. Линян тоже так жила. К тому же… Госпоже Вороне не в чем прислуживать. Она отличается от других наложниц. А из-за того, что госпожа Ворона занимается потусторонним миром, у нее во дворце могут происходить страшные и неприятные вещи.

Девушка молча раздумывала об этом, но вдруг заметила, что И Сыха смотрит на нее.

– Что тебе?

– Ой, нет… прошу прощения.

Мальчик потупился. Евнухи не должны смотреть в лицо придворным дамам, но Шоусюэ было все равно.

– Я не сержусь.

– Я… прошу прощения… У вас очень красивые глаза, госпожа Ворона.

– Правда? – Шоусюэ слабо улыбнулась. – Линян, предыдущая госпожа Ворона, тоже так говорила.

Она пошла вперед. И Сыха продолжал смотреть на нее. Вэнь Ин и Цзюцзю направились следом.

– И вовсе нет там никаких чудовищ. Просто красивые глаза, – пробормотал мальчик на своем языке и бросился следом за остальными.

* * *

Шоусюэ вернулась во Дворец мандаринок, зайдя с черного хода – не хотелось опять попадаться Хуанян. Подозвала первого попавшегося евнуха и спросила, как себя чувствует Ши Сянь.

– С ним уже все в порядке. Он сейчас в дальних покоях, толчет чайные листья.

В задней части дворца находился небольшой дворик. Вытащив туда стул и стол, Ши Сянь толок чай в специальной ступке. Рядом сидел на корточках евнух помладше и обжаривал листья на очаге, выпаривая жидкость. Для чая разбивали спрессованные в брикет листья, обжаривали их, толкли, просеивали через сито и, наконец, заваривали.

Вокруг плыл аромат нагретых чайных листьев и легкий запах перетираемой зелени. Оба евнуха встали и поклонились Шоусюэ.

– Фуэр, позови кого-нибудь потолочь листья вместо меня, – сказал Ши Сянь молодому евнуху.

Тот недоуменно нахмурился:

– Но дамы не возьмут чай, растертый кем-то еще. На меня рассердятся.

Видимо, Ши Сянь был хорош в своем деле.

– Я извинюсь перед ними, – сказал он, выпроваживая Фуэра из дворика.

Затем снова встал на колени перед Шоусюэ.

– Прошу простить меня, госпожа Ворона, за недавнее недостойное поведение. Вам не пристало удостаивать меня такого внимания вместо того, чтобы выбранить за этот проступок.

– Ты уже хорошо себя чувствуешь?

– Да. Благодаря вам, госпожа.

– Я всего лишь позволила тебе лечь.

Шоусюэ подошла к столу и заглянула в ступку.

– Значит, ты хорошо растираешь чай?

– Дамы изволят утверждать, что чайные листья, которые я готовлю, имеют приятный аромат. Поэтому обычно я, недостойный, и выполняю эту задачу.

Вэй Цин заваривает отличный чай. Если он будет использовать растертые Ши Сянем листья, должно получиться очень вкусно. Девушка решила рассказать об этом Гаоцзюню. А может, он уже и пробовал такой напиток?

Фуэр привел еще одного евнуха на замену, и Ши Сянь отвел госпожу Ворону и ее спутников в стоявший на отшибе павильон. Здание было небольшим и очень скромным – видимо, там обитали евнухи. Проведя гостей в комнату, Ши Сянь предложил Шоусюэ стул. Два стула и маленький столик находились у решетчатого окна, у стены стояла кровать – больше в комнате ничего не было. Обстановка простая, но вокруг чистота. Вэнь Ин, Цзюцзю и И Сыха встали за спиной у хозяйки, Ши Сянь – перед ней.

Лучи солнца, падавшие внутрь сквозь решетку, заставляли висевшие в воздухе пылинки сверкать. На стене, куда солнце не попадало, лежала голубоватая тень. Стоя в нежном сиянии, словно в рамке, Ши Сянь тем не менее оказывался как будто в этой тени.

– Я говорила с Ван Вэнем. – Шоусюэ решила не ходить вокруг да около. – Он сказал, что Юй Иса убил ласточку.

Ши Сянь потупился.

– Так все и было.

А недавно он утверждал, что «был ребенком, поэтому не помнил деталей»… Видимо, теперь решил заговорить, поэтому и привел Шоусюэ в свою комнату, где не было чужих ушей.

– Мне рассказали, что он пытался добыть перо для госпожи Янь.

– Да. Сначала он собирал перья, выпавшие из хвостов ласточек. Они были красивы, поэтому