На перепутье. Даард. - Ника Летта

— Сссмешно выходит.

Кровавый змайс смотрел на него тяжело. Потому что каждое слово бывшего советника ложилось туда же, куда уже легли его собственные подозрения.

— Я не отрицаю, что Итой что-то скрывает.

— Скрывает? — Даард почти ласково повторил. — Он соврал тебе в лицо.

— Да.

— Значит, он либо предал нас, либо защищает того, кто предал. — продолжал гнуть свою линию саш Маарц.

— Или находится под воздействием.

— И ты сам в это веришь?

Дахор не ответил сразу. И именно эта пауза стала ответом.

— Вот видишшшь. — тихо зашипел друг.

— Я вижу только то, что ты сейчас хочешь крови. А мне нужны ответы.

— Иногда одно помогает получить другое.

— Не от Итоя.

— Почему?

Дахор впервые повысил голос:

— Потому что это Итой! — Даард замер, даже хвост перестал двигаться, слишком нетипичное поведение.

От Дахора он ожидал угроз, приказов или расчета, но не этого. Император медленно выдохнул и уже тише продолжил:

— Он мерзавец. Интриган. Манипулятор. Эльф до кончиков своих проклятых ушей. Но он был с нами тогда, когда у нас не было ничего. Ни трона. Ни власти. Ни страны. Только три шеи, которые слишком многие хотели переломить. И я не позволю тебе убить его, пока не узнаю, почему он солгал.

— А если ответ тебе не понравится?

— Тогда я сам решу, как он умрёт.

Вот это Даард услышал, и оценил.

— Хорошшшо, — наконец произнёс он. — Значит, ты тоже ему не веришь.

— Я верю фактам.

— Удобно.

— Неудобно. Поэтому я ещё жив.

Даард едва заметно склонил голову.

— Факты. Тогда держи ещё один. В гроте была эльфийка.

— Знаю.

— С артефактом.

— Знаю.

— И Итой — эльф.

Дахор прищурился.

— Осторожнее.

— Я не обвиняю расу. — протянул друг — Я указываю на связь.

— Нет. Ты ищешь горло, в которое можно вцепиться. — император не повелся.

— И нахожу.

Лекарь, кажется, перестал дышать. Дахор бросил на него взгляд:

— Кааиш. Приготовь успокоительное.

Саш Маарц медленно улыбнулся.

— Попробуешшшь влить в меня зелье — начну с тебя. — лекарь предупреждению внял.

У него дёрнулся хвост. На этот раз в усмешке Даарда мелькнуло что-то прежнее.

— Всё ещё умеешшшь выбирать слова. — протянул он задумчиво.

— Приходится. Мой бывший советник очнулся и снова пытается сорваться с поводка.

— Я не на поводке.

— Поэтому и опасен. — возразил ему Кровавый змайс.

Даард чуть повернул голову, будто прислушиваясь не к комнате, а к чему-то внутри себя.

— Эльфийка где?

Дахор заметил слишком резкую смену темы.

— Изолирована.

— Жива?

— Да.

— Хорошшшо.

Император медленно сузил глаза.

— Почему “хорошо”?

— Мёртвые хуже отвечают на вопросы. — был ему спокойный ответ.

— Только поэтому?

Даард не сразу ответил. Внутри, за пределами ясной человеческой мысли, что-то шевельнулось. Не так, как при мысли о Вике. И всё же иначе, чем должно было быть при мысли о враге. Чужая самка, эльфийка. Воспоминание о запахе страха, крови и магии. И чего-то ещё, неуловимого, саш Маарц сжал пальцы.

— Она была рядом с артефактом. Значит, ее привел туда Итой.

— Это ещё не доказано. — заметил Дахор.

— Докажем.

— Как?

Даард повернул к нему лицо.

— Допросим.

— Я собирался. — макнул в очевидное Кровавый змайс.

— Нет. Ты собирался ломать.

— Если потребуется — сломаю.

— Не спеши. — з верь запомнил её запах, страх, прикосновение и то, что она была рядом с Сердцем Пламени.

Дахор замер, лекарь тоже. Слова сорвались раньше, чем он успел их обдумать. И это раздражало сильнее боли. Император смотрел на него теперь совсем иначе.

— Не спешить? — медленно повторил он, впервые за ночь он услышал не ярость потерявшего хранимую змайса, а защитный оттенок.

— Она связана с печатью. Древняя магия редко рвётся без последствий.

— Ты беспокоишься о последствиях для следствия?

— Да.

Дар Дахора молчал. Не ложь. Но и не вся правда. Интересно. Очень интересно.

— С каких пор ты стал настолько бережен с мятежницами?

— С тех пор как одна мятежница может привести меня к Вике.

Имя прозвучало как якорь. И Дахор позволил ему повиснуть между ними.

— Значит, так и сделаем, — наконец сказал он. — Сначала эльфийка. Потом Итой.

— Нет.

Хвост Даарда напрягся.

— Он солгал тебе.

— Именно поэтому он будет ждать. Пусть думает, что я сомневаюсь. Пусть думает, что у него есть время выбрать новую ложь.

Не дожидась ответ от своего бывшего советника Дахор продолжил:

— А эльфийка не знает моего дара так, как знает Итой. Она уже напугана. Уже ошиблась. И если между ними есть связь, выдаст её раньше.

Даард медленно вдохнул. Логика была ненавистно верной.

— Ты хочешшшь использовать её как наживку.

— Я хочу понять, почему два моих друга за одну ночь оказались сломаны по-разному.

Даард усмехнулся.

— Один солгал. Другой ослеп. Удачная ночь для империи.

— Не испытывай моё терпение.

— А ты моё.

Дахор приблизился, теперь расстояние между ними стало опасно малым.

— Слушай меня внимательно, саш Маарц. Я тоже хочу ответов. И если Итой предал нас, я не стану прятать его за прошлым. Но если ты сорвёшься раньше времени и уничтожишь единственную нитку, я снова запру тебя. И в этот раз не в лабиринте.

Даард чуть наклонил голову.

— Угрожаешшшь?

— Предупреждаю.

— Я скучал по нашей дружбе.

— Взаимно.

На миг между ними мелькнуло что-то прежнее. Не мягкость и доверие. А привычка стоять спина к спине даже тогда, когда каждый готов перегрызть другому горло за неверное решение. Даард первым отвёл голову.

— Хорошшшо. Сначала эльфийка.

Дахор не расслабился.

— При одном условии.

— Мне не нравятся условия.

— Переживёшь. Слова сорвались раньше, чем он успел их обдумать. И это раздражало сильнее боли. И ты не тронешь её без моего приказа.

— Если произнесёт имя Итоя?

Дахор задержал взгляд на его лице.

— Тогда мы оба будем очень внимательно слушать.

Даард медленно кивнул.

— А если подтвердится?

— Тогда Итой ответит.

— Перед тобой? — уточнил бывший советник.

— Перед нами.

Этого обещания было пока достаточно.

— Кааиш, — не оборачиваясь, произнёс Дахор.

Лекарь вздрогнул.

— Да,