Вечерний изумруд - Иника Мин

– После тренировки зайди в кадры, они должны были подготовить все необходимое. Вечером я буду занят, поэтому по всем вопросам обращайся к Владу. Мне сейчас тоже нужно в управление, поэтому я тебя подброшу. Будь готова, я переоденусь – и мы выдвигаемся.

Я кивнула. В этот самый момент мой желудок решил напомнить о себе, предательски заурчав.

Мстислав остановился, смотря на меня:

– Ты не позавтракала? Я же еще вчера сказал – можешь перекусить всем, что найдешь.

– Все нормально. Я потерплю, не обращай внимания.

– Потерпишь? Как долго ты будешь терпеть? Пошли.

Он сменил траекторию, быстро направляясь на кухню.

– Правда, все нормально. К тому же я вчера проверила холодильник – у тебя совершенно нет еды.

Мстислав как будто меня не слышал:

– У нас есть минут десять, чтобы перекусить. Голодной тебе быть нельзя, сегодня начинаются тренировки. Садись. Я сварю кашу.

Я не стала спорить, ведь не ела почти сутки, и села за стол.

– Вот, пей. Кофе закончился, чая у меня нет. – Он поставил передо мной кружку с водой.

Это была та самая кружка, которая вчера стояла в холодильнике. Сам же Мстислав достал из кухонного ящика пачку овсяных хлопьев, насыпал их в небольшую кастрюлю и залил водой.

– А что за тренировка сегодня будет? Стрельба? Или единоборства?

– И то и другое. Для начала нужно посмотреть, на что ты способна. Ты уже была охотником, проходила подготовку, надеюсь, особых проблем с этим не возникнет.

– Да, но прошло уже девять лет.

Он не ответил. Эта его манера игнорировать собеседника ужасно раздражала. Я тоже замолчала, слушая шипение закипающей каши.

Когда овсянка была готова, Мстислав выложил ее в глубокую тарелку, поставил передо мной и протянул ложку. Сам сел напротив, закуривая сигарету. Жижу эту трудно было назвать чем-то съедобным. Я бы не стала рисковать, если бы не хмурый взгляд командира. Неуверенно зачерпнув ложку, я поднесла ее к носу: пахло тоже отвратительно.

– А можно мне немного сахара?

– У меня нет сахара.

Я обреченно вздохнула и запихнула в себя эту несчастную ложку. Как и думала – отвратительно. Я тут же сделала глоток воды.

– Ты всегда сам себе готовишь? – Я пыталась заговорить ему зубы и незаметно отставить тарелку.

– Нет. Редко.

– Понятно.

Он продолжал пялиться. Все же без формы он выглядел совершенно иначе: по-домашнему, а не как какой-то бандит. Я даже немного расслабилась.

– Боше, ну и рожу ты скривила, как будто я тебя землю есть заставил. Настолько невкусно?

Я моргнула. «Боше»? Он всегда так говорит? Я не стала прямо уточнять, отвечая:

– Честно? Да.

– Ну и не ешь. – Он выхватил тарелку.

Хоть он и пытался говорить спокойно, было видно, что его задело.

– Только не злись, хорошо? Это даже жевать невозможно.

– Теперь понятно, почему у тебя до сих пор нет мужа. Только и знаешь, как критиковать и грубить. Что ж, видимо, придется тебе работать охотником до самой смерти, с таким-то характером.

Его понесло. Совершенно внезапно, но он действительно вспылил. Я так ждала этого, однако теперь испугалась. Меня снова унизили, смешали с дерьмом просто так. Я же обещала себе, что больше никогда не буду терпеть? Неужели я так и осталась той слабой шестнадцатилетней девочкой, которая не может постоять за себя? Я сама не заметила, как рука потянулась к кружке, а в следующую секунду ее содержимое уже было на лице Мстислава. Он успел только зажмуриться. Совершенно не ожидал этого. Впрочем, как и я.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Хоть он и был не прав и вел себя по-свински, но выплеснуть на него воду… я вообще в своем уме? Мало того что нахожусь у него дома, мало того что раздражаю его со вчерашнего вечера, а теперь, когда вытворила такое… Какие же будут последствия? Он же охотник. Им чужда человечность. А этот тип – он опасен. Жесток и эмоционально отстранен, ему ничего не стоит избить меня. Жаловаться в бюро будет бесполезно. И главное: не стоит забывать, что он может навредить Васе или сдать меня руководству как преступницу…

Мстислав все продолжал неподвижно сидеть. Хоть мне и было страшно, но я была уверена в одном – терпеть унижения я больше не намерена. Даже если это будет стоить мне жизни. Поэтому, вопреки здравому смыслу, я произнесла дрожащим голосом:

– Я не позволю себя оскорблять. Я лишь сказала то, что думаю. У меня не было цели задеть тебя. Ты пытался сделать как лучше – за это спасибо, правда. Но и у меня есть гордость.

Это звучало так жалко. Я говорила, что никому не дам себя обидеть, и едва не плакала. Смех да и только.

Мстислав наконец пошевелился. Он поднял на меня злые змеиные глаза, и я вжалась в стул. Сердце бешено колотилось. Он вскинул руку, и я тут же опустила голову и зажмурилась.

– Что ты делаешь? – спокойно спросил он.

Я открыла глаза. Он всего-навсего взял со стола салфетку, вытер лицо и непонимающе взглянул на меня. Я снова потупила взор, не зная, что ответить. «Я думала, ты разозлился и хочешь ударить, потому что все вы, охотники, одинаковы: не знаете жалости», – это я должна была заявить?

– Успокойся. Я не собирался ничего делать! – Он замолчал, а после паузы сказал то, что я совершенно не ожидала услышать: – Я был не прав, извини. У меня проблемы с выражением мыслей. Почти всегда слова звучат слишком резко. Как бы то ни было, твой характер не лучше моего. Но прозвучало это… как-то некрасиво. В общем, проехали. Спускайся и жди у машины, я переоденусь и подойду.

Он тут же встал из-за стола и прошел мимо меня.

Он извинился? Этот человек? Хоть извинение и звучало грубо и нелепо, но… я не ожидала. Может быть, Мстислав не так уж плох? Если подумать, то не только он, но и его зам, Влад, был ко мне добр… Стоит ли прислушаться к сестре и дать им шанс?

Я мотнула головой в ту же секунду, как подумала об этом. Вот еще, довериться охотникам! До каких еще абсурдных мыслей мне предстоит докатиться? Однажды я уже возложила надежды на приятного с виду командира, который после не жалел меня ни на заданиях, ни в бюро и приказывал держать язык за зубами, намекая, что за попытку донести низвергнет меня в настоящий ад своей «заботы».

В любом случае не стоит расслабляться.