Видящие. Скрывающиеся в тени - Лина Таб

Киваю, прикусывая губу.

— Мне нравилось это ощущение, оно привычное, родное. И я боялась потерять его. Боялась потерять опору. Но я изначально понимала, что ты попросту решил помочь мне и держалась за это понимание. Ко всему прочему, это были первые мои отношения, да и твое внимание не могло не нравиться. Но я малодушно боялась услышать от тебя правду, что ты со мной не по-настоящему, что это просто защита. Боялась, что мой мир рассыплется и все больше привязывалась при этом.

— Поэтому, предпочла быть ведомой, соглашаясь со всем и позволяя себе тонуть в собственном саморазрушении, — произносит серьезно, останавливаясь и сканируя меня довольно тяжелым взглядом.

— Да, — произношу почти шепотом.

— Я это понял, Ксюш, но уже после того, как вышел за дверь тогда. И знаешь, ты права, нам стоит говорить. Психолог моего отца, с которой он крутил роман часто говорила ему, что стоит разговаривать друг с другом, чтобы выстроить отношения. Не додумывать, а озвучивать. И думаю, она была права.

Удивленно распахнув глаза, я даже не знала, что ответить.

С моих губ сорвалось нервное хихиканье.

— Крутил, в прошедшем времени… как понимаю, роман уже закончился, так как твой отец не желал говорить?

— Бинго! — произносит со смешком Дан, — отец считал, что она делает ему мозги, но она была адекватной теткой, хорошо, что не сошлась с моим отцом.

— Вы с ним не ладите?

— Ладим, если забываем о существовании друг друга и не лезем с советами, как жить, — усмехается Дан, но как-то мрачно, — в целом, ему на меня плевать.

— А мама? Они в разводе как я поняла?

— О, нет. Они не в разводе. Они просто разошлись, ведь отец полностью содержит мать и если они разведутся, то мать потеряет содержание, так как я совершеннолетний да и живу все-таки под одной крышей именно с отцом, а отцу удобно иметь видимость крепкого продолжительного брака, ведь мать периодически сопровождает его на важные встречи. Вот такие вот высокие отношения.

— Ужас какой, — произношу глухо, прижимая ладони к щекам, — с мамой у тебя тоже прохладные отношения?

— Ага, и если не против, хватит о них. Мне это обычно портит настроение, — произносит мрачно, хмыкнув и сцапав мою ладонь, — но я согласился быть честным с тобой, поэтому сказал и думаю, этого хватит, чтобы понять, как обстоят дела, — улыбается натянуто.

Киваю, облизав губы и обнимаю Дана за шею, притянув его голову к себе.

Но Дан тут же поймал мои губы своими, утягивая в поцелуй.

Вот только от поцелуя опять что-то отвлекло, потому что Дан резко замер, переведя быстрый взгляд за спину и тяжело выдохнул, отстраняясь от меня.

— Пойдем обратно, — произносит устало.

— Кто там был? — я снова верчу головой, понимая, что мы одни.

— Никого, Ксюш, — произносит как-то устало, — просто кажется, сейчас снова пойдет дождь, на меня капнуло.

Эти слова вновь царапают меня. Мне кажется, что он вновь увиливает и поэтому всю дорогу, пока мы идем обратно, пытаюсь наблюдать за поведением Дана. Но он такой, как обычно. Болтает весело и постоянно старается прижать меня к себе.

В голове начинают вертеться мысли и воспоминания о других подобных моментах и против воли, в сознание начинают прокрадываться опасения, что возможно, действительно что-то не так. От варианта, что у Дана что-то с головой, который я всячески подавляю, до чего-то совсем нереального, что Дан видит то, что не видят остальные. Но это уже ближе к мистике и совсем уж не в ту степь. Да и то, это скорее под влиянием просмотренных фильмов.

Надеюсь, что мне все-таки кажется и у этого странного поведения есть простое объяснение. Например, элементарный страх большого сильного мужчины перед банальным слизняком, в котором он просто стыдится признаться. Это хотя бы логично и приземлено.

На следующий день я иду на пару Майна выпив успокоительного и пролистав все написанные лекции по предмету, готовая отбиться от любого каверзного вопроса.

Но к моему огромному удивлению, Мирослав Алексеевич вовсе не наказывает меня за вчерашнее, он лишь задает мне вопрос по теме, на который я к счастью отвечаю и все. То есть, его внимание ко мне было не более чем к остальным. Поэтому, к концу пары я выдыхаю, а настроение ползет к отметке прекрасное.

Но выйдя из аудитории, в коридоре вновь сталкиваюсь со Стасом.

— Стас, подожди пожалуйста, — задерживаю его.

Парень останавливается и улыбнувшись, разворачивается ко мне.

— Привет, — поизносит бодро и а как мне кажется, совершенно без обид.

— Привет, — тоже стараюсь улыбнуться, — слушай, я хотела извиниться перед тобой. Я с Давианом… в общем, — мне сложно объясняться, да и вообще, не приходилось ничего подобного делать.

— В общем, тебе нравится он, а не я. Я это уже давно понял и рад, что у вас все наладилось, хотя и предпочел бы, чтобы он свалил с твоей дороги, потому что ты все еще мне нравишься, а методы Дана весьма жестоки, — произносит уже без улыбки.

Я тоже перестаю улыбаться.

— Извини, эмм да, спасибо, что понимаешь, — заправляю волосы за ухо и обхватывая себя за плечи.

— У тебя же все ок? — спрашивает он как-то странно, будто всматриваясь в мое лицо и ища ответы.

— Ну да. А у тебя?

— И у меня ок, — произносит спокойно и снова улыбается, — за меня не переживай, я в состоянии принять отказ, — улыбается.

— Спасибо, — улыбаюсь и облегченно выдыхаю.

— Будь осторожна, Ксюш, — Стас снова серьезен, — и ели что-то вызывает вопросы или кажется странным, лучше спроси, окей? — произносит странные слова, вызывая холодные мурашки по телу.

Кажется, у меня уже паранойя. Я хмурюсь.

— Окей. Спасибо и пока.

Я отхожу от Стаса и ко мне тут же подходит Дан, укутывая в надежные объятия, будто стараясь защитить. Он хмурится и всматривается в мое лицо, даже крутит держа за подбородок пальцами.

— Ты же просто объясниться пошла? Что с настроением? Что он тебе сказал? — закидывает вопросами Дан и я опять ловлю себя на мысли, что все вокруг будто что-то знают.

— Он сказал быть осторожной и всегда задавать вопросы, — признаюсь честно следя за реакцией Дана.

Но Дан чертыхнувшись, посмотрел мрачно в ту сторону, куда ушел Стас и сжал мою руку.

— Он видимо рассчитывает, что я все же тебя обижу, — произносит Дан, опустив ладонь мне на щеку и