Невольная истинная 2 - Юлия Александровна Пульс

там: на руках носят! Кожа бледная, вспотевшая, волосы висят блеклыми веревками, а тело постоянно и бесконтрольно дрожит. Хорошо хоть магия сегодня молчит, слишком ослабла я за время отравления. У мамы тоже было неприятие спиртного, я никогда не думала, что мне передастся. Раньше никогда и не пила столько: пригубить могла, но не более. Из-за отца я воспринимала алкоголь, как зло, которое лучше сторониться. И не зря, как оказалось.

Торн ворвался в зал разъяренным зверем. На лице ни следа от удара не осталось. Лекарь быстро подлатал. Только брызги крови на вороте белого камзола напоминали о случившемся.

— Приветствую, ваше величество! — Фолкнер поклонился и подошел к краю стола. Не дожидаясь приглашения короля к разговору, задыхаясь от возмущения, начал выдавать: — Этот… граф Бледд, пользуясь независимостью Сорейн перед Дренером, украл у меня жену, надругался над ней и отказывается возвращать Мериди! У нас нерушимый брак! Где такое видано?! Я требую немедленно королевским указом заставить Адриана отдать мне жену! Иначе это грозит военным конфликтом!

— Лиэн? — король нахмурился, светлые посеребрянные брови сошлись на переносице. — Это правда?

Я вжалась в стул. Близость Торна пугала..

— Да, я украл Мери, — спокойно ответил Адриан. — Меня к ней потянуло. На все воля Эстиер. Герцогиня — моя истинная пара. У нас высшая степень связи. Нам друг без друга не жить.

— Какая чушь! Вранье! Опять его фокусы! — альен уже брызжел слюной от злости.

А меня от его голоса еще больше стискивало, я скоро сольюсь с креслом.

— Мериди? — обратился ко мне король, а я не могла говорить, горло будто пережало. Беспомощно посмотрела на Адри.

Он погладил мою ладонь и магия четырех стихий мягко потекла по венам, согревая теплом, успокаивая.

— Ты хочешь вернуться к мужу? — спросил Адриан, коснувшись моей щеки.

— Нет, — прохрипела, — никогда. Ни за что.

— Они сговорились! Я требую проверку на истинность! — закричал Торн.

Адриан обнял меня за плечи и прижал к себе.

— Все хорошо. Не волнуйся, — прошептал мне на ухо и невесомо поцеловал.

— Возмутительно! Что он себе позволяет?! Она мне принадлежит!

Его величество приподнял руку, затыкая этим жестом герцога.

— Лиэн, — глядя на графа, король говорил довольно жестко, — вы готовы пройти проверку?

— Да. Я готов прямо сейчас, — он еще теснее меня прижал, продолжая согревать магией.

А я передавала ему свою дрожь и с трудом держала спину ровно. Присутствие герцога, человека, что навеки останется моим мужем, нервировало.

— Я тоже… — вскинула взгляд и, справляясь со страхом, посмотрела Торну в глаза, — готова.

Он сжимал кулаки и кипел от ярости. В ледяных стальных глазах металась вьюга. Его лицо перекосило. Казалось, альен постарел на несколько лет за время этого разговора.

— Это ничего не поменяет! Брак магический. Заключен с благословения Эстиер. Его разрушит только смерть, — прошипел он.

— Боюсь, что он прав, Адриан, — сказал король Харт и, щелкнув пальцами, высек из воздуха легкий порох синего льда. Он мягко провел пальцем по ободу браслета на руке, похожего на наш с Адри, и очень тепло произнес:

— Подойди в кабинет. Нужно истинность пары проверить. Это важно.

Я смотрел на довольно ухмыляющегося Торна и отчаянно душил в себе желание порвать его на мелкие куски. Тварь! Стоял и испепелял взглядом мою дрожащую в страхе девочку. Я чувствовал, каким диким ужасом ее сковало. Глотал эту боль, успокаивал Мери, хотя самого трясло от злости.

В край обнаглев, я усадил ее себе на колени и погладил по волосам. Задержал взгляд на Харте. Король должен понимать, как метка действует на пару. Оторвать от меня истинную и вернуть другому — все равно, что убить обоих.

— Я тебя не отдам, обещаю, — шепнул Мери.

— Знаю, — проговорила она, обнимая меня за пояс. — Не могу рядом с ним находиться…

— Скоро все закончится, — я заправил выбившуюся прядь золотых волос ей за ухо. Ободряюще улыбнулся и очертил пальцами изгиб тонкой шеи, откровенно любуясь неземной красотой своей истинной.

— Это можно как-то прекратить? — рявкнул взбешенный Торн и с вызовом посмотрел на короля.

— Сейчас узнаем, — покладисто сказал его величество. — Вы бы присели, герцог Фолкнер.

Он нехотя опустился напротив нас и сложил руки на столе.

В зал вошел улыбчивый седой старик в черной мантии магистра и с посохом в руках.

— Это больно? — тихо поинтересовалась Мери.

— Нет, — я спустил ее с рук и поднялся с места.

— Приступим, — его величество тоже поднялся и, словно заменяя меня, встал рядом с девушкой.

Торн прищурился и напрягся.

— Что мне нужно делать? — она хотела тоже встать, но магистр похлопал ее по плечу.

— Не надо ничего делать, дитя, — взмахнул он навершием и красный кристалл засветился. Распустились нити священной магии и устремились на спину Мери.

В вырезе платья на ее коже проявились удивительной красоты мерцающие лозы. Стебельки затрепетали в унисон с моей меткой, что сразу активировалась и зашевелилась.

Я снял камзол и расстегнул рубашку, предъявляя парную стигму. Посох заискрил. Засияло все пространство. Круговорот золотого вихря взял нас с Мери в кольцо, оттесняя короля и выталкивая магистра из круга. Я приблизился к своей истинной, опустился перед ней на одно колено и заглянул в глаза.

— Моя… навсегда, — прошептал. Неимоверно к ней потянуло. С такой силой, что мир за пределами магического кольца перестал существовать.

Лозы стигмы на спине девушки еще сильнее распустились, поползли по шее, золотя молочную кожу. Мери с протяжным стоном опустилась рядом со мной, юбка платья вздулась шелковым облаком. Девушка, тяжело дыша, запрокинула голову, отчего густые волосы почти коснулись пола.

— Твоя… — пошевелила губами. — Навсегда…

Я заключил ее в крепкие объятия и ощутил истинное блаженство, словно мы единое целое. Самое восхитительное чувство на свете!

— Харт! Это потрясающе.

Все оборвалось, когда старик встряхнул посохом. Магия рассыпалась мерцающей пыльцой по полу. Но отпустить от себя Мери я не мог физически. Подхватил ее на руки и поднялся. Прижал девушку к груди.

— Я таких истинных меток еще не встречал. Идеальное слияние. У них будут уникальные дети, — старик качал седой головой, удивляясь.

— Дети, рожденные в магическом браке, принадлежат мужу! — Торн грубо вызверился, подскочил