Твой яд - Диана Валеса

Упала на физкультуре, — отвечаю я, осторожно опускаясь на кушетку, которую она мне указывает. Медсестра осторожно ощупывает моё колено.

Больно? — уточняет она.

Немного, морщусь я. — Но не сильно. Просто тянет.

Растяжение, скорее всего, — заключает она, доставая из шкафа эластичный бинт. — Сейчас зафиксируем, и станет легче. Пару дней без активных нагрузок, и всё пройдёт.

Спасибо, — тихо говорю я.

После этого женщина обрабатывает мои ладони, что я успела ободрать об асфальт. Я благодарю её и выхожу в коридор, направляюсь в раздевалку. Раз уж активные физические нагрузки мне противопоказаны, то я, пожалуй, отсижусь в раздевалке.

Не хочу быть у всех на виду.

Находясь в женской раздевалке, я без промедления направляюсь прямиком в душевую. Хочется поскорее смыть с себя пот и грязь. А ещё липкие взгляды всех вокруг. Так перенервничала, что пока добиралась до раздевалки, голова начала кружиться и сил почти не осталось. Возвращаться в медпункт не стала. Внутри меня по-прежнему клокочет злость на людей, которые готовы осуждать другого человека, не разобравшись во всём. Ох, как же раздражает.

А может, перевестись в другой университет? Подальше от всех, особенно от Ашера Коэна, который перевернул мой мир вверх дном. По сути, идея неплохая, осталось только об этом с мамой поговорить. Но это на случай, если станет совсем невыносимо.

Я встаю под тёплые струи воды, надеясь, что они помогут унять бурю эмоций. Закрываю глаза, слегка наклоняюсь вперёд и опираюсь руками о тёплый кафель. Дышу глубже.

Сложно сосредоточиться на учёбе, а сил будто становится вдвое меньше. Я всё чаще ловлю себя на мысли, что устаю быстрее обычного, а сегодня ещё и голова начала кружиться. Как бы кровь не пошла снова из носа. Может, это нервное?

Столько всего происходит последнее время.

Поскорее бы пришли результаты анализов. Они будут готовы только через несколько дней. Очень надеюсь, что в них будет всё хорошо, а моё состояние здоровья связано лишь со всем этим хаосом вокруг. В нашем университете оказывается четыре человека с ДНК хищника. Как остальные студенты вообще могут выносить их энергетику? Неужели только я реагирую на неё настолько остро, почти физически ощущая давящее присутствие?

Может, дело во мне, в моей восприимчивости и именно она как-то связана с ухудшением здоровья? По сути, после встречи с Ашером, кровотечение из носа усилилось. И кровь всегда идёт только после стычек с ним... И как избегать его, если этот Коэн повсюду?

Нужно будет поговорить об этом с врачом. Может, грёбаные хищники своей энергетикой моё здоровье губят. Мало ли, как они влияют на обычных людей.

Впрочем, с Мэтью всё иначе. Я не почувствовала в нём хищника с самого начала.

Он не такой, как остальные. В нём нет этой подавляющей ауры, он кажется добрее, и будто человечнее. Будто в его характере больше тепла и искренности, чем в ком-либо ещё из этой четвёрки. Хотя, я пробыла в его обществе чуть больше десяти минут. То ли ещё будет.

А вот мистер Джером Бридман совсем другое дело. Стоило ему только войти в аудиторию, как меня тут же бросило в пот, по спине пробежал неприятный холодок.

Аура остальных троих тоже какая-то мрачная и тяжёлая. Особенно у мерзавца Ашера. Подсушиваю волосы полотенцем, а затем обматываюсь в него и выхожу из душевой, направляясь к своему шкафчику. Переоденусь, высушу волосы, а потом вернусь на площадку, посижу на свежем воздухе. Как-то мне не особо хорошо в последнее время.

Дотрагиваюсь до следа от укуса Ашера на ключице. Он немного припух и временами доставляет дискомфорт. Лёгкое покалывание отдаётся при каждом неосторожном движении, и я невольно морщусь. Вот же ненормальный парень. Зачем он меня укусил? Да ещё так больно... Просто неадекватный хиЩник. Вздыхаю тяжело и открываю шкафчик, чтобы достать из него одежду и переодеться, но замираю, чувствуя, что кожа ужасно горит на спине, будто кто-то раскалённые угли высыпал. Жжение пронзительное, оно расползается от лопаток вниз, заставляя пальцы невольно вжаться в край шкафчика. Да не может быть..

Резко оборачиваюсь, встречаясь с горящими жёлтыми глазами Ашера из тёмного угла помещения. Как он сюда попал? Почему я не услышала шагов? Тело мгновенно сковывает внезапный страх, кровь стучит в висках, а дыхание сбивается.

Я делаю глубокий вдох, стараясь унять дрожь, внимательно присматриваюсь. — Ты что тут делаешь? Это женская раздевалка, — говорю я, пытаясь смахнуть страх, но голос всё равно чуть дрожит. Совсем ненормальный.

Ашер облокотился о стену и со скрещёнными руками задумчиво меня разглядывает. Его взгляд скользит по моему телу, обёрнутому только в одно полотенце. Он дышит слишком громко, глубоко и прерывисто, словно после долгого бега. От этого звука по спине бегут липкие мурашки, и я невольно сжимаю край полотенца крепче.

— Ты сам пришёл сюда, а потом будешь рассказывать всем, что я первая начала, да? Специально это делаешь, чтобы ещё больше меня унизить? — спрашиваю я.

Ашер только усмехается, качая головой:

С чего ты взяла, что я кому-то и что-то вообще рассказываю, Карина? Твоя подружка мне об этом поведала.

Во-первых, она не моя подружка. А во-вторых... - он выпрямляется, а затем двигается в мою сторону, продолжая пялиться на меня, — не важно.

Паника подступает к горлу, но я быстро ныряю между вешалками, которые стоят посередине помещения, и оказываюсь на другой стороне.

— Не подходи ко мне, — говорю я твёрже.

Одной рукой удерживаю полотенце на груди, второй хватаюсь за гимнастическую палку, что случайно оказалась рядом.

Ашер замирает по другую сторону от меня, смотрит на эту жалкую защиту. Его губы растягиваются в издевательской усмешке, обнажая чуть заострённые клыки.

— Ударишь меня этим? — интересуется хрипло.

Чуть наклоняет голову, прищуривается.

Ударю, — отвечаю твёрдо. — Что тебе нужно?

Да так, просто зашёл проверить, как ты тут, — пожимает плечами Ашер. Но взгляд жёлтых глаз выдаёт ложь.

— Переживаешь за меня? — брови невольно сходятся на переносице. Ты всё-таки дочь женщины, которую выбрал мой дядя, медленно, растягивая слова. произносит ОН

Его глаза опускаются на мои голые ноги ниже полотенца, задерживаются на ободранных коленях. Взгляд скользит по царапинам, а потом снова поднимается выше. Жёлтые искры в радужке по-прежнему горят. Ашер тяжело вздыхает, резко отворачивается на мгновение, а затем его настроение неожиданно меняется. Он злится, и эта внезапная перемена пугает меня, как и всегда. Что с ним такое вообще? Почему эмоции скачут так резко, будто внутри