Аква Маррин - Людмила Николаевна Жукова

Награждение, как и было объявлено, назначили на дообеденное время, так что после литературы, на которую Квинси не появился, я направилась в спортзал, где и нашла друга, сидящего рядом с Вайлет и лучащегося радостной улыбкой, как новый четвертак.

— Аква! Мы заняли тебе место! — Махнула мне не менее радостная Такамура, как только я появилась в проходе. Места они выбрали удачные: на самой галёрке, а по другую сторону от меня оказалась Ликра с остальными эсперами.

Как только все собрались, директор произнёс длинную и явно вдохновляющую речь, которую я благополучно пропустила мимо ушей, задумавшись о предстоящей практике с Итаном. На сцену один за другим поднимались победители, получали под аплодисменты свои кубки и сертификаты в ателье тёти Мины, которые нужно было предоставить вместе с костюмом, и точно так же под аплодисменты возвращались на свои места.

— Прекрасные данные! — Казалась Соня ловит особый кайф от получения новой информации, особенно если это касается способностей. — Спасибо, Итан! Пока идёт обработка — можешь отдохнуть. Аква, тебе включить твою программу?

— Не сегодня, — мы с Фларесом уселись у стенки. Парня ещё немного потряхивало. — Ты как?

— В норме, — запрокинув голову и сжав пальцы в замок, он пытался восстановить дыхание.

— Слушай, — спустя какое-то время, решила завести разговор, потому как сидеть в тишине было неуютно. Подтянув ноги к груди, я обняла колени, положив на них подбородок. — Всё хотела тебя спросить, как твои родители помогают тебе с контролем?

Приоткрыв глаза, парень долго смотрел перед собой, прежде чем ответить.

— Когда сила выходила из-под контроля — мама применяла способность. Но огонь постоянно разбивал её барьеры, поэтому она начала включать мне музыку — это немного помогало. У нее более простая в обращении способность. А отец... он советовал гореть до победного, пока силы не иссякнут...

— Какой он? Твой отец? — Повернув голову, чтобы щека оказалась на коленке, я внимательно посмотрела на Итана, пытаясь понять его эмоции. Он не ответил, опустив взгляд на руки. — Ты его ненавидишь?

— Не ненавижу, — совсем тихо вздохнул он с толикой грусти в голосе. — Но иногда кажется, что так было бы гораздо проще.

— Почему? — На мой вопрос Фларес невесело дёрнул уголком губ.

— Когда я был маленьким, после побега из тюрьмы, первым делом отец всегда приходил домой и дарил мне какую-нибудь крутую игрушку. Играл со мной почти до самого утра, пока не усну. Я всегда радовался, когда он возвращался и долго не понимал, почему мама так ругается. Позже — понял. Она думала, что с моим рождением отец изменится, как полагается отсидит свой срок и, возможно, встанет на путь исправления, — на этих словах он криво усмехнулся. — Но он лишь загорелся идеей построить свою Империю, которой в будущем я буду править.

Последнее он буквально выплюнул, будто ему противна сама мысль об этом. Согнув одну ногу, он чуть повернулся в мою сторону, опираясь плечом на стену, а локоть второй поставил на колено, нервно теребя торчащий у ногтя заусенец.

— А кем ты хотел стать? Выступать на сцене? — Зря я, наверное, спросила про отца. Стоило сменить тему.

— Нет, — он чуть слышно рассмеялся, — Сцена — это скорее мечта Макса. Для меня музыка — просто хобби.

— Тогда кем?

— Ты будешь смеяться.

— Не буду, обещаю, — мне даже стало интересно, что же это за мечта такая? Выпрямившись, чуть вытянула ноги, сцепляя руки под коленями.

— Пожарным, — с затаённой смешинкой, Фларес поднял на меня взгляд, ожидая реакции.

— Пожарным?! — Честно? Я была удивлена. Никогда бы не подумала, что парень, способный поджечь всё вокруг хочет тушить пожары. Это признание стало полной неожиданностью. — Это же круто!

— Ну, да, — он чуть дёрнул плечом, улыбнувшись. — Что на счёт тебя?

— Хм-м, — запрокинув голову, я нахмурилась, пытаясь представить себя взрослой. — Я как-то об этом не задумывалась. Для меня всегда было важно сохранить свою силу в секрете, а о будущем я старалась не думать, но... мне почему-то всегда представлялась работа где-то в офисе, как у мамы.

— А что на счёт увлечений?

Увлечения? Единственное, что пришло на ум — это сёрфинг, но на жизнь им много не заработаешь, если ты не про.

— Может стать профессиональным сёрфером? — Сказано было в шутку, но в подкорке мысль отложилась. А почему, собственно, нет?

— Ты катаешься? — Настала моя очередь удивлять парня. Оставив в покое несчастный заусенец, он уставился на меня округлившимися глазами.

— Да, но как любитель, — я пожала плечами, едва не рассмеявшись с потрясённой мордашки Флареса. — Из-за наших переездов, возле дома не всегда был пляж.

— И какой у тебя любимый трюк? — До сих пор не веря в мои способности оседлать волну, Итан решил устроить маленькую проверку.

— Это скорее не трюк, а ожидание волны, — улыбнулась я, вспоминая эти ощущения. Шум волн, запах соли, горячее солнце на обгоревших плечах, ветер в мокрых волосах и абсолютный восторг. — Знаешь то чувство в груди, когда быстро катишься вниз с горки? Оно чем-то похоже.

Вот бы сейчас оказаться где-нибудь на пляже. Я мечтательно вздохнула, прикрыв глаза.

— Поверю на слово, — хмыкнул в ответ Итан.

— Ладно, тогда как ты считаешь, какая профессия мне подойдёт? — Развернувшись к парню, чуть поджала под себя ноги.

Фларес долго смотрел мне в глаза, прежде чем наконец выдал:

— Врач. Хирург.

— Ой, нет! Я шить не умею, — сразу начала отнекиваться, качая головой, разве что руками не махала.

— А как же твой костюм? Ты ведь сама его делала? — Теперь он меня дразнит!

— Ты не видел, какой ужас творится на изнанке, — рассмеялась я, вспоминая наши с мамой бессонные ночи.

— Ладно, тогда учитель.

— Ни за что! Учить будущее поколение — это слишком большая ответственность.

Во вторник запыхавшийся парень буквально ввалился в гараж друга.

— Итан! Ну, наконец-то! Я думал тебя до второго пришествия придётся ждать! — Воскликнул сидящий на усилке Макс, обнимая свой басс. Бросив недовольный взгляд на приятеля, Итан отметил новый рисунок, пополнивший выглядывающий из-под футболки рукав. Фларес всегда поражался, как его друга до сих пор не выгнали из школы за татуировки и пирсинг. Что уж говорить про родителей? Мать Макса была из очень консервативной и набожной семьи и воспитывалась в строгости, так что оставалось загадкой, как он сумел