Пышка для дракона. Пипидастр моего перца - Элен Блио
Я шла по ковру из лепестков, почти ничего не видела вокруг из-за пелены слёз, которые наполняли мои глаза.
Хорошо, что макияж был водостойким, об этом меня предупредили помощницы.
Уже почти подойдя к середине пути я моргнула, слёзы стекли по щекам, и я увидела…
Увидела, как мой дракон встаёт!
Дрейгон встал с коляски и сделал шаг!
И все присутствующие громко ахнули, а я…
Мне казалось, у меня ноги подкашиваются, я засеменила вперёд быстрее, так мне хотелось встать рядом, коснуться его, поверить в чудо, в то, что он не просто стоит, но еще и двигается и это не какая-то сильная магия.
Это он сам!
«Не спеши» — эти слова прозвучали у меня в голове, словно сам дракон вложил их туда. Я покраснела и притормозив пошла более грациозно и красиво. Элегантной походкой от бедра.
Я не понимала своих чувств.
Я ведь ненавидела Дрейгона за всё, что он со мной сделал? Я считала его обманщиком и предателем.
И не задумываясь согласилась ему помочь. За деньги, да. Но всё-таки. Я же могла гордо сказать — нет?
А сейчас я шла к нему, стоящему у алтаря, совсем не так, как шла бы на казнь. Я шла как на праздник. Словно реально двигалась к своему счастью!
И то, что мне казалось я вижу в его глазах… Это точно не было равнодушием.
Я подошла близко, совсем близко.
Я смотрела в его глаза.
Фиктивный брак? Ах если бы… если бы всё было настоящим, едва ли мы смотрели бы друг на друга иначе.
О, Мерлин, Дрейгон, я ведь тебя любила!
«И я, Снежинка, и я…»
Что это? Я слышала голос в моей голове, но разве я могла поверить?
— Лорд Аргайл, миледи Белоумейн, готовы ли вы к церемонии?
Это произнёс пожилой служитель культа Мерлина и Морганы. Освящающий, тот, кто в этом королевстве заключал браки. На земле. И на небесах.
Мы ответили согласием.
Ритуал начался.
Я видела, как вокруг нас поднимаются столбы алого дыма, слышала музыку, возникшую словно из ниоткуда.
Освящающий что-то говорил, но у меня в ушах стоял такой гул. Я видела только часть фигуры Дрейгона, и чешую на руке, которую он как и я держал перед собой.
Готовы ли вы произнести брачные клятвы?
Аргайл кивнул. Я задержала на нём взгляд и тоже кивнула.
Понимала, что сейчас я буду лгать. Лгать Моргане! Лгать Мерлину!
Но у меня была веская причина поступить так. И потом… я ведь не собиралась нарушать клятвы?
— Клянусь быть верным и преданным, любить и уважать, спасать, сохранять, делать счастливой.
— Клянусь быть верной и преданной, любить и уважать, спасать, сохранять, делать счастливым.
— Клянусь быть честным, клянусь делать всё на благо моей супруги и нашей семьи.
— Клянусь быть честной и делать всё на благо моего супруга и нашей семьи.
— И наших детей.
— И детей.
У меня всё внутри сжалось, когда я представила что у нас с Дрейгоном могут быть дети.
Крохотные милые дракончики, которые летали бы вокруг меня, изредка срыгивая огнём. Какое счастье!
Я посмотрела в глаза моего любимого и увидела в них ту же картинку.
Неужели…
Нет, нет, я и думать не должна была от таком.
Наш брак он…
Да, плевать! Я буду честна сама с собой, я люблю его и буду ему верна!
— Ваши клятвы да скрепит дух Великой Морганы и Могучего Мерлина, и сейчас…
— Стойте! — громкий голос, противный и резкий я узнала сразу.
Мачеха! Откуда она тут взялась?
— Остановитесь!
— В чём дело? — грозно рыкнул мой дракон, а я повернулась, чтобы увидеть бегущую к алтарю жену моего отца, и, собственно, самого отца.
— Стойте! Эта свадьба не должна состояться!
— Кто ты такая, чтобы мешать мне жениться? — Аргайл сказал это не своим голосом. Это был голос его дракона. Мощный, сильный, такой, что его слышал в своей голове каждый из присутствующих.
— Я требую прекратить этот фарс. Он не может на ней жениться! Потому что… потому что этот брак не может состояться!
— Что значит, не может состояться? — проскрипел служитель культа, глядя на дракона, — ваша милость, генерал дракон, в чём дело? Кто это?
— Это… — Дрейгон посмотрел на меня.
— Это моя мачеха. — ответила я. — О на ненавидит меня и хотела выдать за соседя скупердяя, у которого во дворце такой беспорядок, что и за сотню лет не убрать.
— Почему вы считаете, что наш брак не может состояться? — задал ей вопрос мой дракон.
— Потому. Потому что моя падчерица, милорд дракон, она только на первый взгляд такая милая, наивная, и простая!
— И такая аппетитная, что у нас тут у всех чресла сводит! — заорал кто-то из толпы, остальные грохнули от хохота.
Дракон обвёл всех таким взглядом, что на площади сразу стало тихо.
— Что вы хотите этим сказать?
— Моя падчерица вас обманывает, милорд! Она… она должна выйти замуж за другого. Она подписала бумагу и дала согласие!
— Это ложь! — я буквально задохнулась от негодования. — Наглая ложь! Я ничего не подписывала! Эта ведьма хотела отдать меня мерзкому скунсу, нашему соседу, скряге и ростовщику, который наживал состояние на бедах несчастных жителей королевства.
— У вас есть эта бумага?
— Есть, ваше драконство.
— И вы готовы дать присягу под священным огнём дракона?
Дрейгон сказал это громко. Снова гласом дракона, звучавшим в головах у всех. Вот на этот раз все реально затихли, замолчали, даже как будто чуть присели.
Присягой под огнём дракона называли клятву, которую должен был дать человек, он должен был поклясться в том, что не лжёт, находясь под столбом огня, вырывающегося из пасти дракона. В том случае, если человек лгал, огонь мгновенно испепелял его. Если же человек говорил правду — он выходил сухим из воды, то есть живым из огня.
Это была старинная проверка на лживость. Ею уже давно не пользовались. Так как мало кто понимал истинный механизм воздействия драконового огня.
— Присягу? Вы… вы издеваетесь, милорд? — моя мачеха явно считала себя бессмертной.
— Я спрошу еще раз, готовы ли вы подтвердить ваши слова