Использованная жена дракона. Дети без имени - Майкл Скофилд

— Из стыда перед ней.

Ирсена отвела взгляд первой.

Ненависть снова дала трещину — маленькую, злую, ненужную.

— Стыд не спасает мертвых, — сказала она.

— Я знаю.

— И живых тоже.

— Поэтому я здесь.

Она резко посмотрела на него.

— Ты здесь потому, что дети проявили силу.

— Да.

Вот за это его можно было ненавидеть снова.

Спасибо.

— Я приехал из-за слуха о силе, — сказал Ровен. — Но остался не из-за нее.

— Какая разница детям, почему ты остался, если приехал все равно за пламенем?

— Никакой, пока я не докажу обратное.

Ирсена устало закрыла глаза.

— Ты научился слишком правильно отвечать.

— Нет. Просто впервые не пытаюсь победить в разговоре.

Она посмотрела на него внимательнее.

Перед ней был Ровен и не Ровен. Тот, прежний, тоже говорил мало, держался прямо, не бросал слов на ветер. Но в нем всегда был холодный центр власти. Уверенность, что в конце любого спора мир все равно подчинится более сильному решению.

Сейчас эта уверенность треснула.

Не исчезла.

Но треснула.

— Мама! — позвала Саяна.

Ирсена сразу обернулась.

Дочь стояла на краю дороги и смотрела в сторону низкого холма. Эймар рядом с ней был белее полотна.

— Что?

Мальчик поднял руку и указал вперед.

— Там ложь.

Ровен за секунду оказался рядом с Ирсеной.

— Где?

— За камнями. Люди.

Стражи потянулись к мечам.

Ирсена подошла к детям.

— Сколько?

Эймар зажмурился.

— Трое. Нет. Четверо. Один говорит, что они охотники. Это неправда.

Ровен резко махнул рукой стражам.

Те разошлись в стороны бесшумно и быстро.

Саяна прошептала:

— Это Вейра?

Эймар покачал головой.

— Не она. Но пахнет ее железом.

Ирсена почувствовала, как по спине прошел холод.

Ровен услышал.

Его лицо стало тем самым, которое, наверное, видели враги Таргардов перед тем, как начинали жалеть о своих решениях.

— В повозку, — сказал он.

Саяна открыла рот.

— Сейчас, — добавила Ирсена.

Дети подчинились.

Ирсена вошла следом, но дверь не закрыла. Через щель она видела дорогу, серые камни, кустарник и Ровена, который стоял спиной к повозке.

Спокойно.

Слишком спокойно.

Из-за холма вышли четверо.

В дорожной одежде, с луками, без видимых гербов. Охотники, если смотреть быстро. Убийцы, если смотреть глазами женщины, которую однажды уже пытались похоронить чужой рукой.

Первый поднял ладонь.

— Мир дороге, лорд Таргард.

Ровен не ответил приветствием.

— Кто послал вас?

Мужчина улыбнулся.

— Мы простые охотники.

Саяна, прижавшись к окну, прошипела:

— Врет.

Ровен не повернул головы.

Но услышал.

— Простые охотники не знают моего имени до того, как я назову его.

Улыбка мужчины стала тоньше.

— Ваша внешность известна на севере.

— Последний раз спрашиваю. Кто послал вас?

Один из «охотников» слишком быстро перевел взгляд на повозку.

Ошибка.

Ровен сделал шаг.

Не к ним.

Чуть в сторону, закрывая линию выстрела.

— На колени, — сказал он.

Тихо.

Ирсена не слышала в его голосе крика. Только приказ, которому в замке, наверное, подчинялись прежде, чем понимали.

Охотник усмехнулся.

— Нас четверо.

— Я заметил.

— И вы без дракона.

Ровен впервые улыбнулся.

Не тепло.

Страшно.

— Это не преимущество, на которое стоит надеяться.

Дальше все произошло быстро.

Слишком быстро для обычных людей.

Один поднял лук. Страж Ровена ударил сбоку. Второй метнул нож — не в Ровена, в колесо повозки. Ровен перехватил его почти не глядя, развернулся и рукоятью своего кинжала ударил нападавшего в горло. Тот рухнул, хватая воздух.

Третий бросился к дверце.

Ирсена уже держала пыль слепца.

Но Саяна оказалась быстрее.

Она распахнула дверь и закричала:

— Не трогай!

Голос.

Не пламя.

Просто голос.

Но вокруг ее ладоней вспыхнула черная кайма.

Нападавший замер на полушаге.

Достаточно.

Ниша ударила его подсвечником в переносицу.

Очень точно.

Амун бы гордился.

Мужчина упал с коротким хрипом.

— Я же сказала, голосом! — возмутилась Саяна, глядя на свои руки.

— Ты почти справилась, — сказала Ирсена и вытащила ее обратно в повозку.

Эймар сидел в углу, зажав уши ладонями.

Ирсена тут же опустилась к нему.

— Я здесь.

— Он целился не в колесо, — прошептал мальчик.

— Что?

— В сумку. Там бумага. Они хотели грамоту.

Ирсена резко обернулась.

Ровен уже стоял над одним из нападавших, прижимая его к земле сапогом.

— Кто послал?

Мужчина плевался кровью и молчал.

Ровен наклонился.

— Если ты думаешь, что я буду спрашивать долго, ты плохо знаешь Таргардов.

— Ровен, — сказала Ирсена из повозки.

Он замер.

Не от ее тона.

От того, что дети слышали.

И медленно выпрямился.

— Уведите его за холм, — приказал он стражам.

— Нет, — сказала Ирсена.

Он повернулся.

— Ирсена.

— Здесь. Без крови. Без криков. Или ты уже забыл первое условие моего сына?

Ровен посмотрел на Эймара.

Мальчик все еще закрывал уши.

Лицо Ровена изменилось.

— Связать, — сказал он стражам. — Рты не затыкать. Обыскать.

Один из стражей быстро прошелся по карманам нападавших. У третьего нашли тонкую металлическую трубку с восковой пробкой. У четвертого — обрывок черной ленты с серебряной нитью.

Ровен взял ленту.

Ирсена вышла из повозки, оставив детей с Нишей.

— Что это?

— Знак людей Вейры. Не официальный. Внутренний.

— Значит, она не на северной крепости.

— Или действует оттуда.

— И знала о дороге.

Ровен смотрел на ленту.

— Эту дорогу знал только я и мои ближние.

— И совет?

— Нет.

Ирсена поняла одновременно с ним.

Если Вейра узнала путь, значит, у Ровена рядом есть человек, который до сих пор служит не ему.

Саяна высунулась из повозки.

— Я говорила, у нее ложь пахнет железом.

Ровен медленно сжал ленту в кулаке.

— Теперь я тоже чувствую.

Ирсена посмотрела на него.

— Это не чувство. Это последствия.

Он кивнул.

— Да.

На дороге лежали связанные люди. Стражи проверяли кусты. Дракон где-то высоко в небе издал низкий звук, от которого лошади забеспокоились.

Эймар вышел из повозки сам.

Бледный, но уже не прячущийся.

Он подошел к Ровену и посмотрел на сжатый кулак.

— Она хочет не нас убить.

— Что? — Ирсена резко повернулась.

Мальчик поднял глаза на мать.

— Не сразу. Сначала бумагу. Потом имя. Если нет бумаги, нас опять нет.

Ирсена медленно обернулась к Ровену.

Он тоже понял.

Грамота о защите. Его публичное слово. Любой документ, где дети названы Эймаром и Саяной, детьми Ирсены Варр под защитой Таргарда. Пока есть такие свидетельства, Вейре сложнее объявить их украденными или подложными.

Без документов останутся только слухи о черном пламени и женщина, которую уже однажды «похоронили».

— Она хочет стереть их снова, — сказала Ирсена.

Голос прозвучал спокойно.

Слишком спокойно.

Ровен посмотрел на нее.

— Не сможет.

— Это не обещание, которое ты можешь дать один.

— Тогда дай его со мной.

Она хотела ответить резко.

Не успела.

Саяна вышла из повозки