Как избавиться от мужа за 10 дней - Анастасия Марс

- Она была женой хозяина? - продолжала любопытствовать я.

- Невестой, - ответила первая горгулья.

- А как ее звали? – спросила я, вспомнив о найденном платочке с инициалами. Было бы неплохо сузить поиски в библиотеке.

- Арабелла Инглис.

Инглис?!

Перед мысленным взором тут же всплыли лица братьев Йена и Эвана. Чувствую где-то здесь закопана семейная вражда и кровная месть.

Внезапно меня озарила страшная, леденящая душу догадка. Мысль, словно ядовитый клинок, вонзилась в сознание, заставив сердце бешено заколотиться.

Быть может, в далеком прошлом род Инглисов наслал на Демиана это ужасное заклятье вечного сна? Узнали от Арабеллы про чудовище, притаившееся в подвале замка, испугались его темной силы и решили таким коварным образом избавиться от его хозяина?

Недаром же Демиан воспылал к Йену и Эвану мгновенной и жгучей неприязнью, и причина крылась далеко не в моей неумелой попытке флирта. Да и расспросы Йена о чудовище ясно наводили на мысль, что мужчина был о нем уже наслышан и интересовался монстром не из праздного любопытства.

Узнать бы, в чем конкретно заключалось это древнее проклятье, и что нужно сделать, чтобы его снять. У меня сложилось стойкое впечатление, что говорить о нем было строго-настрого запрещено, а значит, придется добывать информацию собственными силами.

Но может горгульи назовут мне родовое имя Демиана? Хотя бы намекут?

Вот только я не успела ничего спросить у своих каменных слуг, потому что тех и след простыл. Задумалась всего на несколько мгновений, а они, словно дым, рассеялись в воздухе! И что-то мне подсказывало, что впредь горгульи будут куда осторожнее и не станут попадаться мне на глаза, дабы избежать лишних и неудобных вопросов.

Что ж, мой гениальный план со стряпней провалился.

Но на обратном пути в столовую меня посетила другая совершенно безумная идея. Да настолько сумасшедшая, что я замерла на месте, остановившись посреди безмолвного коридора, чтобы осознать ее во всей полноте и дерзости.

Что если... что если я смогу по-быстренькому снять это проклятье и вернуться в свою родную ведьминскую обитель? Ведь я была нужна Демиану именно для этого, не так ли? Если я помогу ему добровольно, то он заберет брачную метку назад, и я снова буду свободна?

Надеюсь только, что снятие проклятья не подразумевает каких-нибудь древних кровавых ритуалов с жертвоприношениями...

Главное – успеть до следующего полнолуния. Времени осталось чуть больше недели, каждый миг был на счету.

Я глубоко вздохнула и продолжила свой путь, как вдруг гробовую тишину замка огласил раскатистый, яростный рык Демиана, от которого задрожали каменные стены:

- ЭЛЕНА!

Что, уже не «любовь моя»? – ехидно подумалось мне.

Гадая, что же так сильно расстроило моего случайного супруга, что он аж вспомнил мое имя, я ускорила шаг.

Но я даже представить не могла, что меня ждало в столовой.

Едва переступив порог, я тут же выпалила:

- Что случилось... - но осеклась на полуслове, не поверив своим глазам.

Петух каким-то неведомым образом переместился из моей комнаты на... голову Демиана. Птица гордо восседала на макушке мужчины, словно живая корона, с совершенно независимым и даже слегка надменным видом. Но самое удивительное было в том, что Демиан даже не предпринимал попыток снять пернатого нахала со своей головы.

- Ой, Желточек, а как ты сюда попал? - наконец выдавила я, закусив губы, лишь бы сдержать рвущийся наружу смех. Смехотворность ситуации была невыносимой.

- Это я у тебя хотел бы спросить, - мрачно, сквозь зубы, процедил Демиан. В голубых глазах бушевала буря, но направлена она была явно не на птицу. - Как этой курице удалось выбраться из закрытой комнаты?

- Не знаю, - честно пожала я плечами, разводя руками. - А почему... - я сделала паузу, тщательно подбирая слова, и осторожно поинтересовалась, - а почему он сидит у тебя на голове?

- Потому что вот, - Демиан с видом великого страдальца сгреб петуха и водрузил его на стол. Но Желточек, ничуть не смутившись, громко и возмущенно кудахтнул, взмахнул крыльями и снова целенаправленно взлетел на прежнее облюбованное им место. То есть на голову моего супруга.

- Смею предположить, ты ему понравился, - не удержалась я от ехидного замечания.

- Издеваешься? - выгнул бровь мужчина. Его терпение явно было на исходе.

- Ну разве что немножко, — не выдержав, я расплылась в улыбке. Вид сильного мага, беспомощного перед пернатым хулиганом, был слишком комичным. — Могущественный маг не в состоянии справиться с обычным дворовым петухом. Неспыханное дело!

- Он не обычный петух, а твой, — поправил меня Демиан, и в его внезапно смягчившемся голосе проскользнула странная нотка нежности. От этих слов у меня что-то ёкнуло внутри, заставив поверить, что супруг не стал бы причинять вред этой наглой птице. От этого неожиданного открытия на душе вдруг потеплело. — И раз уж я нравлюсь твоему Желточку, — продолжил он, и в его глазах вспыхнул знакомый опасный огонек, — то смею предположить, я нравлюсь и тебе.

Ничего себе заявление!

- Я... — от наглой дерзости его слов у меня перехватило дыхание, и я совсем потеряла дар речи. Так и застыла с открытым ртом.

Чем супруг тут же бессовестно и воспользовался!

В очередной раз стряхнув с себя воркующего петуха, Демиан плавно поднялся на ноги. Он не шел, а скорее наступал, уверенно и неотвратимо сокращая расстояние между нами.

Сердце в груди забилось как сумасшедшее, а по телу разлилась странная, парализующая слабость. По какой-то необъяснимой причине я не отстранилась, а застыла на месте в трепетном ожидании того, что муж собирался сделать.

В конце концов, моя наставница Фелиция не запрещала мне целоваться с Демианом. А от пары невинных поцелуев катастрофы не случится.

Так я наивно думала ровно до той секунды, пока мужские губы не коснулись моих.

Потому что после я уже не могла думать вообще.

Его поцелуй не был ни робким, ни нежным. Он был властным, требовательным, полным скрытой до сих пор страсти, которая обрушилась на меня сокрушительной волной. Мир сузился до одной точки – до ощущения его твердых горячих губ.

Одна его рука обвила мою талию, притягивая ближе, почти стирая последние остатки дистанции, а другая коснулась щеки, большим пальцем проводя по моей коже и заставляя ее гореть.

Я забыла, как дышать.