Турагентство "Крутой маршрут" - Адель Колуэ

— Сначала — сосредоточьтесь. Закройте глаза, если нужно. Почувствуйте землю под ногами. Она живая. Затем представьте, как энергия течёт от вас к корням, как она питает бутон, заставляет его раскрыться…

Архимаг последовал её указаниям. Его пальцы слегка дрожали от напряжения, но он старался сосредоточиться. Через несколько мгновений один из бутонов на клумбе вздрогнул и начал медленно раскрываться, обнажая ярко‑жёлтые лепестки.

— Получилось! — восхищённо выдохнул Верис. — Это… невероятно. Совсем другой принцип, чем в классической магии преобразования. Здесь нет жёстких формул, только ощущение, интуиция…

— Именно, — улыбнулась Любозара. — В этом и есть прелесть. Хотите продолжить? Завтра в это же время — здесь. Будем работать с разными растениями, изучать их особенности.

— Буду непременно, — заверил Верис.

Тимофей, наблюдавший за этой сценой, хлопнул в ладоши:

— Ну что ж, похоже, у нас тут образовалась целая академия. Илья учится пространственной магии, Верис — природной, а мы все… учимся друг у друга.

Я снова улыбнулась, глядя на это оживление. Двор, ещё недавно хаотичный и неустроенный, теперь обретал форму. Дорога плавно огибала клумбу, площадь выглядела торжественно, а цветы в центре уже наполняли воздух тонким ароматом. «Так и должно быть, — подумала я. — Общее житие не в том, чтобы всё делать самому. Оно — в умении делиться, учить, вдохновлять. И если сегодня мы начали с дороги и клумбы, то завтра… кто знает, какие чудеса нас ждут?»

Подойдя ближе к Любозаре, я тихо сказала:

— Спасибо. Ты не просто создала площадь — ты дала нам всем что‑то новое.

Домовушка впервые за день искренне улыбнулась:

— Это было приятно. И… кажется, я наконец чувствую себя на своём месте.

Я смотрела на её сияющие от счастья глаза и вздохнула с облегчением. «Ну что ж, — подумала я, — в конце концов, может, это и к лучшему. Кто знает, может, именно так и пишутся великие легенды: из хаоса, домовят и внезапных озарений. Главное — не дать домовым разнести храм по камешку в поисках „удивительных результатов“».

А пока… пока я, пожалуй, заварю чаю. Приправлю его мёдом…

После таких потрясений — это не роскошь, а медицинская необходимость, чтобы выпить его за новую жизнь, да хранит её магия и здравый смысл!

Пока мы разбирались с последствиями перестановки башни, солнце медленно, но верно приближалось к зениту.

Я поспешила в портальный зал храма — сердце нашей магии, — готовясь вновь стать свидетельницей волшебного светопреставления.

Внучка уже стояла у арки, изредка поглядывая на экран телефона и отслеживая минуты, чтобы вовремя встретить Рину.

Полдень. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь пустые (пока) окна, рассыпались по камням яркими кляксами. Моя внученька, нервничая, теребила рукав жакета и поглядывала на круги активации.

— Бабушка, пора? — спросила она почему‑то шёпотом. Ну, вот! И взрослая, и самостоятельная, и волшебница, каких Земля не видела, а все ей моя поддержка нужна… Приятно, до слез…

— Да, милая, — я пожала её пальцы. — Открывай… Думаю, Рина уже ждёт.

Наталья глубоко вдохнула, шагнула в засветившийся круг, закрыла глаза и, взмахнув, как дирижёр, открыла портал. Воздух задрожал, заискрил, и в центре зала разверзлась мерцающая воронка — сине‑фиолетовая, с прожилками золотого, багряного, лазурного и серебристого света.

Границы портала дрожали, словно тонкая плёнка мыльного пузыря, но держались крепко. Однако, никого не было…

— Рина, — тихо позвала Наталья. — Ты здесь? Заходи.

Через мгновение из мерцающей воронки портала показалась Рина, пятясь к нам зад… ой, спиной.

Бледная, с растрёпанными волосами, она что‑то упорно, с остервенением тащила за собой — невидимое нам, но явно тяжёлое. Её мышцы на руках проступили от напряжения, на лбу выступила испарина. Она обернулась…и мы с Натальей, уже сделав шаг вперёд, замерли… Рина качнула головой — коротко, резко — и громко, властно крикнула:

— Мужчины! Нужна помощь! Немедленно сюда!

Я оцепенела на мгновение, словно время остановилось. Что могло произойти там, по ту сторону портала? У Рины что‑то неподъёмное? Но она собиралась забрать лишь домового, а эти создания, зная их тайны, могут перемещаться без всяких сумок…

Или кто‑то, быть может, человек, не в силах сам шагнуть в переход? В наших планах не было никого, кроме Рины. Но если она ведёт кого‑то — значит, ситуация настолько критична, настолько горящая, что оставить их там немыслимо. Возможно, даже хуже, чем то, что пережила сама Рина…

Пока эти тяжёлые мысли роились в моей голове, внучка, не теряя ни секунды, крикнула через плечо:

— Алекс! Илья! Сюда! Быстрее!

Благо, парни были рядом — стояли у входа в зал, наблюдая за открытием портала. Теперь, услышав голоса девушек, сорвались с места.

Алекс, высокий, с тёмными волосами, первым подскочил к Рине и заглянул через светящийся барьер, но тут же отпрянул, нахмурившись.

Илья, замешкавшийся из‑за того, что ему пришлось обойти Наталью, так же выглянул и вернулся, но только для того, чтобы объяснить Алексею:

— Это коляска для взрослых людей, которые не могут ходить… Пошли занесем ее… Там колесо застряло…

Через несколько минут парни осторожно занесли инвалидную коляску в зал. В ней сидел молодой человек лет двадцати пяти. Худощавый, с тёмными, чуть растрёпанными волосами и поразительно яркими, пронзительно‑синими глазами. Его руки покоились на подлокотниках, а пальцы едва заметно подрагивали — то ли от напряжения, то ли от волнения.

За коляской вошла женщина лет пятидесяти. На ней было простое серое платье. Она не заметила небольшой камень на полу и споткнулась, чуть не потеряв равновесие.

— Осторожнее! — воскликнула Рина, мгновенно оказавшись рядом. — Тут ещё нужно внимательно смотреть под ноги… Ремонтных работ, как говорится, начать и закончить, — добавила она с лёгкой усмешкой. Затем нахмурилась, осмотрела пол, хлопнула себя по лбу и тихо шепнула, выставив ладонь и растопырив пальцы: — Дайте мне ещё пять секунд… — после чего вновь шагнула в мерцающий портал.

Женщина, устало улыбнувшись, с благодарностью кивнула всем сразу и поспешила к коляске, но была оставлена Алексеем:

— Не переживайте мы поможем, — он ловко подхватил коляску за один подлокотник, Илья тут же взялся с другой стороны… Они слегка приподняли её и поставили на ровный участок пола. — Так лучше… И… Осторожно, не торопитесь. Пол тут неровный, особенно у края круга.

Незнакомка, толкнувшая коляску, глубоко выдохнула, провела рукой по лбу:

— Ох, если честно, то до последнего думала, что всё это бред, или