Попаданка на диплодоке: инструкция по выживанию - Ася Юрская

— Впечатляет, — признал он, и его голос прозвучал тихо, почти интимно. — Вы только что сделали за час то, что мы не могли сделать годами.

Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. Он смотрел не на черновик. На меня. И в этом взгляде было что-то, отчего мои собственные мысли снова разбежались, как испуганные компсогнаты.

— Ну, не надо преувеличивать, — смутилась я, отводя глаза и нервно поправляя выбившуюся прядь. — Просто у меня опыт.

— Опыт в чём? — спросил он, не отводя взгляда.

— В превращении хаоса в порядок. Это моя работа. В моём мире хаоса было более чем достаточно.

Лорд и Томас переглянулись.

— Госпожа Елисеева, — произнёс лорд, выпрямляясь и возвращаясь к роли холодного аристократа. — Кажется, вы нам нужнее, чем мы думали.

Нужна, Елисеева! Ты им нужна! Не как гостья. Не как сумасшедшая из джунглей. Как специалист.

— Я не уверена, что понимаю, — осторожно начала я.

— Я хочу предложить вам должность, — продолжил он, и Томас радостно закивал. — Вы будете помогать Томасу с каталогизацией. И, возможно, с другими проектами. За это вы получите полную свободу передвижения по усадьбе, доступ в библиотеку и личное жалование.

Я моргнула. Жалование? Свобода передвижения? Это же не просто гостевой режим. Это легализация.

— Вы хотите сказать, что я теперь работаю на вас? — уточнила я, пытаясь скрыть улыбку.

— Я хочу сказать, что вы теперь часть команды, — поправил он. — Если вы, конечно, согласны.

Что ж, Елисеева, кажется, у тебя тут намечается работа. Постоянная. С проживанием. И с местным начальником, от которого у тебя сбивается пульс. Отлично.

Я снова посмотрела на свой черновик, на аккуратные столбцы и стрелки, и почувствовала, как в груди разгорается знакомое тепло.

— Я согласна, — сказала я, протягивая ему руку.

Лорд посмотрел на мою руку, затем на моё лицо. Медленно, очень медленно он пожал её. Его ладонь была тёплой и сухой, с мозолями на пальцах, что совершенно не вязалось с образом аристократа.

— Добро пожаловать в команду, Алина, — тихо произнёс он.

Ну что, Террановар. Похоже, мы с тобой всё-таки поладим.

Дни потекли быстро. Слишком быстро, если честно. Я с головой и руками, которые теперь всегда были в чернилах или в пыли, ушла в работу. Под ногтями поселилась въевшаяся грязь, которую не брало даже грубое мыло Марты. Ну, да и ладно! Археолог без пыли под ногтями это как фрилансер без кружки кофе.

Я помогала Томасу систематизировать данные, составляла описи, изучала местные виды и делала зарисовки в отдельном блокноте, который мне выделил лорд. Блокнот был роскошным, у нас таких не найдёшь. Я рисовала пером, тушь то и дело норовила растечься кляксой по плотным шершавым листам, но результат мне нравился.

Лорд наблюдал за мной издалека. Иногда подходил с вопросами, сдержанно и точно взвешивая каждое слово. Иногда молча стоял в дверях лаборатории, и тогда его присутствие заполняло всё пространство вокруг. Я не оборачивалась, но знала, что он здесь. Я чувствовала его присутствие даже спиной. Это было раздражающе и почему-то приятно одновременно.

— Ты ему нравишься, — заявил однажды Томас, не отрываясь от микроскопа. Он произнёс это так, будто говорил о погоде. Я как раз раскладывала костяные фрагменты по размеру, пытаясь понять, к какому виду относится эта бедренная кость, и в моей руке что-то дрогнуло. Костяшка стукнула о стол.

— Что? — Я вздрогнула и повернулась так резко, что волосы хлестнули по щеке.

— Лорду. Он смотрит на тебя как на ценный экземпляр.

Слова повисли в воздухе. Я почувствовала, как щёки начинают гореть. Ценный экземпляр. И к какой классификации, интересно, он меня отнёс?. Среда обитания подозрительная? Особенности поведения нестабильные?

— Он на всех так смотрит, — сказала я, возвращаясь к костям. Мой голос прозвучал слишком ровно, а потому фальшиво.

— Нет, не на всех. На меня он смотрит как на обузу, на тётушку как на стихийное бедствие, а на тебя как на загадку.

Я промолчала. Сделала вид, что увлечена работой.

Вечером того же дня я решила прогуляться по территории. Мне нужно было выгнать из головы слова Томаса, его дурацкие классификации и намёки. Лорд был занят, заперся в кабинете с какими-то важными бумагами. Марта ушла отдыхать. Я накинула плащ и вышла в сад. Воздух был тёплым, вечер приятным, пахло цветами. Я шла по дорожке, усыпанной мелким гравием. Мысли текли вяло, путаясь в клубок. Родители, каталог, Дамиан, дедлайн, динозавры, слова Томаса. Как странно устроена жизнь. Ещё две недели назад я сидела в своей московской квартире и не могла придумать, что сказать на лекции для студентов, а теперь я иду по тропинке в мире, где динозавры словно соседи за забором. Где лорды стоят в дверях и говорят, что думают обо мне. Хотя нет, не говорят. Томас говорит. За них.

Я не заметила, как зашла слишком далеко, к ограждению сектора, где содержались хищники. Деревья здесь росли гуще, их кроны сплетались в сплошной зелёный купол, пропускающий лишь скудные лучи закатного солнца. Первым сигналом стал звук: низкий, утробный, похожий на раскат грома. Я замерла. От рёва заложило уши, и на мгновение всё прочее стихло. Тишина, наступившая после, была страшнее рёва. За оградой, в тени деревьев, что-то двигалось. Огромное, массивное, с блестящими глазами. Я видела эти глаза. Два жёлтых угля, мерцающих в зеленоватом сумраке. Они смотрели на меня не мигая так, что у любого млекопитающего включится древняя паника. Собственное сердце я услышала раньше, чем он снова подал голос. Оно там одно? Если оно одно, и оно голодное, это плохо. Какой из вариантов тебе больше нравится, Елисеева?

— Твою ж… — прошептала я.

Из тени вышел ювенильный тираннозавр. Не взрослый, но всё же метра три в высоту, с мощными задними лапами и пастью, полной зубов. Зубы были неровными, желтоватыми, с тёмными прожилками у основания, а его кожа отливала тусклым зеленовато-серым. Он двигался плавно, удивительно грациозно для такой туши. Я попятилась. Гравий под ногами предательски хрустнул и я замерла. Это просто большая птица. Очень большая. С зубами.

— Спокойно, — прошептала я. — Спокойно. Ты сыт. Тебя кормили. Я не