Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева

– Без осколка Источника электронные внушения бесполезны, – отозвалась Таисса автоматически.

– Угу. Великолепные последние слова перед тем, как тебе перекроят мозги. Ты так в этом уверена, подруга?

Таисса и Лео переглянулись. Судя по его лицу, Лео тоже не был так уж уверен.

– Чем лучше оружие, тем больше вероятность, что за ним придёт кто-то вроде Лары, – добавил Павел тоном ниже. – Не старой доброй Лары, которая хотела нарожать от Дира милых маленьких детишек, а новенькой, с коллективном разумом в голове. Всё, что попадёт нам в руки, может попасть и к ней, несмотря ни на какую защиту. Так что делайте выводы, ребята.

– Надеюсь, Эйвен охраняет тайники «Бионикс» как следует, – пробормотал Лео. – Нужно будет поговорить с ним насчёт этого.

– До электронных внушений Лара не доберётся, – проговорила Таисса. – Не может. Не должна.

– Вероятность почти нулевая, подруга, – серьёзно сказал Павел. – Но это не ноль.

Увы, когда речь шла о новой Ларе, не было ничего невероятного. И никакую возможность нельзя было сбрасывать со счетов.

Наступило молчание. Тем временем белоснежный самолёт скрылся за деревьями.

Церемония закончилась.

– Речей не будет, – заметил Павел, глядя, как гости медленно тянутся к выходу. – Это Лютер так хотел?

Таисса кивнула.

– Хлоя не пришла, – проговорила она. – Хотя она будущая мать наследника Вернона. Неужели решила пропустить его похороны?

– Правильно сделала, – отмахнулся Лео. – Хлоя Кинни создала эту инопланетную тварь. Её дело – сидеть под камнем и не выползать оттуда. Благо родственники погибших её не забыли.

Его глаза мрачно блеснули. Отец Лео едва не расстался с жизнью, побывав в заложниках у коллективного разума Лары. Разума, появившегося при прямом участии Хлои.

– Но на чтение завещания Хлоя наверняка придёт, – хмыкнул Павел. – Никуда не денется.

Лео фыркнул.

– Ещё бы.

Начал накрапывать дождь. Таисса перевела взгляд на мокрую траву. Пройдёт совсем немного времени, и ей придётся попрощаться и с травой, и с дождём, и с облаками. Улететь в космос и не вернуться.

– Странное чувство, – вполголоса сказала Таисса. – Чувствую себя так, словно меня здесь уже нет.

– Не знаю, что бы я чувствовал на твоём месте, подруга, – негромко сказал Павел. – Ты ещё неплохо держишься.

– Отлично она держится, – мрачно сказал Лео. – Но я бы предпочёл, чтобы её и этой коллективной твари тут уже не было. Пока она здесь, мы все уязвимы. Мне которую ночь снится, что я читаю новости, а там готовый апокалипсис.

Таисса взглянула в опустевшее небо. Время прощания закончилось. Чтения завещания было не избежать.

Встречаться с Хлоей, беременной от Вернона, Таиссе совсем не хотелось.

Но в последнее время ей редко давали выбор.

Едва войдя в зал, Таисса остановилась как вкопанная.

Перед ней на всю стену раскинулся старомодный киноэкран.

– А это ещё зачем?

– Не догадываешься?

Леонардо Мезо с ленивым видом раскинулся в кожаном кресле, закинув ногу на ногу. Только прищуренные глаза выдавали его напряжение.

– Лютер подсуетился, чтобы подлинность завещания не опротестовали. Поди подделай аналоговую киноплёнку, маркированную и опечатанную как надо.

Это было… изобретательно. Таисса понятия не имела, что Вернон не ограничился простым бумажным завещанием, а запишет послание. Майлз Лютер мог бы гордиться талантом сына, если бы не лежал сейчас в криокамере в бесполезном ожидании чуда.

Элен не вернётся. Не возвращается никто. И она, Таисса, не вернётся тоже.

Сердце Таиссы заныло. Киноплёнка. Ей предстоит увидеть Вернона на экране. Если бы она могла увидеть его по-настоящему, обнять…

Таисса опустилась в кресло, не глядя по сторонам. Дом вокруг неё был мёртв. Даже если Вернон часами сидел в этом кресле, вертя в пальцах ручку, какая разница? Это лишь вещи. Настоящее – живой голос, улыбка, насмешливый взгляд – ушло и не вернётся.

Но режущая боль в душе совершенно не желала уходить.

Странно, что отца здесь не было. Таисса перевела взгляд на двух мужчин в чёрном, сидящих за отдельным столом. Крошечные эмблемы на лацканах выдавали одну из старейших фирм, чудом сохранившуюся после войны. Всё было приготовлено к просмотру завещания, но где отец, где Рамона? Почему их нет?

– Что, слетелись на падаль? – раздался резкий голос. – И ты тоже, Пирс?

В дверях стояла Хлоя.

– Хлоя, – устало проговорила Таисса. – Конечно же, ты тоже здесь.

Вздёрнув нос, Хлоя прошествовала к центральному креслу. Просторное серое платье с зеленоватым отливом ей очень шло. Из знаков траура Хлоя выбрала лишь чёрный шарф. Презрительная улыбка, чёткий профиль – от фигурки бывшей невесты Вернона веяло уверенностью и презрением.

– Выключайте свет, – приказала Хлоя, и зал почти тотчас погрузился в полумрак.

Хлоя обернулась к Таиссе.

– Совсем скоро ты вылетишь из этого особняка, Пирс. Как только всё перейдёт мне, тебя даже на порог не пустят. Тебе не достанется ничего.

– Подумай ещё раз, Хлоя Кинни, – прозвучал ледяной женский голос. – Я обещала, что не трону тебя, но к наследству Лютера это не относится.

Таисса вздрогнула.

Посреди зала стояла Лара.

– Решили не дожидаться почётную гостью? – поинтересовалась она. – Зря.

– Где настоящая Лара? – резко спросила Таисса. – Она хотя бы жива?

Голограмма фыркнула.

– Даже если бы моё главное тело умерло, я бы не стала сообщать тебе, правда, маленькая Таисса? Какой смысл? Тебя уже почти нет.

– Лара жива, Таис, – раздался негромкий голос.

В зале снова зажёгся свет. Дверь открылась. Таисса повернула голову и замерла.

В дверях стоял Дир.

Она не ожидала увидеть его здесь. И, как ни странно, испытала облегчение.

Их взгляды встретились. Дир наклонил голову, и Таисса сделала то же самое.

Рядом с ней он садиться не стал. Просто замер у стены.

– Что, и Светлые здесь? – хмыкнул Лео. – Может, и Александр собирается прибыть на оглашение? Ящик отравленного виски наверняка его дожидается.

– Можете забыть об Александре, – презрительно бросила Лара. – Других наследников не будет, потому что наследство Вернона Лютера приму я. Никаких сюрпризов.

Никто не возразил ей. Никто не произнёс ни слова. Никто не хотел