Истинная - Лив Зандер

— Ну, как она?

— Твоя дочь поразительна, — искренне ответил я. — Если она выдержит обучение, то вполне может дорасти до хирурга.

Кэти так и просияла.

— Два поколения матерей-одиночек, и в итоге — хирург. Впечатляет, да?

Еще одно доказательство того, что разорванные связи — это у них семейное.

Я сделал глоток воды, не сводя глаз с земной женщины, из-за которой доходы «Брот Аднак» взлетели до уровня былых времен. Когда Кэти бывала наверху, она обычно закручивала волосы в пучок на макушке. Ей так нравилось. Но здесь, внизу, она оставляла их распущенными, словно пряталась за этим шелковым занавесом.

Пальцы позорно зачесались, и я принялся обводить выступившие на бутылке капли конденсата. Мне безумно хотелось запустить руки в ее волосы и собрать их для нее. Обнажить эту хрупкую шею и маленькие ушки, которыми она так упорно игнорировала мои советы.

Возьми себя в руки.

Ни к чему хорошему эти мысли не приведут, Кэти и так натерпелась. Жить бок о бок в столь тесном пространстве, сколько бы ни продлилось наше изгнание, и без того будет непросто. Я уже дважды ловил себя на том, что пялюсь на нее, пока она спит на диване, и даже придвигал стул, чтобы с комфортом наблюдать за ней, как заправский маньяк.

По крайней мере, в этом плане ее связь работала без сбоев.

Кэти вдруг вжала голову в плечи и занервничала, перебирая пальцами. Как и следовало ожидать, рядом со мной нарисовался ветусианец с чересчур ослепительной улыбкой и слишком уж прямой спиной.

— Привет, Кэти.

Бутылка выскользнула из моих пальцев, и я с глухим стуком приложился зубами о толстое горлышко. По деснам резанула боль. Откуда, блядь, он знает ее имя?

— Танасс, — отозвалась она с мимолетной улыбкой. — Тебе «Даконианского Бродягу», как обычно?

Как обычно?

Он подмигнул ей. Подмигнул!

— Сама знаешь.

Я с силой грохнул бутылку о стойку, но никто даже ухом не повел. Зуд в кончиках пальцев превратился в обжигающий жар. Если бы я не сжал руки в кулаки, конденсат на моей бутылке просто испарился бы от злости.

— Мелек! — окликнула К’терра, призывно махая мне из-за черной шторы.

Я нехотя сполз со стула и подошел к ней, прислонившись к стене у самого прохода. Мне все это не нравилось. Вообще не нравилось.

— Я нашла психолога, — сообщила К’терра, а затем с размаху ткнула кулаком мне в плечо. — Ты меня вообще слушаешь? Или твоя фантазия вовсю рисует картины того, как ты душишь этого парня?

Я глухо рыкнул и повернулся к ней:

— Ты нашла психолога.

— Он молод, но специализируется именно на травмированных пациентах.

— Хм, это кстати, — буркнул я. — И сколько ты ему рассказала?

Она придвинулась ближе, переходя на шепот:

— Про сексуальное насилие — ни слова, но он знает, что она человек. И я была крайне убедительна, когда объясняла, что ему нужно держать язык за зубами, — она сделала театральную паузу и добавила: — За два кредита за сеанс.

— Грабеж. Особенно учитывая, что я планировал вывезти их отсюда в одно из ближайших солнц.

— Кэти зарабатывает достаточно, чтобы самой оплачивать свои расходы, — зашипела К’терра. — Ей даже Галат оставляет чаевые, а такого не бывало уже полдекады. Плюс она получает половину от наценки за вход, которую ввела Адора.

— Ты ведь шутишь, да? — я покосился на Кэти, которая судорожно прижимала руки к животу. — И сколько она поднимает за смену?

К’терра пожала плечами:

— Не меньше сорока кредитов.

— Охренеть. А я в страте целителей с четырех лет, и сейчас мой доход…

— Не трогай меня… — произнесла Кэти едва слышным шепотом, почти умоляя.

От ярости мои кулаки мгновенно сжались.

На секунду я замер, впитывая эту картину. Каждая клеточка ее тела дрожала. Она буквально свернулась в защитный панцирь, опустив голову так, что волосы полностью закрыли лицо.

— Мелек…

Я проигнорировал предостережение К’терры и коршуном бросился к этому ублюдку.

— Он трогал тебя? — мои пальцы намертво вцепились в его черный воротник. — Что ты с ней сделал?

Он открыл было рот, но захлебнулся словами от силы моего рывка. Я швырнул его прямо на барную стойку, протащил поперек и впечатал в металлические ящики на той стороне.

Его тело обмякло на полу, из горла вырвался стон:

— Я не трогал ее…

Я резко повернулся к Кэти, тяжело дыша от клокочущей в груди ярости:

— Этот урод прикасался к тебе?

Она смотрела на меня абсолютно пустыми, отрешенными глазами — ее разум сейчас был бесконечно далеко отсюда. Ее грудная клетка судорожно содрогалась на каждом вдохе и тут же сдувалась.

— У нее гипервентиляция.

— Я не трогал ее, — повторил ветусианец. — Клянусь Тремя Солнцами, я всего лишь потянулся, чтобы убрать прядь волос с ее лица.

— Это и называется «трогал», мудила.

Я обхватил Кэти за плечи, удерживая ее обмякшее тело, и медленно повел к выходу. Ее ноги волочились по полу, липкому от пролитого сока, а с губ срывались первые тихие всхлипы.

— Так, Танасс, — крикнула К’терра. — За моим баром тебе делать нечего. Как насчет того, чтобы вернуться в зал? А я плесну тебе чего-нибудь за счет заведения, идет?

Я вывел Кэти за штору и усадил на один из составленных друг на друга ящиков:

— Что случилось?

Ее нижняя губа задрожала, и эта дрожь мгновенно передалась на подбородок.

— Н-ничего не с-случилось. Я п-просто… я… я… — очередной судорожный вдох застрял у нее в горле. — Я п-просто глупая и слабая. О-он не трогал меня. И-и даже если бы тронул, он ведь просто хотел у-убрать волосы…

Она уткнулась лбом в мою грудь, заставив мое сердце пропустить удар. И следующий за ним тоже. Черт. Я видел приближение этой бури за миллионы световых лет, но оказался совершенно не готов к тому, что ее слезы будут насквозь пропитывать мою форму.

Мои руки приподнялись, зависнув над ее плечами.

Куда их деть?

Вдох. Выдох.

Я бережно обнял ее, и ее рыдания отозвались в моих ребрах такой волной, что я испугался, как бы они не треснули.

— Тсс… Ты так отчаянно пытаешься быть храброй и сильной, Кэти, но это не то, через что можно пройти напролом, на одной лишь силе воли. Быть слабой — это нормально, понимаешь?

Она резко выпрямилась, словно одно из моих слов щелкнуло невидимым переключателем:

— Тебе легко говорить, когда ты один. А у меня Грейс.

— И у вас обеих есть я.

Дрожащей рукой я коснулся ее волос у самого затылка. Намотал их на указательный палец, в точности повторяя движение,