Попаданка в шоке! Ученица лже-дедули - Юлия Бум

Наконец дедуля решил вмешаться:

— Что ещё за сухие букеты?

— Разные. Все цветы, что тут расцвели, входили в их состав. Мы просто решили их немного оживить, но… похоже, переборщили с силой.

— То есть вы хотите сказать, что вырастили это сами? Своими силами, без каких-либо артефактов и эликсиров? – ехидным голосом подметила фурия. Она что-то задумала? Хочет подловить нас на вранье? – Не знала, что у не пробудившейся демоницы может хватить сил на такое, – бросила эта выдра с кривой, издевательской усмешкой. Она точно пытается задеть Нану. ЧЁРТ! Вот же…

— Профессор Розенталь! – притормозил её ректор.

— Смотря какая у неё магия, – спокойно вмешался дедуля. – Однако, профессор Розенталь, вы, кажется, забыли, кто вы и кто она, — всё так же спокойно говорил он, однако от этой фразы глаза преподши стали метать молнии. – Более того, я не вижу ничего плохого в том, что коридор стал выглядеть более оживлённо. Особенно если учесть, что всё начали ваши студенты. Ректор Даглос, я требую разобраться с этим вопросом и найти шутников. Эти леди — мои особенные ученицы, — на последнем слове он сделал ударение. – И я не потерплю такого отношения к ним. Это всё равно что проявлять неуважение ко мне. Надеюсь, я ясно выразился?

Если до этого кто-то хихикал, шептался, злорадствовал, то сейчас замолчали абсолютно все. Видимо, никто не хотел попасть в чёрный список нашего дедули. Ай да дедушка, ай да молодец! Поставил всех на место. Правда, не уверена, что это поможет и козни совсем пропадут. Скорее уж станут более изощрёнными и хитрыми, с осторожностью, не так открыто.

— Я вас понял, господин Харисон. Мы обязательно разберёмся с этим вопросом. Что касаемо коридора…

— Господин ректор, позвольте выступить с предложением оставить цветы, – вмешалась внезапно мадам Фукс. Ого! Вот это поворот.

— О чём вы? – взбеленилась фурия, но и тут её ждал облом.

— Хорошо, пожалуй, так и впрямь более оживлённо. В таком случае забота о них ложится на вас, мадам Фукс, — сказал ректор, бросая беглый взгляд на Нану.

— Да-да, конечно.

— Вот и отлично. В таком случае вопрос решён. Девочки, можете передохнуть недолго и идти на следующие лекции, – сказал дедуля, но потом внезапно задержался и уже совсем тихо прошептал мне: – Вечером жду отчёта о том, как вы завели дружбу с местным хранителем. – Упс. Значит, об этом тоже уже доложили. Хорошо ещё, что ректор про это не вспомнил и не потащил с собой. Но думается мне, это обязательно вспомнится, и, скорее всего, спрашивать он будет у Наны.

Студенты разочарованно стали разбредаться каждый по своим делам, а мы с подругой, облегчённо выдыхая, решили отсидеться пару минут в комнате. Однако, открыв дверь, Нана резко затормозила, отчего я врезалась ей в спину.

— Ауч! Нана, ты чего? – Тут она, наоборот, среагировала быстро: прошмыгнула в комнату, затаскивая меня за собой и захлопывая дверь.

— М-да. Хорошо ещё, что Розенталь не вбежала сюда. Иначе с нас бы точно не слезли, – заметила Нана.

Наша комната видоизменилась. Причём основательно. В первую очередь она стала больше раза в полтора. У стены нарисовался милый каменный камин, окно стало больше и во всю стену. На нём была молочного цвета тюль и бордовая бархатная занавеска. Напротив друг друга стояли две кровати с бело-красным, причём шёлковым, постельным бельём; между ними у окна стоял белый стол с резными ножками, а посреди комнаты на полу был застелен молочного цвета меховой ковёр. Шкафы тоже изменились: белые, с какими-то выбитыми узорами. Пока я рассматривала нашу комнату, Нана решила заглянуть за дверь, ведущую в туалет. Там была полноценная ванная комната и ещё одна дверь сбоку в туалет.

— Это что? – в недоумении спросила я неясно кого.

— Вы уже вернулись? – потягиваясь на кровати, спросил сонный белый кот в штанах.

— Яшка? Это твоих рук дело? – обратилась к нему.

— Нравится? Вы проголодались? Я сейчас!

— Стой, нам сейчас на лекции. Ты лучше скажи, зачем всё это? Если кто-то увидит, нас же точно тогда попрут.

— Не попрут. Это же не вы, а я сделал. Вдруг вы захотите тут остаться?

«Вот подхалим»,— заворчал опять Райко.

— Ладно, с этим потом разберёмся. Идём, нам уже пора на лекции. Кстати, по защите. – Нана заглянула в листочек и снова убрала его.

— Можно в этот раз вы сами, а то я устал, – лениво зевнул этот… хранитель и снова улёгся спать.

«Без него обойдёмся!»— снова проворчал Райко. Ладно, вариантов всё равно нет.

— Идём, нас свои проведут, – дёрнула подругу, и мы поспешили в следующую аудиторию. Коридоры практически опустели, что говорило о приближении звонка. Мы как раз пришли вовремя, и Нана забежала первой, а вот меня перехватил тот самый парень, который, оказывается, стоял здесь и ждал. Он был довольно высок, но немного худощавого телосложения, тёмно-русые волосы с более тёмными концами и длинной чёлкой. Зелёные глаза были в обрамлении пушистых длинных ресниц. Симпатичный, но не в моём вкусе.

— Какого?

— Что ты тут делаешь? – почему-то зло процедил он, однако за этой злостью скрывалась ещё одна эмоция, но какая — я пока не разобрала. Да и некогда.

— Слушай, тебе какая разница? Зачем ещё приходят в академию?

— Это магическая академия.

— Да ладно? А я и не заметила, – съязвила я, стараясь выдернуть руку, но захват был очень сильным.

— Что же, и правда плевать. Рада, что выбрала моего брата, а не меня? Каково это — снова быть брошенкой? – При этом он приблизился довольно близко, настолько, что наши кончики носов практически соприкасались. Его рука на моём запястье сжалась ещё сильнее.

— Пусти, мне больно! И вообще, тебе какая разница? – Я не знаю, кто это, о каком брате идёт речь и вообще что происходило между ним и второй моей половинкой души. Одно ясно: она его отшила.

«Вот же гадёныш»,— возмутился Райко, и во мне в очередной раз поднялся жар.

«Райко, угомонись»,— напомнила ему Миневра.

— Какая? Ты права, ведь теперь ты точно никому не нужна. Без магии, брошенная всеми женихами. Но если ты попросишь… Хорошо попросишь… – Зрачки этого сумасшедшего расширились, и он снова потянулся ко мне.

— Я сказала, пусти! – Жар во мне достиг предела. И видимо, что-то отразилось на моём лице, ибо парень явно удивился и теперь смотрел на меня так, словно видел в первый раз. Уже прозвучал звонок, и из-за этого придурка мне точно влетит.

— Кажется, моя ученица