С ненавистью к тебе - Екатерина Юдина

Я подумала о том, чтобы проигнорировать сообщение. Еще лучше – вообще выбросить телефон.

Но… Асманд ведь должен был написать мне насчет врача.

Я долго стояла неподвижно. Боролась сама с собой, но в итоге все-таки прочитала сообщение.

Асманд и правда написал насчет врача.

Вот только, судя адресу, клиника находится в соседнем городе. Так даже лучше, но учитывая время, которое я увидела в сообщении, мне нужно выезжать прямо сейчас.

Черт.

Я отбросила телефон на кровать.

И что делать? Опять остаться без сна и душевного спокойствия, когда я и так нахожусь на грани? Уехать черти куда, понимая, что Асманду нельзя доверять?

Я начала расхаживать из одной стороны комнаты в другую. Нервно. Время от времени ногой пиная пуфик, мимо которого постоянно проходила.

А разве у меня есть выбор? Консультация врача на данный момент единственный нормальный выход из ситуации. Вернее, попытка найти путь к нему.

Я быстро оделась. Бросила в сумочку самые необходимые вещи и вышла из комнаты. Пройдя по коридору, уже собиралась зайти к матери, чтобы предупредить о том, что не буду ночевать дома, как остановилась.

Разве она заметит мое отсутствие?

Некоторое время смотря в пустоту коридора, я в итоге развернулась и пошла к лестнице.

***

Уже будучи за рулем своей машины, я все думала о том, почему сама не нашла врача.

Я, конечно, понимала, почему не сделала этого. Все врачи, к которым я могла обратиться, в итоге про метку точно донесут моему отчиму. А найти какого-нибудь нового специалиста не так просто. Особенно того, кого можно подкупить и заставить молчать, при этом надеясь, что он этой меткой позже не воспользуется, как компроматом. В мире куда больше ушлых людей, чем вообще вожно себе представить.

Но как я могу быть уверена в том, что Асманд нашел нормального доктора? Сохранит ли он секрет?

Нет. Он бездушный ублюдок, но не идиот. Асманд не назначил бы встречу с тем, кто не заслуживает его доверия.

Проехав еще несколько кварталов, я остановилась около небольшого маркета. Я давно нормально не ела и решила перед тем, как покинуть город, купить каких-нибудь сэндвичей.

Выйдя на улицу, я оглянулась.

Я редко бываю в продуктовых магазинах. В таких маркетах – вообще ни разу. Они предназначены для жителей более бедных районов, приезжающих в центральный на работу.

Зайдя в магазин, я взглядом окинула стеллажи. В принципе, достаточно неплохо. Намного лучше, чем я ожидала.

Пытаясь найти сэндвичи, я прошла вглубь магазина. Остановилась около холодильника с йогуртами, но внезапно почувствовала что-то странное. Тело начало сильно покалывать. Волнами. И я, встрепенувшись, пошла вправо. Зачем? Не понимала, но, собираясь завернуть за угол, я внезапно в кого-то врезалась. И этот кто-то был огромен. Альфа? Они все большие.

- Изви… - собираясь извиниться, я так и не закончила слово, ведь подняв взгляд увидела Асманда.

У меня лицо перекосило. И, судя по взгляду Коула он меня тут тоже не ожидал увидеть. И явно не был рад встрече.

Какого черта он тут делает? И вообще, почему в последнее время мы постоянно где-нибудь сталкиваемся?

Коул рукой оперся о стеллаж. Окинул меня медленным взглядом своих жутких глаз.

- Привет, шлюха.

У меня сердце остановилось. Сжалось, словно от кислоты.

И в следующее мгновение тишину магазина разрезал звук пощечины, которую я изо всех сил влепила Коулу.

Я резко открыла холодильник, схватила первую попавшуюся бутылку с йогуртом и, хлопнув дверцей, развернулась, после чего пошла прочь. Иначе боялась, что не сдержусь и этим йогуртом брошу в Асманда.

Я всегда гордилась тем, насколько тщательно держала свои эмоции под контролем. Никогда не понимала людей, которые теряли самообладание. Даже считала их глупыми, ведь, как это так – дать волю несдержанности и этим же навредить себе?

Что же… Теперь я их понимала.

Схватив еще какие-то хлебцы, я расплатилась. Перед тем, как выйти из магазина, заметила, что Асманд взял сигареты.

Лишь уже будучи в своей машине, подумала о том, какого черта я вообще творю?

Я отбросила покупки на переднее пассажирское сиденье и лбом ударилась о руль.

Проклятье. Мне следовало высказать Асманду, все, что я о нем думаю, после чего, раз мы уже столкнулись в пустующем магазине, спросить про врача, к которому мы едем.

Поднимая голову, я увидела, что Коул вышел из магазина. Распечатал только что купленные сигареты и подкурил одну. Поймав мой взгляд, он выдохнул дым и лишь одними губами произнес «Шлюха».

Я сжала руль так, что, казалось, еще немного и сломаю себе пальцы.

Господи, какая же он скотина.

Еле отрывая ладонь от руля, я показала Асманду средний палец. Пусть подавится им.

Заодно я проверила точно ли заблокировала дверцы. На всякий случай. Во имя собственной безопасности.

Но Коул, к счастью, не подошел к моей машине. Некоторое время он все так же стоял около магазина. Курил. Ветер растрепывал его белоснежные волосы и, в совокупности с тем, что рукава на его рубашке сейчас были подкатаны, это предавало его внешнему виду небрежности. Так лучше. Он не человек, а чертовое животное. Асманд не должен выглядеть аккуратно. Ему вообще не место в нормальном, цивилизованном обществе.

Коул достал телефон. Что-то написал и спустя мгновение на экране моего телефона вспыхнуло сообщение от него.

Сильно поджимая губы, я посмотрела на телефон, сейчас лежащий на переднем пассажирском сиденье рядом с йогуртом. Протянув ладонь, нажала на сообщение и прочитала:

«Ты так боишься за свою девственность. Опасаешься, что твой жених узнает о том, что ты на самом деле грязная шлюшка? Но для тебя есть еще варианты. Отсосешь мне тут за углом, или, может, дашь мне выебать тебя в задницу?»

У меня словно бы весь воздух выбило из легких. Вместо него по груди разлился чистый яд.

Как он вообще может мне такое писать?

Взяв телефон, я немного опустилась на сиденье и напечатала ответ:

«Иди к черту со всеми своими оскорблениями. Я не желала того, что произошло в клубной комнате и от меня ты больше никогда и ничего не получишь. Ты гребаное, никчемное животное»

Через несколько секунд пришел ответ:

«Если хорошо отсосешь и проглотишь сперму, я дам тебе двадцатку»

Из-за того, что я опустилась на сиденье, Асманд не видел моего лица. И это хорошо, ведь эмоционально меня перекосило. В первую очередь яростью. Но я не могла отрицать того, что его оскорбления били по мне болезненными плетями. До сих пор я