Дракон, которого я не выбирала - Ольга Грибова

Отпустив подлокотники, Верджил вцепился мне в горло. Крючковатые пальцы, изуродованные артритом, сдавили мою шею с неожиданной силой, а все попытки сбросить его руки терпели крах.

— Я тоже ненавижу драконов, — попробовала я достучаться до душителя, — и хочу от них избавиться.

— Я поступлю, как дракон, и помогу твоему желанию сбыться, — захихикал Верджил. — Не станет тебя, и тот, кого ты пробудила, тоже сдохнет.

Со всей очевидностью стало ясно, что он не остановится, пока не задушит меня. Безумный блеск его глаз внушал ужас. Да он же совсем спятил!

Я дернулась всем телом в отчаянном стремлении освободиться. Горло жгло так, будто я проглотила битое стекло. Каждый вдох превращался в судорожную попытку удержаться за жизнь, ускользающую, как дым на ветру. В ушах гулко стучала кровь, мир сузился до безумной ухмылки Верджила.

Никогда еще мне не было так страшно. По-животному. Мысли путались, тело слабело, но инстинкт выживания не сдавался. Из последних сил я вцепилась в запястья Верджила, ногти впились в сухую, дряблую кожу, но он этого даже не заметил. Безумие притупило его ощущение боли.

Мне не освободиться, он убьет меня! На этом связанные мысли закончились. Но стоило разуму отключиться, как включилось подсознание. Внутри что-то прогремело, как взрыв. Им словно снесло стену, за которой скрывалась небывалая сила, и теперь она без преграды хлынула наружу.

От моих ладоней распространился холод и перекинулся на руки Верджила. Его пальцы побелели, потом посерели, покрываясь узором трещин, будто старая керамика. Суставы скрипнули, движения замедлились, но главное — его руки потеряли силу и спали с моей шеи.

Я наконец вдохнула — резко, жадно, до боли в груди. Сознание восстановилось рывком. Боль осталась, горло пульсировало, но я была в порядке. Чего нельзя было сказать о Верджиле.

Глава 13 Драконы

Я в ужасе отшатнулась, но было уже поздно. Верджил попятился от меня. Широко распахнутыми глазами он смотрел на свои обледеневшие руки. Они выглядели так, будто он окунул их в прорубь на морозе минус сорок. А когда вытащил, они превратились в ледышки.

— Что ты со мной сделала? — пробормотал он.

— Я не знаю, — ответила абсолютно честно. Такое со мной впервые!

Но хуже всего то, что на этом все не закончилось. Замерев от шока, я наблюдала за тем, как лед постепенно захватил тело Верджила. Сначала предплечья, затем торс с переходом на ноги. Холод вгрызался в его плоть, проникал под кожу, в кости и не собирался останавливаться.

Под конец обледенела шея и последней — голова. Верджил застыл ледяной скульптурой, с ужасом глядя на меня — своего убийцу.

Сказать, что я испугалась, ничего не сказать. Я хотела спастись, а не убить! Таков второй дар Фроста? Он передал мне свое ледяное прикосновение?

Желудок сжался, подступила тошнота. Что теперь будет? Меня же казнят за убийство!

В комнате было тепло. От камина, где горел огонь, шел жар. Это отрицательно сказалось на ледяной статуе. С жутким хрустом правая нога Верджила подломилась, он весь накренился и, прежде чем я успела что-то сделать, рухнул на пол. Миг — и его тело разбилось на сотни ледяных осколков, разлетевшихся по гостиной.

Еще немного — и Верджил окончательно растает. Даже тело прятать не придется. Просто взять тряпку и стереть лужу с пола. Я нервно хихикнула.

Теперь ноги подкосились уже у меня, и я рухнула в кресло. И, кажется, на секунду-другую отключилась. Мир заволокло густой чернотой, этаким непроницаемым туманом из тьмы. А когда он развеялся, и ко мне вернулось сознание, напротив меня стоял… Верджил.

— Вы просили аудиенцию, чтобы обсудить со мной какой-то важный вопрос, — прокряхтел он, усаживаясь в кресло. — Но так и не объяснили, о чем пойдет речь.

Я уставилась на него, не веря своим глазам. Не может этого быть! Я же видела, как он рассыпался по полу. Я машинально посмотрела на свои руки. Нормальные. Теплые. Ни следа инея, ни ощущения той силы, что еще недавно вырвалась из меня.

Верджил был жив и невредим. Он сидел напротив, дышал, моргал. И от этого было не по себе. Я что, потеряла сознание? Мне это приснилось? Я сглотнула и почувствовала, как по спине медленно ползет холодок, но не магический, а самый обычный. Время… откатилось назад? Но как?

Я не произносила заклинаний. Не делала ничего. Я просто испугалась. А теперь сидела напротив человека, которого только что убила, и понятия не имела, что страшнее — то, что он снова жив, или то, что я не понимаю, как это произошло.

Надо выбираться отсюда. И желательно поскорее, пока Верджил снова не погиб.

Он так и ждал, пока я объясню причину визита. Что бы такое придумать… Кажется, он что-то говорил про корабли.

— Я хотела арендовать судно для перевозки, — выпалила я.

— Боюсь, вы пришли не по адресу. Моя семья давно не владеет кораблями.

— В таком случае прошу меня простить за беспокойство, — я вскочила на ноги.

Если Верджил удивился моей поспешности, то виду не подал. Он не пытался меня задержать, оставаясь все таким же безучастным, каким был до упоминания драконов.

Выскочив на улицу, я отдышалась. Что это сейчас было? Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя и сообразить. Когда первый шок прошел, я поняла, что каким-то непостижимым образом применила силу двух драконов. Сначала заморозила Верджила, как это сделал бы Фрост. А потом, испугавшись содеянного, вернула время вспять подобно Моргану.

Но как это возможно? Драконы наделили меня частью своей магии? На этой мысли меня резко замутило, но не от эмоций. Проблема была чисто физической. Откровенно говоря, я уже с неделю чувствовала себя паршиво, а еще у меня сбился цикл. Но я списывала это на пережитый стресс.

О Творец, да я же беременна! Но от кого из них?

Я едва помнила, как ушла. К счастью, сцена с заморозкой не повторилась. Верджил остался жив и здоров. И это к лучшему. Не факт, что у меня получилось бы снова отмотать время назад. Я так и не поняла, как это сделала.

Покинув дворец, я поспешила прочь. Шла, куда глаза глядят. В голове было слишком много мыслей, они затмевали реальность. Я едва слышала и видела окружающий мир. Все из-за оглушающей новости.

Беременна. Прямо сейчас во мне зарождается новая жизнь. Шесть раз я уже чувствовала