Благословенная - Брэнди Элледж

Несколько ангелов кивнули.

Сандалфон посмотрел на своих братьев и сестёр.

— Есть кое-что, чего я не понимаю. Люцифер и его племя вовсе не бескорыстные творцы добра; почему они оставили свой след на тех, кого коснулись мы?

— Что ещё важнее, что это с ними сделает? — спросила Ариэль.

Разиэль заговорил:

— Технически мы носим тот же ярлык, что и они, падшие, но мы очень отличаемся от наших тёмных братьев и сестёр. Наша сила по-прежнему чиста, независимо от цвета наших крыльев. Мы прошли через Ад, чтобы попасть на землю. Мы не задерживались там и не выбирали оставаться надолго. Люцифер и остальные теперь тёмные ангелы.

Он прошёлся перед Архангелами.

— Мы знали, сколько именно нужно дать каждому человеку, чтобы спасти его от распространившейся болезни. Да, теперь у них есть небольшие особые дары, такие как крепкая иммунная система или превосходная интуиция, которые они передадут своим детям, но, кроме этого, они не изменятся.

Габриэль прикусила губу.

— Но если падшие… тёмные ангелы добавили свои тёмные силы…

В комнате стало тихо.

— Если тёмные ангелы были достаточно сильны, то их прикосновение в сочетании с нашим… что ж, это изменит тех людей, — сказал Разиэль.

— Во что? — спросила Ариэль.

— В бессмертных.

Габриэль ещё до того, как всё это началось, знала, что случится что-то плохое, но даже в самых смелых своих предположениях не могла представить, что они создадут нечто, чего изначально никогда не должно было существовать.

Глава 16

На следующее утро в мою дверь постучали. Я была сонной, когда выбралась из кровати в своей огромной футболке. Сон прошлой ночи оставил после себя чувство, будто меня преследуют призраки. Мне нужно было выяснить, что случилось с людьми и архангелами, а единственный способ сделать это — снова уснуть и надеяться, что сны вернутся. Но сначала мне нужно было избавиться от Командира, который долбился так, будто собирается выбить дверь.

Я распахнула дверь и увидела, как он хмуро смотрит на меня сверху вниз.

— Ты не пришла сегодня на своё первое занятие.

Мне нечего было сказать, поэтому я просто пожала плечами и уставилась ему в грудь.

— Оденься. Я хочу кое-что тебе показать.

Я уже собиралась возразить, но он сказал:

— У тебя пять минут. После этого я вернусь и сам за тобой зайду. Так что одевайся. Ты можешь выйти сама или я вынесу тебя из общежития на руках в этой жалкой футболке, в которой ты спишь.

Я сердито посмотрела на него, когда он закрыл дверь, но в ту же секунду, как замок щёлкнул, переоделась во что-то другое. Только этого мне не хватало, чтобы меня водили по кампусу в футболке с Микки Маусом и трусиках.

Я расчесала волосы, почистила зубы и как раз надевала обувь, когда он вошёл в мою комнату… не постучав.

— Здравствуй, личное пространство?

— Прошло пять минут, — сказал он. — Я человек слова.

Я неохотно последовала за ним из своей комнаты и из здания. Мы пересекли кампус и зашли за большое строение, где хранилось оборудование для ухода за газонами. Затем свернули на тропинку, уходящую в лес, где деревья росли так густо, что солнечный свет почти не пробивался сквозь подлесок. Красиво и чертовски жутко одновременно.

Шутя, я спросила:

— Ты планируешь мою смерть?

С сексуальной ухмылкой он оглянулся через плечо.

— В день испытания ты сказала мне почти то же самое.

Его зелёные глаза искрились весельем.

— Нет, я не планирую твою смерть, хотя, с другой стороны, я вообще не большой любитель что-либо планировать.

— Что ж, это успокаивает.

— Рад был помочь.

Это почти походило на флирт, но это было бы безумием, потому что свирепый воин, идущий впереди меня, не стал бы заниматься чем-то настолько подростковым.

Мы продолжили идти по тропинке, а я старалась не пялиться на его задницу, но, чёрт возьми, Реми была права. Она была очень даже ничего.

Я вздохнула, подумав о своей подруге. Я была почти уверена, что она избегает меня. После этого мне нужно было найти её и объяснить, почему я убежала. Если она вообще станет слушать.

В конце концов тропинка вывела нас на небольшую лужайку перед крошечной хижиной.

— Здесь я живу. Я достаточно близко к школе на случай, если понадоблюсь студентам, но достаточно далеко, чтобы иметь немного тишины и покоя, когда это необходимо.

— Круто.

Почему я у него дома?

Он открыл дверь, и я вошла следом. Мой взгляд метался по сторонам, пока я пыталась рассмотреть жилище Командира и узнать хоть немного о том, кем он был на самом деле.

Дом оказался тёплым и уютным. Кухня плавно переходила в гостиную с маленьким камином. Везде пахло кедром, и всё было аккуратным и упорядоченным. От Командира я ожидала не меньшего.

Он прислонился бедром к кухонной стойке.

— Я знаю, что ты расстроена, сбита с толку и напугана. Обычно студентам и без того непросто всё это принять, а уж когда кто-то пытается их убить — тем более. Мне не удалось выяснить, кто это был, и Джейс тоже ничего не видит со своей стороны. Но я позабочусь о том, чтобы здесь ты была в безопасности.

Я опустила взгляд на свои чёрные кроссовки, которые выдала Академия Серафимов. Сказать, что мне было немного неловко из-за того, что вчера он пришёл мне на помощь, значило ничего не сказать.

— Я понимаю, почему ты убежала, но какими бы ни были видения Джейса, ты не можешь снова убегать. У меня есть предложение.

— Какое?

— Заклинание привязки.

— Эм… нет, без обид, — сказала я, — но мне совсем не нравится, на что это похоже.

Он скрестил свои огромные руки на груди. Татуировки вились вокруг его бицепсов и спускались по предплечьям.

Я тяжело сглотнула и снова сосредоточилась на своих ногах. Если я начну пускать слюни прямо сейчас, это будет куда более неловко, чем спасение от каких-то демонов.

— Это безопасно, Габриэлла. Оно свяжет наши эмоции, так что я буду знать, если ты окажешься в беде. Кроме того, это что-то вроде магического GPS; я смогу отследить тебя, куда бы ты ни отправилась.

Прежде чем я успела что-то сказать, он поднял руку.

— Я научу тебя закрываться от меня, если тебе когда-нибудь понадобится эмоциональная приватность, и это также можно отменить. Если ты решишь, что это слишком вторгается в личное пространство,