Сбежать от заморского принца - Селина де Нис
«Согласна» — вывела я грустно-синими буквами.
— А что за артефакт может так действовать? — задала правильный вопрос Альда. Совсем так, как нас учил инквизитор: чтобы получать правильные ответы, нужно задавать правильные вопросы.
— Не думаю, что это приворотное зелье, — задумчиво протянул Леандро и добавил: — Оно оставляет другие следы.
«А какие ещё способы мы знаем?» — начертала я огненными буквами, оставляя гореть эту надпись на стене дольше обычного.
«Я слышала про какое-то украшение, которое могли повесить на человека. Заколка, какая-нибудь, например,» — написала я.
— Ну… где-то я слышал про массовое воздействие на сознание людей.
— А почему тогда не все ведут себя не так? И потом, воздействие на подсознание не оставляет магических следов. Да и вообще, не доказано, — сказал Веллор.
— Может, зачарованная помада? — предположила Альда.
— Ну что-то я не видел, чтобы Наина кого-то целовала из этих парней, — сказал Лукас, а я порадовалась, что он не всегда был рядом со мной. Мне не хотелось, чтобы ему было больно. И мне не хотелось, чтобы он страдал каждый раз защищая меня от этой напасти в виде двух неадекватов. Хотя, они точно действовали осознанно и нарочно.
Было уже за полночь, когда идеи закончились, и мы решили закончить издевательство над нашими усталыми мозгами и поговорить завтра с мэтром Рантес-Ларú. Он же специалист по артефактам. А если он не сможет нам помочь, то пойдём в библиотеку. А если и там ничего не найдём, то… Мы так и не решили, что тогда будем делать. Но надо же с чего-то начинать.
Спустя часа два мне в окно постучался Лукас с букетом цветов, чмокнул меня в щеку и грустный улетел. А жаль. Мне так нравилось разглаживать его красивые крылья и слушать поющий в них ветер. Какое-то волнение охватывало меня, а вдоль позвоночника бежали какие-то импульсы. Мне казалось, что у меня самой за спиной крылья, и я парю в небе, наслаждаясь потоками ветра.
* * *
— Я обязан оповестить о произошедшем директора. Будет расследование, — сказал мэтр Рантес-Ларú, когда мы не обнаружили в хранилище артефакт «Перо любви».
Как только мы рассказали все наши умозаключения мэтру, он, немного подумав, назвал нам артефакт с похожим способом воздействия. «Перо любви» представляло из себя древнее перо вымершей птицы, радужного лебедя, которым можно написать письмо-призыв тому, кого нужно приворожить и поставить имя того, к кому человек должен испытывать чувства.
Получалось, что каждому, кто внезапно начал преследовать и признаваться в любви кому-то, было написано и передано такое письмо. Но оставались вопросы: кто украл артефакт из хранилища? Кто писал письма? Кто и как передавал эти письма адресату? Вот это и предстояло нам выяснить.
По словам мэтра Рантес-Ларú, чтобы поддерживать влюблённость, нужно, чтобы объект читал письма примерно раз в два-три дня. Поэтому, самым простым способом было проследить, кто подкидывает письма Кэлану. Самое простое предположение — это тот, за кем Кэлан сейчас бегал. Но ведь были девчонки и парни, для которых ухаживания были неожиданностью или вообще нежелательны. Несколько пар распалось. Надеюсь, у них все образуется.
* * *
Выходные мы решили провести в городе, вне стен Академии. А в комнатах Кэлана поставили ловушку. Кэлан с Леандро до обеда присутствовали во дворце на какой-то важной встрече, а Альда с утра уехала к родителям. Мы же с Лукасом и Веллором покатались на каруселях, зашли на ярмарку и уже просто гуляли по королевскому общественному парку, где договорились встретиться и пойти обедать.
Я доедала мороженое, которое Лукас с Веллором накупили для меня, пытаясь, видимо, заморозить моё горло и уложить поболеть, когда увидели Кэлана с Леандро, улепётывающих от преследующих их девиц. Оно и понятно. Кэлан — младший принц, Леандро — его друг и телохранитель. Лакомый кусочек для охотниц за женихами.
— Встречаемся в нашем кафе! — бросил Леандро, и они с Веллором пошли на встречу смеющимся девицам. А Лукас с Кэланом подхватили меня под руки, и мы понеслись по каким-то улочкам, и остановились только спустя минут десять в каком-то тихом закоулке.
Мы уже шли спокойным шагом и придумывали, что заказать на обед, когда услышали, как кто-то зовёт на помощь. Меня оставили дожидаться, но мне не очень хотелось отпускать своих друзей непонятно на что. Я стояла и переминалась с ноги на ногу, не решаясь последовать за друзьями. Но руки чесались, а ноги сами понесли вслед за ними. Дойдя до угла, где скрылись Лукас с Кэланом я услышала звуки борьбы и как кто-то издавал сдавленные звуки, как будто ему завязали рот. Я накинула на себя заклинание невидимости и глушилки шагов и заглянула за угол.
Так и есть: там уже разворачивалась нешуточная потасовка. Принцы уже были укутаны заклинаниями смирения, а трое взрослых мужиков в масках уже генерировали файерболы. Четвёртый держал Альду в коконе неподвижности. Судя по всему, он был несильный маг, потому что ничего кроме этого он не делал.
Так! Быстро соображаем, что делать. С одной руки я пустила плетение щита для Альды и сбивающий вихрь для её мучителя. Второй рукой накинула на Лукаса и Кэлана зеркальное плетение. Не зря ж я недавно от скуки полночи потратила, чтобы расплести его до основания, а потом полночи, чтобы вплести в него отражение боевых атак.
Сработало! Но не совсем так, как я рассчитывала. Зеркальной отдачей троих убило на месте, а того, кто держал Альду, спеленали принцы. Кэлан сразу вызвал охрану и ни на миг не отходил от Альды.
Нас доставили к королевским дознавателям и вызвали инквизиторов. И как всегда я была права: бывших инквизиторов не бывает. Допрашивал нас мэтр Левего. После всего произошедшего у меня закрались подозрения, что не спроста в Академии в этом году открылся факультет религиоведения. Уж очень много королевских особ скопилось одновременно в одном месте.
После долгого и изматывающего допроса нас основательно осмотрели королевские лекари и не найдя ничего, что бы могло угрожать нашему здоровью, посадили в самоходную машину и отправили в Академию.
«Как вы думаете, на кого было совершено нападение на самом деле?» — вывела я на стене вопрос, который задала инквизитору на допросе. Но от инквизитора я в ответ получила лишь отповедь, что вопросы задаёт здесь он. А вот поразмышлять вместе