Принцесса и Дракон - Екатерина Владимировна Флат

Неужели все, не выбраться…

А ведь еще совсем недавно, в саду, я не сомневалась в скором спасении, а теперь… Отец мертв. Наверняка не без участия короля Париса с сынком и, вполне вероятно, моего брата! Теперь еще и Рамира убьют из-за меня! Пусть Геон явно с ним уже знаком, но сейчас именно я виновата, что его схватят!

Но неужели ничего нельзя сделать⁈ Где эта злосчастная магия Эдара, когда она так нужна⁈

В отчаянии я стукнула кулаками по ковру и от бессилия разревелась.

Глава 7

— Сати, что же теперь будет?..

Бледная, в черном траурном платье Ламина больше походила на собственную тень. Сидя в кресле и сжавшись при этом так, словно хотела стать как можно незаметней, сестра не сводила с меня взгляда. Растерянного, беспомощного, но в то же время с робкой надеждой… И я очень старалась не показать, насколько самой тошно.

— Все будет хорошо, не беспокойся. Скоро, тем более, ты поедешь к своему жениху, постарайся думать об этом, — ободряюще ей улыбнулась.

Ламина ничего не ответила. Казалось, ей очень стыдно и неловко, что она должна сейчас искренне горевать, но по факту смерть отца не вызвала таких чувств. Да, произошло все слишком внезапно. Да, страшно, что теперь будет с нам. Но лично я уж точно по отцу не тосковала.

Хотя скрывать не стану, сегодня, на церемонии погребения, кольнуло все же чувство жалости. Народу присутствовало много. И все старательно изображали скорбные лица. Но сплошь фальшь! Интересно, король вообще был дорог хоть кому-то? Хоть кто-то пролил из-за его смерти искренние слезы?

А уж наш братец и вовсе не скрывал своего злорадства. Он мне вообще вчера открыто высказал. Точнее, прошипел в лицо:

— Я вас всех ненавижу! И его в первую очередь! С этими его экспериментами!

Я сначала не поняла, за что он может так отца ненавидеть, но Ламина мне потом пояснила тихо:

— Еще с самого детства Афнер всегда срывал на мне злобу, постоянно обижал. И все проклинал, что если бы не я, то его мама была бы жива и любила бы его. Но как так? Я-то тут причем, у нас же мамы разные, и я точно так же осталась без своей…

Но, видимо, принц еще в детстве считал, что вся проблема была в повторной женитьбе короля. А уже с годами Афнер, без сомнений, узнал об истинных планах отца насчет ребенка с магией Эдара. И потому возненавидел еще больше.

И пусть, с одной стороны, наш брат вызывал даже жалость. По сути, детская травма ребенка без мамы и совершенно ненужного отцу. Но с другой стороны, оправдывало ли это Афнера сейчас? Принц ненавидел отца и, вступив в сговор с Парисом и Геоном, избавился от него. Но так же он ненавидел и нас с Ламиной. И, единственное, что защищало нас от его мести — это чужие планы.

Да, король Парис с сыночком теперь все время были у нас во дворце. С того злополучного бала прошло три дня, но, казалось, уже целая вечность. Я открыто не высовывалась, но и просто внимательного наблюдения хватало для выводов. Афнер под пятой у Париса. Он лебезит перед ним, ни в чем не возражает.

Правда, скорее всего, точно так же вовсю строит планы, как избавиться от «подельников», но пока виду не подает. И только потому не трогает нас с Ламиной, ведь лично я нужна. А насчет сестры я Афнеру прямо сказала, что случись с ней что, я личну распилю братца на запчасти и утрамбую в ту огромную вазу, что стоит в холле дворца. Афнер впечатлился. Но надолго ли? Не просто же так он все шипел мне «Ничего, Геон научит тебя уму-разуму!».

Пусть никто мне это открыто не говорил, но и так было ясно, что они в курсе насчет удачи отцовского эксперимента. Даже догадываюсь откуда. Верховный жрец Огулон проболтался Парису, преследуя свою выгоду. Ну а тот в свою очередь организовал смерть моего отца.

И в итоге все они довольны! Афнер у них на побегушках. А сосуд с магией Эдара, то есть я, у них в собственности на бесправном положении. Есть отчего порадоваться жизни.

Вот только не знаю, какую именно роль мне теперь готовили. Если Геон своими липкими взглядами и намеками ясно давал понять о своих планах на меня, то, что замышлял его отец? Ведь изначально был в сговоре с моим насчет магии Эдара и имел какие-то свои планы на эту силу.

Как я понимаю, меня изначально и в жены Геону планировали отдать лишь потому, что в наследнике может эта злосчастная магия таки воплотиться. Ну а теперь и наследников ждать не надо. Вот она магия. На блюдечке. Вот только это самое «блюдечко» не намерено мириться со своей участью.

Только как теперь быть⁈ Барьер никуда не делся, мне отсюда не сбежать! А Рамир… Силы небесные, я его и не знала почти, но, признаюсь честно, слез пролила по нему больше, чем когда-либо раньше. Кем бы он ни был на самом деле, но я почему-то уверена, не заслуживал смерти…

Но его больше нет. И по моей вине. И ради него, и ради себя, я обязана сделать все, чтобы не допустить торжества этих негодяев!

Но пока никто меня ни трогал. Вот только интуиция подсказывала, что это лишь вынужденное затишье перед бурей. И бежать ведь надо отсюда! Бежать как можно скорее! Но теперь шансы свелись практически к нулю. Меня охранял чуть ли не целый отряд. Дежурили за дверью, дежурили под окнами. Если я куда-то шла, за мной неотступно следовало четверо стражей, как минимум.

Да и Геон демонстративно подчеркнул, что помощи теперь ждать неоткуда. На следующее утро после бала вдруг заявился ко мне в комнату.

— Небольшой тебе от меня подарочек, Саттива. Чтобы наивных надежд не строила.

И небрежно швырнул на пол черную маску. Я едва сохранила невозмутимый вид. Сразу же узнала! Эта маска была у Рамира!

Геон ждал моей реакции и, сразу не увидев, попытался добить. Принялся расписывать, как быстро Рамира победили, даже начал явно врать, будто тот молил о пощаде, ползал на коленях перед Геоном, но все равно был мучительно убит. Я всеми силами держалась, не показала ни одной эмоции, ведь именно их принц и