Вам Песец! - Светлана Нарватова

— С чего ты взяла?

— С того что я даже, где нахожусь, не знаю. И кто вы, ваше высочество, тоже понятия не имею.

— Где ты так научилась говорить на нашем языке?

— Это мой родной язык. Я говорю на нем с детства. Раз мы перешли к конструктивному диалогу, вы, ваше высочество, не могли бы с меня слезть? И что-нибудь надеть. Нет, так-то вы мужчина красивый, — торопливо поправилась я. Я смотрела достаточно фильмов про маньяков, чтобы знать: это у них от комплексов и детского насилия. — Но близость вашего мужского органа к моему лицу немного нервирует. Поверьте, ваше высочество, я и так поняла, что на меня тут положили…

Если нести оптимистичную чушь, уровень агрессии в любом взаимодействии падает до нуля, проверено опытом «Эвереста».

Мужик хмыкнул и… слез с меня. На долю мгновения надо мной промелькнул ранее положенный орган, и где-то глубоко в душе шевельнулось сожаление. Он и правда был хорош собой! Не орган — мужик. Сейчас он удалялся от меня за одеждой, демонстрируя широкие плечи, узкий таз, охрененную задницу и волосы, которые едва не доходили до неё. Причем, вся эта красота — я про волосы сейчас, — была ни капли не спутанная, лежала поверх мускулистой спины ровным слоем. Ухоженные, шикарно тяжелые волосы…

Он взял со скамьи черный халат, и только тут до меня дошло, что неплохо было бы оглядеть себя. Вдруг остро захотелось не выглядеть чухнянкой рядом с таким шикарным маньяком. Зеркала мне никто не предложил. Но и поверхностного осмотра хватило. Я по-прежнему была одета в больничный одноразовый балахон поверх белья. И сквозь тонкий нетканый материал все просматривалось ничуть не хуже, чем через его отсутствие у мужика. Торопливо прикрывшись покрывалом, я ощупала волосы: вроде не сальные и точно на месте. Маникюр в норме, под ногтями чисто, в подмышках и на ногах эпилировано. Я была в полном порядке.

Но непонятно где.

Лежбище, где я обнаружила себя, размещалось на возвышении типа помоста и было усыпано подушками. Освещение было очень скудным — какие-то точечные светодиоды, похоже, — так что я не могла с уверенностью сказать, какого цвета была кровать, покрывало и всё прочее, поскольку в таком полумраке могла распознать лишь оттенки черного.

Словно подгадав момент, маньяк в халате обернулся ко мне и воспользовался какой-то дистанционкой, потому что свет стал ярче. Первое, что я увидела, были кубики пресса на его сухощавом животе между полами халата. А потом, когда я наконец вновь стала соображать, до меня дошло, что всё вокруг было кроваво-красным.

Что не черное и золоченое.

Знаете, если я в таком интерьере поживу какое-то время, я тоже крышей тронусь!

— Давай всё сначала! — велел мужик, сохраняя дистанцию.

— Сначала — это опять орать? — на всякий случай уточнила я. — Ладно, ладно! — Я подняла руки. — Только можно в этот раз без пощечин, ваше высочество?

Тот недовольно поморщился.

— Я имею в виду разговор. Сядь!

— Ага. «Голос!»

— Что «голос»?

— Команда такая. Собаке. Чтобы лаяла. — Тут у мужика, кажется, аж волосы зашевелились и глаза застило кровью, и я торопливо поправилась: — Вы просто мне как собаке приказываете. — И зависнув на мгновение, не удержалась: — Ведь я же лучше собаки!

Мужик — или всё же парень?.. С этими азиатами попробуй разбери, какой там возраст, но, кажется, он был ненамного старше меня. Так вот, собеседник мой теперь выглядел скорее озадаченным, чем разгневанным. Возможно, всерьез оценивал, кто предпочтительней: я или четвероногий друг человека.

Но в любом случае это радовало.

Я точно помню, что террористов и насильников злить не надо.

…Им нужно бить по тестикулам, ушам, кадыку и валить от них как можно быстрее. Чем я обязательно займусь, как только представится такая возможность.

— Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? — с угрозой в голосе спросил он.

— Нет, конечно! Ваше высочество, вы только не обижайтесь, но я же уже отвечала: нет, к моему огромному сожалению, кто вы такой, я понятия не имею. Но если я должна вас знать, вы хотя бы намекните, откуда.

И тут, мне показалось, он весь словно расслабился. Словно у него из позвоночника катану вытащили.

…Катана!

Я вспомнила того сумасшедшего, которого ко мне занесло на днях. Да! Всё верно! Это какая-то какая-то секта неадекватных косплееров!

— Откуда ты?.. Как тебя там… Сандра?

Ну Сандра так Сандра. Хоть горшком назови, только в печку не ставь.

— Я из «Эвереста». — Фирма у нас солидная, со связями до самого верха. Пусть знает, с кем имеет дело. — Оттуда же, откуда Алена.

— Ты знаешь Алену? — На лице и в голосе собеседника усилился интерес.

На фамилию он почему-то не отреагировал, но имя ему было знакомо. Я права! Какой ужас, я права! Он определенно тоже ее знал. Значит, ее действительно похитили!

— Ну да, мы вместе работаем. Я могу с нею встретиться? — Как можно скорее найти Ковалеву и драпать, драпать отсюда!

Выражение «высочества» стало хитрованским, будто он что-то задумал, и крадущейся походкой маньяк направился в мою сторону.

— Я передам ей твою просьбу, — пообещал он, подходя к кровати, и я быстро отползла в противоположный угол.

— Когда?

— Ну… Не знаю. — Он не стал сокращать дистанцию и уселся по-турецки. — Я её не каждую ночь вижу.

О боже, так и знала: это какой-то подпольный бордель.

— А сходить к ней никак нельзя? — Я изобразила очень просительное выражение.

— Нет, нельзя. Она сама приходит, когда хочет. А ты так не умеешь?

— Умею. — Если чтобы приходить, когда хочу, нужно что-то уметь, я это сделаю. В крайнем случае, научусь и сделаю.

— Но тоже не каждую ночь?

— Да! А днем вообще никак!

— Алену я как-то и днем видел. В самый первый раз… — мечтательно-задумчиво заметил азиат.

Он в неё втюрился, что ли?

Нет, разумеется, мне так даже безопаснее!

Но всё же было немного обидно: я ничуть не хуже Ковалевой!

— А магия на тебя тоже не действует? — живо поинтересовался псих.

— Нет!

Магии не существует.

Значит, она на меня не действует.

Я же всё правильно сказала?

— Правда? — восторженно заерзал мой собеседник. — Отлично!

Он поднял руку, словно замахивался…

— И