Невольная истинная-2 - Юлия Александровна Пульс

Чем это занималась моя истинная, пока я работал?

Лира, соскочив со своего места, подошла к генералу и потянула к нему руки. Нэйд с радостью заключил ее в объятия.

— Я вообще-то тоже хорошо готовлю! — возмутилась девочка.

— Да, — Мери заулыбалась, — знаете, какие у нее получаются блины? Пальцы можно слопать.

— Я тоже, я тоже могу! — подключилась Тэя.

— Ты маленькая еще, — засмеялась средняя сестра.

— А вот и нет! — надула губы младшая.

Мери закатила глаза.

— Это надолго.

Вайсо вдруг оживился:

— Да все успеется, Тэя. Сейчас главное учиться и примерно себя вести.

Резкая тишина накрыла столовую. Мери смотрела на отца, не моргая, будто видит его впервые. Она гулко сглотнула и, неловко стукнув вилкой о тарелку, отвернулась. На ее глазах выступили слезы.

Я вздохнул и сел с ней рядом. Зыркнул на Геру, которая все это устроила, но с няни, как с гуся вода. Довольно улыбалась.

— Все хорошо, — взял я Мери за руку.

В зал забежала Селена. Расшаркалась в поклонах и подошла к Вайсо.

— Извините, вы обронили, когда шли на ужин, — девушка протянула ему какое-то кольцо.

Мужчина сдержанно поблагодарил, и на его бледных после болезни щеках заметно разгорелся румянец, а в темно-голубых глазах зажегся явный интерес.

Мери дернулась, отпустила мою руку и, беспомощно царапая горло, вдруг стала заваливаться.

Я подскочил с места и подхватил Мериди.

— Мед! Ей нельзя! — закричала Лира, показав на стол. — Наверное в пироге был, — показала на выпечку, что до моего прихода съела девушка. — У Мери сильная реакция на пчел и мед.

Вайсо тоже бросился к дочери.

— Селена! Живо за Бренером! — приказал я и смахнул посуду со стола, чтобы уложить на него Мери.

Она какое-то время свистяще дышала, глаза закатились, кожа на шее окрасилась красными пятнами, а после Мери затихла.

— Сделайте что-нибудь, — взмолился Вайсо, — пожалуйста.

Меня насквозь прошило диким страхом и все вдруг стало неважным. Она теперь и есть весь мой мир, вся моя жизнь.

Обхватив лицо Мери ладонями, я призвал магию метки. Золотые лозы поплелись по ее шее до подбородка. Засветились так ярко, что можно было ослепнуть. Нас окутало мерцающей дымкой и меня потянуло к губам истинной.

Это не вылечило ее полностью, но Мери распахнула глаза и, отстранившись, просипела:

— Дышать… не могу дышать, — потянулась к вороту платья, показывая, что корсет ей жмет.

Я разорвал ткань когтями и укрыл Мериди своей накидкой. В этот миг в зал вбежал целитель и сходу оттеснил меня от девушки.

— Что тут у вас? — Бренер ощупал Мери тревожным взглядом.

— Аллергия, — произнес я дрожащим голосом. — Нэйд, пусть выкинут из замка весь мед! И не дай Эстиер я увижу хоть одну пчелу!

— Сделаем! — кивнул генерал.

А лекарь уже водил руками над Мери, что вновь прикрыла глаза и слегка подрагивала под моей мантией.

Через какое-то время девушка задышала ровнее, перестала дергаться, а беспокойно ходящий туда-сюда по столовой Вайсо, остановился, обнял испуганных девочек и присел на ближайший стул.

Гера с Нэйдом молча наблюдали за работой целителя, а Селена встала за спиной Вайсо и в утешительном жесте положила руку на его плечо.

Вскоре Бренер отступил от Мери, довольно кивая.

— Она здорова. Но реакция была сильная. Лучше сделать защитный амулет.

— Займись этим.

Я подхватил девушку на руки и прижал к груди. Страх, что сковывал все тело и мешал даже мыслить, схлынул. Я заглянул Мериди в глаза и покачал головой.

— Ты почему не сказала, что у тебя аллергия? Смерти моей хочешь?

— У меня был амулет, — шепнула она и чуть уверенней заговорила, — мама еще покупала, но… перед свадьбой Торн заставил все снять. И не надо пчел убирать из Сорейна, цветы и ягоды будут плохо расти, а мед… для девочек и остальных полезен. Просто поваров надо предупредить, чтобы в мою еду не клали его.

— Сегодня амулет должен быть готов, — зыркнул я на Беренера и целитель поклонился, покинул зал.

Я еще крепче прижал к себе Мери и опустился на стул. Стер большим пальцем следы грифеля с ее щеки.

— Я приношу тебе одни проблемы, истинный…

Я смотрел в ее глаза с искренней улыбкой. Глупая. Даже не представляет, как ярко осветила мою жизнь. Я провел ладонью по ее волосам, убирая с лица выбившуюся золотую прядь.

— Ты приносишь мне радость, — прошептал я, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Она обняла меня и спрятала лицо на груди.

— Я ни о чем не жалею… — прошептала. То ли себе, то ли мне.

Я поднял взгляд на притихшую кампанию. Селена отмерла и кинулась собирать посуду с пола. Нэйд с Герой с улыбками переглядывались.

А Вайсо о чем-то тихо общался с малышками. Тэя залезла ему на руки, а Лира все еще недоверчиво поглядывала, но тоже прижалась к боку отца.

— Что-то подозрительно тихо, — проговорила Мери, выглядывая из-под моей руки.

— Ты всех напугала, — усмехнулся я, поглаживая ее по спине.

— Мери надо переодеться, — я взглянул на девочек и поднялся с места, не собираясь спускать с рук истинную. — Продолжайте ужин без нас.

— Ридди, выздоравливай, — в два голоса крикнули сестренки.

Мери засияла, глядя на отца с сестрами.

— Не подерутся? — куснув мое ухо, тихо сказала она.

— Нэйд разнимет, — я улыбнулся и потерся щекой о ее щеку. — У меня на вас сегодня большие планы, герцогиня, — прошептал с предвкушением и игриво подмигнул.

— Только медом, чур, не мазать, — хихикнула она.

— Обойдемся без сладостей, — я рассмеялся, чувствуя, как ее дыхание щекочет шею. — Но планы у меня все равно сладкие.

Я не знаю, что со мной, но не могу отлепиться от Адриана. Буквально. Я словно влипла в него.

— Тяжело? — На очередном лестничном подъеме, я обняла его шею покрепче. — Я могу чуточку пройтись.

— Нет. Мне нравится носить тебя на руках, — он чмокнул меня в губы, продолжая ступать вверх к главной башне замка. — Лучше скажи, чего я еще о тебе не знаю?

— А что именно хотел бы знать? — я удивленно всмотрелась в его сосредоточенное лицо. Какой