Попаданка на диплодоке: инструкция по выживанию - Ася Юрская
Он долго смотрел на меня, потом вздохнул. Его плечи едва заметно опустились, и я увидела, как пальцы его левой руки сжались в кулак и снова разжались, медленно, словно он боролся с собой.
— Хорошо. Но только в сопровождении. И мы делаем это по моему плану.
— Договорились.
Мы вернулись во дворец. Я чувствовала, как внутри закипает азарт. Теперь у меня была цель и, кажется, я знала, с чего начать. Мы снова вошли в сияющий зал, и свет ударил по глазам. Музыка всё ещё играла, пары всё ещё кружились, и никто, казалось, не заметил нашего отсутствия. Но теперь для меня всё изменилось. Всё это перестало меня раздражать, поскольку теперь у меня была не просто роль гостьи из восточных провинций, теперь у меня была миссия. Внутри меня разгорелось знакомое чувство — азарт! Как перед большим проектом, когда страшно, но уже хочется начать или как перед раскопками, не знаешь, что найдёшь, но точно знаешь, будет интересно. Ах, Изабелла, красная змея, с тебя-то я и начну! Ты ещё пожалеешь, что перешла мне дорогу. Я буду копать под тебя так долго и основательно пока не докопаюсь до правды. Или пока правда не докопается до меня. Посмотрим, кто быстрее.
Глава 17
На следующий вечер мы уже вернулись в Заповедник. Я устала до дрожи в коленях, но сон не шёл, потому что мозг решил, что ночь — это идеальное время для обработки всех полученных стрессов. Тело ныло так, будто по мне проехался тяжеленный каток, а потом, для верности, решил сдать назад. Мышцы горели огнем, а веки налились свинцом, в висках пульсировала тупая и тягучая боль, знакомая каждой жертве горящих дедлайнов. Но стоило мне улечься в постель, как мозг вместо того, чтобы отключиться, включил режим аварийной активности. Мысли разбегались в разные стороны. Одна про украденные яйца, другая про Дамиана и его предательскую улыбку, третья про Изабеллу и её ядовитые взгляды, четвёртая про то, как я вообще здесь оказалась. И все они одновременно грузились, не давая системе перезагрузиться.
Где-то внизу, в гостиной, тикали напольные часы. Их мерный и надтреснутый бой пробирался сквозь толстые стены. За окном стрекотали ночные ящеры, ветер шуршал листьями папоротников, а я всё ворочалась в кровати. Я перевернулась на спину, уставилась в тёмный потолок и попыталась заставить себя дышать медленно, но сон так и не пришёл.
Снаружи снова застрекотали ящеры. Я вздохнула, уткнулась лицом в подушку и принялась считать. Не овец, а птерозавров. Один птерозавр перелетает через ущелье. Два птерозавра перелетают через ущелье. Три птерозавра... а третий врезается в дирижабль, и все орут. Нет, что-то тоже не работает.
В конце-концов, усталость последних дней одолела и уже под утро меня сморил сон.
А утром грянула новость. Пропали ещё яйца.
— Это уже четвёртая кладка, — мрачно произнёс лорд, когда мы собрались в его кабинете. — На этот раз панцирные анкилозавры. Три яйца. И охрану обошли через старый дренажный туннель.
Голос его звучал глухо, будто он говорил сквозь сжатые зубы. Я заметила, что лорд не сидел, как обычно, за столом, а стоял у окна, глядя на залитый утренним солнцем двор, где суетились рабочие. За окном перекликались рабочие, гремели упряжью, где-то звонко цокали копыта, а в кабинете стояла такая тишина, что я слышала, как пролетел комар.
— Кто знал про туннель? — спросила я.
Я старалась, чтобы голос звучал деловито, но внутри всё сжалось. Вопрос был очевидным, и ответ на него, судя по мрачному лицу лорда, тоже.
— Знали только свои, — отрезал он, наконец повернувшись ко мне.
— Значит, среди ваших людей предатель, — констатировала я, чувствуя, как холодеют пальцы.
— Я уже думал об этом. — Лорд потёр переносицу. Я заметила, что у него под глазами залегли тени, похоже, что он не спал.
Я задумалась, потом решительно шагнула к столу.
— Дайте мне список сотрудников и карту заповедника. И ещё доступ ко всем записям о пропажах за последний год.
— Зачем? — Он нахмурился, явно не понимая моего порыва.
— Хочу провести аудит.
— Что? — В его голосе послышалось искреннее недоумение.
— Аудит. Проверку. Анализ уязвимостей. В моём мире это называется оптимизацией бизнес-процессов, а в вашем… хм, ну, назовём это найти дыру в безопасности, пока вас не обокрали в пятый раз.
Лорд и Томас, который тихо стоял в углу, что я его сперва даже не заметила, переглянулись. Видимо, сейчас безмолвно решают, не сошла ли я с ума окончательно.
— Пусть попробует, — пожал плечами Томас. — Хуже не будет. Мы и так ходим кругами.
— Хорошо, — согласился лорд, и в его голосе зазвенела сталь. — Но я буду рядом и Вы будете рассказывать мне о каждом шаге.
— Как всегда, — улыбнулась я.
Улыбка вышла кривой и усталой, но я и не пыталась изображать из себя сияющую героиню.
***
Весь день я просидела в лаборатории, разложив на столе карты, списки и отчёты. Мой мозг, привыкший к работе с большими объёмами информации, выстраивал связи и искал закономерности. Где-то тихо позвякивали склянки. Это Томас перебирал инструменты, периодически бросая на меня любопытные взгляды. Его шаги по каменному полу отдавались глухим чавкающим эхом.
Я сидела за столом, поджав под себя ногу, и раскладывала бумаги, как пасьянс. Карты заповедника с нанесёнными секторами, списки дежурств за последние два месяца, отчёты о кладках, рапорты егерей. Всё это я перебирала, сопоставляла и скрещивала. Вокруг меня росла гора листов, исписанных моим же торопливым почерком. На полях появлялись пометки, стрелки, вопросительные знаки и круги. Перо то и дело царапало бумагу, оставляя кляксы, и я машинально вытирала пальцы о край платья, забыв о том, что тётушка Агата за такое может меня и отхлестать.
Так, Елисеева, соберись. Я бормотала себе под нос, как, бывало, бормотала во время раскопок, когда нужно было удержать