Одна на двоих, или Отпускной переполох - Алиша Михайлова
— Катя… — выдохнул он, и его пальцы сжались на моих бёдрах. — Ты… ты вообще…
— Что? — я чуть наклонилась, скользнув губами по его скуле. — Язык проглотил? А говорил редкий вид.
Рей то ли застонал, то ли рассмеялся, я не разобрала, потому что именно в этот момент кровать прогнулась за моей спиной, и я почувствовала поцелуй между лопаток, горячий, влажный, туда, где только что скатилась капля пота. Губы Алекса невесомо скользнули к плечу, к изгибу шеи, за ухо. Горячее дыхание опалило кожу, и по телу побежали мурашки. Пальцы прошлись по рёбрам, едва касаясь, пересчитали каждое, поднялись выше, накрыли грудь и сжали соски, сильно, до сладкого спазма внизу живота.
— Господи, — выдохнула я, чувствуя, как воздух вырывается из лёгких рывками.
— Не господи, — прошептал Алекс мне в ухо. — Всего лишь я.
— Ага, — хрипло выдохнул Рей. — А ты думала, это святой дух тебя за спину трогает?
Я хмыкнула, но смех тут же сорвался в стон. Рей резко вышел из меня, оставив после себя пустоту, но уже через секунду его пальцы сжались на моих ягодицах, потянули вверх по телу, заставляя лечь грудью на его грудь. Его член, всё ещё твёрдый и влажный, скользнул между бёдер, прижимаясь к животу.
— Тихо, док, — горячее дыхание обожгло мне висок. — Дай брату шанс. А то опять скажет, что я всё самое интересное себе забираю.
— Я такого не говорил, — прозвучал голос Алекса где-то позади, и я почувствовала, как его пальцы скользнули по моему позвоночнику оставляя за собой дорожку из мурашек.
— Зато думал, — хмыкнул Рей, и его ладони легли на мою талию. — Давай, брат. Только без лекций, ладно? Она сейчас не в состоянии конспектировать.
— Я постараюсь, — ответил Алекс, и я услышала в его голосе улыбку. — Но за анатомию не ручаюсь.
— Алекс! — выдохнула я, оборачиваясь через плечо. — Ты сейчас серьёзно про анатомию⁈
— Абсолютно, — прошептал он. — Я, знаешь ли, учёный. У меня ко всему научный подход.
Рей снизу фыркнул, и его грудь подо мной дёрнулась от смеха.
— Научный подход это когда тебя поимели, а ты конспектируешь?
— Это когда я точно знаю, как доставить женщине удовольствие, — парировал Алекс и вошёл.
Медленно. Плавно. Заполняя до предела, так, что дыхание перехватило, а мир на секунду сузился до одной точки. Я застонала, вжимаясь лицом в шею Рея. Его кожа была влажной и пахла солью, потом и его собственным запахом, от которого у меня начала кружиться голова.
Пальцы Алекса легли на мои бёдра, сжали крепко, и он начал двигаться. Толчок. Тело качнулось вперёд, и соски прошлись по груди Рея до сладкой боли. Ещё толчок. С губ сорвался глухой стон, утонувший где-то в изгибе его шеи. Ещё и я начала поддаваться навстречу, ловя его целиком: каждый сантиметр внутри, пульсацию, движение.
Воздух стал густым и влажным. Кожа к коже, липкая, скользкая от пота. Волосы прилипли к щекам и шее, и я чувствовала, как пряди намокают всё сильнее. Собственное дыхание, рваное, громкое, заполнившее всю комнату, смешивалось с ритмичными, влажными шлепками тел. Где-то на периферии зрения мелькнуло алое пятно, моё платье, скомканное на полу. Я сама его сняла. Клятва была безбожно провалена. По всем пунктам.
Член Рея, всё ещё твёрдый, скользил по моему животу, оставляя влажную дорожку на разгорячённой коже. Я поймала его рукой и сжала. Рей застонал сквозь зубы, его бёдра дёрнулись вверх, навстречу моим пальцам.
— Катя… — выдохнул он. — Ты… с ума меня сводишь…
— А вы меня, — прошептала я в ответ, чувствуя, как губы сами растягиваются в пьяной улыбке. — Рядом с вами я забыла все врачебные термины. Напрочь.
— Взаимно, — тихо отозвался Алекс за моей спиной.
И толкнулся бедрами вперёд. Сильно. Глубоко. Заставляя меня забыть не только термины, но и собственное имя. Его дыхание стало тяжёлым, рваным, пальцы впивались в мои бёдра всё сильнее.
Глаза закрылись сами собой, с губ сорвался стон, громче, чем прежде, отчаяннее, срывающийся в хрип. Каждый следующий звук Рей ловил губами, шептал бессвязную хрень про то, какая я узкая, горячая и что он чувствует каждое движение брата через меня. Его ладони сжимали мои ягодицы, разводя их ещё шире, а одна рука скользнула между нашими телами и накрыла грудь, сжала сосок именно в тот момент, когда Алекс вышел почти полностью и снова толкнулся вперёд.
В голове помутилось. Я двигала рукой по члену Рея, сжимая его в такт толчкам, и мир сузился до наших сплетённых тел, влажного жара, запаха секса и разгорячённой кожи. Тепло внизу живота разрасталось, растекалось по позвоночнику, сжималось в тугой узел где-то глубоко внутри. Ещё немного. Ещё чуть-чуть.
— Алекс… — застонала я, чувствуя, как этот узел натягивается до предела. — Ещё…
И он дал мне ещё. Без слов. Глубокий, резкий удар бедрами и перед глазами всё поплыло, зрение сузилось до одной ослепительной точки. Ещё один и узел лопнул.
Оргазм ударил горячей пульсацией внизу живота, там, где Алекс всё ещё был внутри. С губ сорвался стон, переходящий в хрип. Мышцы сжались вокруг него, и я почувствовала, как его ритм сбился, но он не остановился, продолжал двигаться, пока я дрожала и вжималась лицом в шею Рея.
Пальцы на члене Рея сжались сами собой и он кончил следом. Толчками, горячо, заливая мою грудь и живот. Его хриплый стон утонул где-то в моих волосах, и на секунду мне показалось, что я слышу собственное имя, но, может, просто показалось. Горячая, густая влага смешалась с потом на коже, он выгнулся подо мной, а потом обмяк, прижимая меня к себе.
Выждав ещё пару толчков, пока моё тело не перестало сжиматься вокруг него, Алекс вышел. Резко, одним движением, словно ждал этого момента, чтобы не сорваться раньше. За спиной раздался сдавленный стон. Горячая влага пролилась на мою поясницу, он кончил себе в руку, тяжело дыша и упираясь лбом в мою