Небесная танцовщица. Книга 3 - Ната Лакомка

- Уходи, - повторила Анджали. – Не хочу больше тебя видеть и слышать.

- Не прогоняй меня! – Хема бросилась на неё, совсем обезумев.

Она цеплялась за плечи, за руки подруги, пока та брезгливо отталкивала её.

- У меня кроме тебя никого нет! – причитала Хема. – Я без тебя тут совсем одна! Анджали! Ты не можешь меня прогнать!

Анджали потеряла терпение и отшвырнула её одним сильным движением, а сама встала, отряхивая ладони, словно запачкалась.

- Мне не нужны предатели, - произнесла она сквозь зубы. – И убийцы тоже не нужны.

- Но я не убийца! – опять завопила Хема. – Я никого не убивала!

- Ты донесла на нас с Танду. Это вернее, чем если бы ударила кинжалом в спину. Я не пострадала лишь чудом, а он… - Анджали не смогла договорить, потому что горло свела судорога.

Пожалуй, только теперь она осознала, кем был в её жизни наг Раджива из Паталы. Он не любил своего настоящего имени. Он хотел, чтобы его называли Танду. Он хотел жить, танцевать, любить…

- Клянусь, я не доносила богам! – Хема обняла Анджали за колени, вцепившись намертво, и смотрела снизу вверх, захлёбываясь словами и слезами. – Я никому из богов не рассказала о твоей тайне! Я знала, что тогда тебя накажут! Я бы никогда не донесла! Я никогда бы так с тобой не поступила!

- А испытание огнём? – напомнила ей Анджали.

- Я не признавалась, и они пытали меня! Они уже знали! Но хотели моего признания! Говорили, что если я признаюсь, то меня простят!

- Хватит вранья, - оборвала её стоны Анджали. – Донесла, так имей хотя бы силы признаться в этом.

- Это не я! – выкрикнула Хема в безумном порыве. – Я рассказала только наставнице Сахаджанье! По секрету! Клянусь! А потом меня привели на суд, и там были госпожа Шакти, и госпожа Саравсвати, и господин Читрасена, и им всё уже было известно! Они заставили меня подтвердить то, что уже знали! Я не лгу! Не лгу!

- Попалась, так решила оболгать наставницу?

- Не лгу! Клянусь! – Хема уже почти выла, обнимая ноги Анджали. – Когда я вернулась из Паталы… Тогда, когда мы поссорились… Наставница встретила меня здесь, в роще… Я шла и плакала, а она вышла навстречу и спросила, что случилось, почему я такая грустная… Мы же всегда всё ей рассказывали, Анджали! Я рассказала… А потом меня забрали ночью… Меня допрашивали… Как я могла скрыть от богов то, что им было уже известно, Анджали? Не могла ведь, ты же понимаешь! Я призналась… Любая бы призналась! Знаешь, сколько я вытерпела? Знаешь, каково это, когда тебя жгут живьём? И твоя кожа горит, и этот запах… бьёт в нос… и ты не можешь дышать от боли и от этого запаха…

Она замолчала, с надеждой и страхом глядя на подругу снизу вверх.

Некоторое время Анджали молчала, обдумывая рассказ Хемы, а потом спросила:

- Значит, по-твоему, это Сахаджанья донесла на меня?

- Я рассказала только ей, клянусь!

- Наставница ничего не знала о чёрном танце, - жёстко ответила Анджали. – Она слышала сплетни и подозревала меня. Если бы ей всё было известно, она не стала бы так волноваться. И ещё. Если бы наставница донесла, её бы тоже испытывали водой и огнём. Но у неё нет шрамов.

- Но я рассказала ей! Клянусь! Это была она!

- Уходи, - в третий раз произнесла Анджали. – Иначе я попрошу господина Шакру сослать тебя на землю. Предателям и трусам там самое место.

Хема отшатнулась от неё, но некоторое время ждала, что Анджали передумает.

- Пошла вон, - сказала Анджали уже напрямик, и только тогда Хема поднялась и медленно поплелась по залитой солнцем лужайке.

Анджали повернулась спиной и принялась, как ни в чем не бывало, нанизывать цветы в гирлянду.

Пальцы её действовали ровно и неторопливо, но в мыслях не было и половины внешнего покоя.

Наставница? Сахаджанья? Нет, она не знала про тайну черного танца. Наставница не смогла бы так притворяться.

Кто-то обманул Хему. Кто-то принял облик наставницы, чтобы выведать про неё, Анджали.

Пятьдесят лет назад, во время арангетрама, Урваши приняла облик Джавохири. Искусство майи недоступно для апсар. Даже богам непросто изменить облик. Это чёрное колдовство. Им владеют наги и… данавы. Госпожа Пуломи – дочь данава. В её венах кровь демонов, принявших тёмную сторону жизни, отказавшихся от небесной благодати. И если она владеет искусством изменять пол людей, то почему бы ей не уметь изменять внешность? И остаётся ещё Майя Данав. Волшебник из данавов, друг Танду. Он тоже мог вызнать тайну. Он подкупал Хему богатыми подарками, не получилось – и пошёл на обман.

Гирлянда была готова, но вместо того, чтобы надеть её на статую богини, Анджали вдруг принялась безжалостно обрывать огненно-жёлтые цветы с остроконечными лепестками.

Кто принял облик Сахаджаньи – это уже неважно.

Важно то, что Хема оказалась слишком доверчивой. Как и она, Анджали. О своих тайнах нельзя рассказывать даже близким друзьям. Никому! Никому!..

Нежные лепестки летели, как бабочки с поломанными крылышками, но Анджали никак не могла остановиться. Она опомнилась, лишь когда от гирлянды остались жалкие клочки.

В этом жестоком мире нельзя поддаваться порывам души и велению сердце. Нельзя расслабляться, надо всегда быть натянутой тетивой, нельзя допускать слабости…

Когда вернулась юная ученица, Анджали уже заканчивала вторую гирлянду.

- А где наставница Хема? – спросила девушка, протягивая ленты и шнуры и удивлённо глядя на испорченную гирлянду, валявшуюся возле подножия статуи.

- Наставница Хема была такой неловкой, что уронила подношение, - объяснила Анджали с улыбкой, надевая гирлянду на точёную шею статуи. – После этого наставница Хема очень расстроилась и ушла, чтобы принести покаяние. Хватит болтать, лучше помоги мне. Я хочу сделать ещё одну