Я – «гадкий утёнок» королевской семьи - Александра Звездочёт

Туда, где этот безумец никогда не сможет до нее добраться.

— В каком смысле «переселение»? — Я недоуменно заморгала, перестав расчесывать волосы.

— В самом прямом… — Фианна устало выдохнула и нехотя начала складывать всю выданную нам одежду в небольшой чемоданчик. — Феландир сказал, что герцог якобы хочет дать нам комнату попросторнее той, в которой мы сейчас находимся, чтобы вдвоем нам было не так тесно.

— Да нам и не тесно… Не тесно же?

Честно говоря, мне было трудно в это поверить. Вероятно, Феландир специально придумал эту отговорку, чтобы его господин выглядел «щедрым и дружелюбным» в наших глазах. Он ведь не так давно оказался свидетелем нашей маленькой ссоры, хотя… «маленькой ссорой» это можно было назвать разве что с натяжкой.

Я всего лишь «сняла розовые очки» и открыла глаза на происходящее. Но неважно, это уже не имеет никакого значения.

Судя по словам шепчущихся горничных, скоро во дворце Кромкредора состоится так называемый «Осенний бал», который продлится целую неделю. Прибудут аристократы-Арахниды, начнутся танцы и пиршества. Прямо как на коронации моей сестры, которую те же Арахниды в итоге и испортили.

Так к чему я веду? Пока все будут праздновать, у меня появится прекрасная возможность разведать обстановку и разработать план побега, как бы нелепо это ни звучало из уст человека, не обладающего ни стратегическими навыками, ни хитростью.

Но за все время пребывания в плену я так ничего и не услышала от отца, и уже начинаю догадываться, что не услышу. Даже если бы он попытался передать мне какую-то важную информацию, неважно, намеком или в зашифрованном виде, Ракхтар сразу бы это понял. Уверена, что все письма для пленников, попадающие в его дворец, он проверяет лично, вплоть до мельчайших деталей.

— Фианна, — позвала я подругу, коснувшись ее плеча. Она отвлеклась от дела и повернулась ко мне, сжимая в руках еще одно сложенное платье. — Помнишь, что я сказала тебе в первый день, когда мы уже были в подземелье?

— Что гороховый суп Феландира — это «отвратительная жижа»?

Я мысленно закатила глаза и хлопнула себя по лбу.

— Нет же. Ты спросила меня, что нам теперь делать, и я ответила: «Сейчас не время для таких тяжелых размышлений». Помнишь?

Зеленокрылая стала копаться в воспоминаниях, устремив взгляд в потолок.

— Кажется, припоминаю что-то такое… — неуверенно пробормотала она.

— Так вот, — продолжила я, — настало время для этих самых размышлений. Понимаешь, о чем я?

Фианна уставилась в мое серьезное лицо, удивленно моргая. Несколько секунд она так и смотрела на меня, пребывая в легкой растерянности.

— Исилия, ты… хочешь сбежать?

Уголки моих губ растянулись в улыбку. Я никогда не сомневалась в твоей сообразительности, Фианна.

— В точку. Но бежать я буду, разумеется, не одна — не могу же я оставить тебя здесь, не так ли? Мы вместе покинем Кромкредор и вернемся домой.

— Что?.. А… — она опустила взгляд на свои руки, сжимавшие ткань сложенной одежды, — п-понятно…

Некоторое время я смотрела на девушку, искренне недоумевая от ее реакции, а потом в моей голове внезапно промелькнуло осознание: Феландир. Фианна была влюблена в Феландира и не хотела с ним расставаться.

Боже мой, как я могла не заметить этой простой и очевидной вещи? Моя подруга уже не в первый раз вела себя странно, когда дело касалось этого парнишки. Феландир мог бы пойти с нами, но отчего-то я была уверена, что он не станет этого делать ни при каких обстоятельствах. Но не могу же я бросить ее здесь, в Кромкредоре, только потому, что есть парень, который ей симпатичен, правда?

В Арвандиле ее ждут мать, отец и два старших брата. Что я им скажу, если решусь бежать одна, без нее? Нет, такому не бывать. Фианна, мне очень жаль, но это для твоего же блага.

— Фианна, послушай… — я взяла руки подруги в свои и с сожалением посмотрела на нее, — мне известно, почему ты так колеблешься. Да, я знаю, что дело в Феландире, он нравится тебе. Хотя я не совсем понимаю, как можно влюбиться в кого-то за такой короткий срок.

Услышав это, она вздрогнула и с шелестом расправила зеленые крылья, а затем снова сложила их. На ее веснушчатых щеках появился алый румянец.

Я почувствовала ощутимый укол вины. Фианна была похожа на миниатюрную фарфоровую куклу: большие лисьи глаза с пушистыми ресницами, милое личико с детскими щечками и невинная улыбка. Я любила ее как родную сестру и всегда желала ей только счастья.

— Слушай… — слова застряли у меня в горле, но я с силой вытолкнула их, — …там, а Арвандиле, тебя ждет семья. Уверена, они все безумно волнуются за тебя, а в особенности твоя матушка. Фианна, я ни в коем случае не хочу сказать, что Феландир плохой… Напротив, уверена, что сложись все иначе, у вас могло бы что-то получиться…

И тут, увидев первые блеснувшие слезы в глазах подруги, я поняла, что лучше бы мне замолкнуть, пока я еще больше не усугубила ситуацию своими «успокаивающими» речами.

— Исилия, я… — Подруга сжала мои пальцы и глубоко вдохнула, затем резко и коротко выдохнула, как бы собираясь с мыслями. — Я понимаю, что мы находимся в плену на вражеской территории, и сейчас не время для всего этого. Поэтому… не волнуйся за меня. Все не так серьезно, как ты могла подумать.

Она подняла на меня свои красные от слез глаза и весело улыбнулась, быстро поморгав.

— Мы вернемся домой, как ты и сказала.

— Фианна…

Девушка крепко обняла меня, уткнувшись носом в мое плечо.

— Неужели ты думала, что я променяю те потрясающие шоколадно-вишневые кексы на какого-то парня? — насмешливо спросила она, но я услышала в ее голосе боль, которую она изо всех сил пыталась скрыть.

— Что? Конечно же нет! — Я подыграла ей, чтобы помочь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Моя Фианна никогда бы так не поступила, иначе это была бы не она!