Боги и монстры - Зави Джеймс

Апельсиновое дерево. Персик. Мёд.

Три отчётливых аромата окутали мои чувства, когда я наклонился к Скотт. Её глаза затрепетали и закрылись, и я не стал терять времени, сокращая расстояние между нами поцелуем.

Нерешительность сходила с неё волнами. Каким бы дерзким я ни был, я никогда не стал бы навязываться женщине силой. Но когда с её губ сорвался стон, мне потребовалось всё самообладание, чтобы не подхватить её на руки и не трахнуть у самой двери.

— Сколько раз ты думала обо мне, Скотт? — спросил я. — Сколько раз я был в твоей голове, пока ты ласкала себя?

Её щёки вспыхнули румянцем, и она промолчала.

— Только не начинай стесняться, — сказал я с усмешкой. — Тебе это не идёт.

Квентин Скотт не была робким существом. Она была амбициозной и сильной.

Сколько бы раз я ни считал её слабой, я видел, как она встречает препятствия в своей жизни, и это лишь усиливало мою потребность в ней.

— Я думала о том, что ты находишься здесь, гораздо чаще, чем готова признаться, — сказала она мне.

Вот она. Кротость, мягкость и домашняя покорность были не в её стиле. Она не могла долго прятаться за этими стенами.

— И скажи мне подробно, что именно, по-твоему, я делаю, когда нахожусь здесь, — мягко подтолкнул я, уводя нас от двери.

Устроившись на краю её кровати, я рассматривал её, стоящую передо мной.

В теле Скотт было что-то сводящее с ума — и в том, как её изгибы присутствовали открыто, без малейшего извинения.

— Я думаю о том, как ты прикасаешься ко мне.

— Как? — спросил я, медленно скользя взглядом вверх по её фигуре к лицу.

Она сняла тонкую бретельку платья с одного плеча и позволила ей соскользнуть вниз по руке, затем сделала то же самое со второй, пока её грудь не оказалась обнажённой.

Я жадно впитывал её взглядом. Уверенность, которой она обладала, всегда вызывала у меня восхищение, но меня удивило, что она так же проявляется и в спальне.

Скотт выскользнула из платья, и оно упало на пол, прежде чем она вышла из круга ткани. Она была сплетением чёрных волос и обнажённой кожи, за исключением чёрного кружева, прикрывающего мою цель.

— Ты прикасаешься ко мне осторожно, потому что думаешь, что я могу сломаться, — сообщила она.

Поднявшись с края кровати, я двинулся к ней. Было трудно видеть её такой и не прикасаться. Мои губы нашли её челюсть, и Скотт откинула голову, позволяя мне поднять поцелуи выше, к её уху.

— Но ты отказываешься ломаться, — прошептал я в ответ.

— Я не сломаюсь, Грей, — сказала она.

Её пальцы начали расстёгивать пуговицы моей рубашки, но я перехватил её руки.

— Ты не полностью обнажена, — сказал я.

— Больше, чем ты.

— Делай, как я сказал, Скотт.

Мои пальцы едва коснулись одного из её сосков, а затем внезапно сильно сжали его.

Вздох, сорвавшийся с её губ, перешёл в стон, и мои губы дрогнули в ухмылке.

— Ты покажешь мне, как кончаешь, когда единственная мысль в твоей голове — это я, — сказал я.

— И с какой стати мне это делать?

— Потому что если ты доставишь удовольствие мне, то я сделаю то же самое для тебя. Разве не этого ты хочешь?

Я посмотрел на неё сверху вниз и понял, что она уже перешла ту точку, после которой невозможно оттолкнуть меня.

Вместо ответа Скотт стянула трусики с бёдер и позволила им упасть на пол. Она прошла мимо меня лёгкой походкой, направляясь к кровати, а я медленно повернулся на месте и наблюдал за ней.

Когда она легла на кровать, я расстегнул манжеты своей рубашки и сказал:

— Покажи мне, как ты прикасаешься к себе.

Я подошёл к изножью кровати, и Скотт посмотрела на меня из-под ресниц, прикусив полную нижнюю губу.

— Покажи, — приказал я, не в силах больше ждать.

Сила этого приказа была неоспорима, и Скотт раздвинула ноги, открываясь мне. Мой взгляд скользнул вниз по её телу, пока мои брюки становились мучительно тесными.

— Используй руки и покажи мне. Я хочу увидеть, как, по-твоему, я должен прикасаться к тебе.

Скотт облизнула губы, медленно провела руками вниз по своему телу, вдоль бёдер, затем коснулась своего влажного центра и выдохнула прерывисто. Её глаза затрепетали и закрылись, и она тихо заговорила:

— Ты начинаешь медленно, дразня меня пальцами. Но я хочу большего. Я хочу твой рот.

Блядь.

Я прикусил внутреннюю сторону щёк, чтобы не застонать, не желая нарушить этот момент. Сняв рубашку, я бросил её на пол, продолжая наблюдать, как её пальцы работают, описывая круги вокруг клитора.

— Тебе хорошо со мной, Скотт? — спросил я, и мой голос охрип от желания.

— Так хорошо.

Я расстегнул ремень и стянул брюки и боксеры, позволяя эрекции вырваться на свободу.

— О чём ещё ты думаешь? — надавил я.

Она прикусила губу и запрокинула голову на подушки.

— Я представляю твой член внутри себя.

Её пальцы исчезли в её киске и начали скользить внутрь и наружу. Другая рука Скотт играла с клитором. Никогда прежде я не возбуждался так сильно, просто наблюдая, как кто-то доставляет себе удовольствие, но она выглядела как произведение искусства, раскинувшееся на кровати, и всё это было благодаря мне.

Матрас прогнулся под моим весом, когда я забрался на кровать.

Глаза Скотт открылись, и она убрала руки от себя.

— Не останавливайся, — сказал я ей.

Мои руки раздвинули её колени ещё шире, чтобы я мог лучше видеть её блестящую от влаги киску. Запах её возбуждения заставлял меня ныть от желания, но я обозначил свои условия. Я хотел увидеть, как она теряет себя, прежде чем сам возьму своё.

Руки Скотт снова скользнули вниз по её телу, снова погружаясь в неё, и это зрелище заставило меня застонать. Она рассмеялась, получая удовольствие от осознания того, какое воздействие оказывает на меня.

Вытащив палец из себя, Скотт сказала:

— Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.

Я наклонился над ней, упираясь рукой возле её плеча. Её глаза были тяжёлыми от похоти и желания.

— Нет, — отказал я ей.

Её брови сошлись, и я подавил смешок.

— Ты не получишь того, чего хочешь, пока я не получу того, чего хочу, — объяснил я.

— Пошёл ты, Грей.

— А именно этого ты и хочешь, так что…

Я схватил её руку и направил обратно между её ног. Её пальцы снова коснулись клитора, и я отпустил её руку, позволяя ей продолжить ласкать себя, откинувшись назад, чтобы насладиться видом. Свободная рука легла