Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Слишком много.

Сила гудела в венах, вечно жаждая большего, а из-за того, что вокруг теперь постоянно крутились могущественные существа, Тессе приходилось тратить каждую крупицу себя, чтобы держать ее в узде. В ответ магия впивалась когтями все глубже, тянула вниз, удерживая в этом вечном состоянии, когда кажется, что вот-вот вылезешь из собственной кожи. Когда хочется большего, и одновременно хочется оттолкнуть всех прочь. Когда нуждаешься в чем-то, но не можешь получить. Когда понимаешь, что рано или поздно уже не сумеешь сдержать эту мощь внутри. Только не без баланса.

Она знала: в конце концов пророчество о ней сбудется, и Хаос воцарится.

Они шли дальше, не проронив больше ни слова. Ксан всегда выводил ее наружу, и она это ценила, но Тристин вел ее все глубже в пещерную систему Луки. Она не решалась заходить дальше тех мест, что он ей показал: общей жилой зоны и гостевых комнат. Тут было куда больше помещений и проходов, но она и так уже разбила доверие Луки вдребезги. Не станет оскорблять его еще сильнее, вторгаясь туда, где он явно не хотел ее видеть.

Обязанность.

Обуза.

Постоянное напоминание о предательстве и о том, что она у него отняла.

Вот кем она теперь была для него. И в конце концов она не позволит ему связать себя с ней, не даст стать ее Хранителем. Ксан объяснил ей, как работает эта связь и как она создается. Она откажется и подарит ему свободу от себя. Ту, о которой он так отчаянно мечтал.

Несмотря на то что Тристин уводил ее глубже в горы, коридор шел скорее вверх, а не вниз. Оттого, что они под землей, ей было не так уж невыносимо. Но она все равно тосковала по небу. Насколько она могла судить, в пещеру вело всего два пути: главный вход и уединенный балкон из комнаты Луки.

— Выбирай, — сказал Тристин, останавливаясь перед двумя комнатами по обе стороны коридора. Дверей не было. Тесса подошла к нему и заглянула внутрь.

В комнате слева было что-то вроде игровой. На столе для настольного тенниса лежали ракетки и мяч. В углу стоял стол с зеленым сукном, на нем лежали колода карт и фишки. На стене висел телевизор, рядом лежали несколько игровых приставок. Тесса не сомневалась: эта комната в основном для Акселя, когда тот заглядывал в гости. Если поискать, наверняка найдется и плеер, подключенный к звуковой системе, чтобы включать музыку.

Перейдя коридор, она остановилась в проеме другой комнаты. Обстановка тут была такой же, как и во всей пещере: мягкая кожаная мебель, ковер, уютный очаг, согревающий пространство. Сбоку был расположен круглый стол с несколькими стульями, и длинный низкий столик рядом с креслами. Это была комната Теона, и Тесса сама не заметила, как сделала несколько шагов внутрь. Тусклый свет, который включил Тристин, мягко заливал комнату, и она подошла к лампе на тумбочке. Щелкнула выключателем, и света стало больше. С таким освещением читать намного удобнее.

— Я так и думал, что мы в итоге окажемся здесь, но не хотел делать поспешных выводов, — произнес Тристин, проскальзывая мимо нее и садясь на диван.

— Ты же знаешь, что бывает, когда делаешь поспешные выводы, — пробормотала Тесса.

Боги… ей казалось, будто она до сих пор чувствует здесь запах Теона.

И Луки.

Обоих. Вместе.

Это теперь ее любимая комната.

Тристин фыркнул, усмехаясь ее словам, вытащил из кармана зажигалку и поджег сверток магвуда, который держал в губах. Все, о чем могла думать Тесса, лишь о том: как нелепо, что божеству нужна зажигалка. Хотя, наверное, ей самой пришлось бы делать то же самое.

— Прости, что раздавила тот, другой, — сказала она.

— Будто у меня больше нет, — ответил он, подмигнув, и потянулся за пультом на тумбочке.

Она подумала, что это от телевизора. Но, когда он нажал кнопку, вспыхнул камин. Ее голова дернулась к пламени, и она рванулась вперед. Присела, не останавливаясь, пока лицо и руки не оказались меньше чем в дюйме от стекла.

— Проклятье Судеб, Тесса! — вскрикнул Тристин, внезапно оказываясь рядом и пытаясь оттащить ее.

Но она сбросила его руку и вместо этого опустилась на четвереньки и начала медленно ползать вдоль камина.

— Всегда в ловушке, — прошептала она, глядя, как пламя лижет стекло, тянется друг к другу.

Оранжевое и красное. Желтое и синее. Извивается во все стороны, пытаясь найти выход. Но если оно вырвется, останется лишь разрушение: оно будет пожирать, насыщаться, брать, брать и брать.

Нужен баланс.

Тристин опустился на корточки, наблюдая за ней. Когда она перестала ползать и просто перекатилась на спину, уставившись в потолок, Тристин лег рядом, точно так же. Их плечи соприкоснулись, и Тесса стиснула зубы, чувствуя, как то, что внутри нее, выпрямляется, подбирается ближе к поверхности.

С дрожью загнав это обратно, она потянулась, выхватила магвуд из его губ и затянулась. Ужасная идея. Если она слишком расслабится, контроль может ускользнуть.

Или, что еще хуже, она уснет.

— Ты должен мне историю, — пропела она, пока растение делало свое дело, и напряжение понемногу покидало ее мышцы.

— Ах, я-то надеялся, что ты забудешь, — буркнул он, забирая у нее лист и глубоко затягиваясь.

— Я ничего не забываю, — ответила она.

— Это неправда, — возразил он с мрачной ноткой в голосе. — Но в этом не совсем твоя вина.

Не понимая, что он имеет в виду, она промолчала, теребя пальцами ткань платья.

— Я ждал тебя очень долго, но когда ты…

— Так истории не начинаются, — перебила она, поднимая руку и позволяя силе собраться в ладони.

Это приносило больше облегчения, чем курение усыпляющего листа.

Она чувствовала, как Тристин следит за ее магией, ощущала, как он напрягается. На случай, если придется нейтрализовать ее дары. Или хотя бы попытаться.

И все же она ждала, потому что он знал, что она имеет в виду.

Он тяжело сглотнул, потом прокашлялся.

— Во всем должен быть баланс. Начала и концы. Свет и тьма. Огонь и тени.