Попаданка на диплодоке: инструкция по выживанию - Ася Юрская

Она посмотрела на меня. Что-то заставляло меня хотеть остаться, бросить всё и просто не отходить от неё ни на шаг.

— Спасибо, — тихо сказала она. — За всё.

Я кивнул. Не смог ответить. Просто стоял и смотрел, как она закрывает дверь.

Потом развернулся и пошёл в свой кабинет. Там уже ждали с донесениями. Рабочий день начинался. Но в голове у меня была только она.

Лорд Фаррер

Я сидел за столом, сжимая в руке стакан с остывшим чаем, и слушал, как по окнам стучит начавшийся дождь. Царапина на костяшках пульсировала в такт мыслям, но я предпочитал игнорировать боль. Она помогала сосредоточиться.

Первым делом я допросил тех двоих бандитов, которых егеря нашли в кустах. Наш цератопс оказал им такую посильную помощь, что они были готовы рассказать не только о себе, но и о своих пращурах до седьмого колена. Но, увы, их знания заканчивались на уровне «нам сказали ждать у воды».

— Кто дал приказ? — спрашивал я, расхаживая по кабинету.

— Человек в маске, — бормотал бандит с разбитой губой, стараясь не смотреть на мои сапоги. — Мы видели его только в столице. Нам платили через посредников.

Столица. Конечно. Местные контрабандисты были просто курьерами, мелкой сошкой, которую можно заменить в любой момент. Мозг операции находился за сотни миль отсюда, прячась за высокими стенами и мраморными колоннами.

К полудню вернулся отряд с дока. Они притащили с собой не только сломанные арбалеты и проклятия в адрес дождя, но и кожаный мешочек, который один из бандитов обронил, убегая от рогатой туши.

Я вскрыл мешок. Внутри не было золота. Там был свиток с тяжёлой восковой печатью.

Я позвал Томаса. Он появился через десять минут, пахнущий формалином и чем-то кислым, словно его только что отогнали от бочки с реактивами.

— Что это? — спросил я, бросая ему свиток.

Томас поднёс печать к свету, прищурившись. Его лицо приняло выражение человека, который наступил в нечто крайне неприятное.

— Это частная лавка редкостей, — буркнул он, возвращая мне бумагу. — Принадлежит некоему Горацию. Торговец, который продаёт не только то, что можно легально купить, но и то, что лучше не трогать. Если у вас были иллюзии, что мы закрыли эту лавочку, спешу их развеять. Мы лишь наступили на хвост одному из курьеров.

— Гораций, — повторил я, чувствуя, как в груди закипает холодная ярость. — Он из Столицы?

— Да. И он единственный, кто может выйти на настоящего покупателя.

Я отпустил Томаса и отправился к Алине. Я рассчитывал найти её спящей, свернувшейся калачиком под тяжёлым одеялом, но она сидела у окна, глядя на залитые дождём джунгли, и в руках у неё была чашка с чем-то, что отдалённо напоминало чай. На ней был старый шерстяной плед, который делал её ещё более хрупкой и одновременно невероятно родной.

— Вы должны были отдыхать, — сказал я, опираясь о косяк.

— Я отдыхала, — ответила она, не оборачиваясь. — Целых четыре часа. Этого достаточно, чтобы понять, что местный док — это тупик. Настоящая игра идёт не здесь.

Я усмехнулся. Эта женщина читала ситуацию быстрее, чем мои егеря успевали почистить сапоги.

— Мы нашли печать, — сказал я. — Она принадлежит Горацию, это торговый посредник из Столицы.

Она наконец повернулась.

— Значит, мы едем в столицу, — констатировала она.

— Мы? — поднял я бровь.

— Вы думали, я останусь здесь пить чай и вышивать крестиком, пока вы рискуете жизнью? — Она фыркнула, натягивая плед плотнее. — Включите меня в план, Дамиан. Или я пойду следом сама и тогда Вам придётся спасать меня не только от браконьеров, но и от столичной стражи.

Я посмотрел на неё и понял, что спорить с этой женщиной пустая трата времени и нервов.

— Вечером соберём всех, — сказал я тихо. — Нам нужна легенда. Гораций не работает с незнакомцами. Нам придётся стать теми, кем мы не являемся.

Она кивнула, и в этом кивке было столько решимости, что мне захотелось просто обнять её и увезти куда-нибудь, где нет ни контрабандистов, ни Инквизиции. Но я лишь развернулся и вышел, оставляя её наедине с её мыслями.

***

После обеда мы собрались в моем кабинете. Я, Алина, Томас и двое старших егерей. Алина сидела в глубоком кожаном кресле, поджав под себя ногу. Она ёрзала, пытаясь устроиться удобнее. Она выглядела такой маленькой в этом огромном кресле. И чертовски красивой.

— Нужно внедриться в их круг, — произнёс я, нарушая тишину. — Пьер упомянул, что скоро будет большой закрытый аукцион. Там продадут украденные яйца. Гораций будет там.

Мои пальцы сжались на подлокотнике. Пять лет. Пять лет я строил этот заповедник, вкладывал в него душу, ресурсы и кровь своих людей. И всё это время кто-то из моих егерей продавал уникальные виды на сторону. Это был мой личный провал. Я не мог себе это простить, хотя, если честно, я себе никогда ничего не прощал.

— Где? — спросила Алина.

Голос спокойный, будто она спрашивала адрес ближайшей кофейни, а не место встречи чёрного рынка.

— Пьер не знает точного места. Но он знает человека, который знает. Это и есть тот самый Гораций, о котором я уже упоминал. Торговец редкостями. Держит лавку в столице, а в свободное время служит посредником для тех, у кого слишком много денег и слишком мало совести.

Один из егерей, Гарри, хмыкнул, не поднимая глаз от своего блокнота.

— Ты его знаешь? — спросил я.

— Знаю о нём, — буркнул Гарри. — Слизняк. Продаст родную мать, если предложат хорошую цену. И, что вероятней всего, уже продал, потому что мать ему не нужна, а деньги нужны.

Я кивнул. Гарри редко кого-то оценивал так прямо. Но если он говорил «слизняк», значит, человек действительно был исчадием ада. А Гарри в людях разбирался лучше меня.

— Значит, начнём с него.

— Проблема в том, — сказал я, — что он не станет говорить с незнакомцами. Нужна легенда. Железная, непробиваемая легенда. Гораций торгует только с теми, кто готов рисковать репутацией. Одиноких покупателей он просто убивает и выкидывает в канаву.

Алина задумалась. Я видел, как она откинулась в кресле, как машинально обкусала заусенец на пальце, тут же одёрнула себя и спрятала руку под шаль. Она думала. Я