Психо Звери - Жасмин Мас
Я не знала, откуда это знаю, но в самой моей сути была уверенность: во вселенной нет ничего острее.
Без колебаний я вонзила их матери в спину и вырвал ее бьющееся сердце.
Когда я поглощала ее, волна удовлетворения разлилась по моим венам.
Никогда прежде ничто не казалось таким правильным.
Словно гашение ее тьмы было лучшим, что я когда-либо делала.
Эйфория.
На мгновение какой-то мужчина заговорил, словно стоял прямо за моей спиной:
«Одобряю».
Его похвала стала еще одной порцией эйфории, впрыснутой прямо в мою почерневшую душу. Но когда я обернулась, там никого не было. Мне пришлось подавить желание расхохотаться от чистого блаженства.
У меня были галлюцинации.
По иронии судьбы, ситуация была чудовищной по многим причинам.
Одна из них заключалась в том, что ни у одной фейри никогда не было когтей. Никогда.
Но у меня были.
До этого момента я никогда не задумывалась об отсутствии отца. Кто он или что он такое — не имело значения. Какой-то самец фейри, обладавший ужасным суждением, чтобы зачать ребенка с моей матерью.
Все, что я знала в этой жизни — это ее жестокость. Она обеспечила мне достаточный родительский опыт, чтобы понять: другого мне не дано.
Теперь я задавалась вопросом: что, блядь, он был такое? Чем являюсь я?
Спина невыносимо горела. Когда я корчилась и вонзала ногти в кожу, часть меня надеялась, что когти снова прорвутся наружу и я располосую свою плоть.
Я не могла быть королевой. Я, блядь, отказываюсь!
Влажная, липкая субстанция потекла по моим пальцам, и я посмотрела на свою руку. Я так сильно расцарапала ее тупыми ногтями, что с них капала кровь.
Зрение расплылось.
Внезапно сердце матери оказалось у меня во рту, и миллион фейри пали на колени. Эхо фей, распростертых передо мной, будет преследовать меня в кошмарах до конца моих дней. Они кланялись мне, потому что по закону фейри я была их правителем.
Трон смерти был моим, чтобы защищать его.
Чем дольше я смотрела на свою окровавленную руку, тем громче рычали неоновые стальные звери снаружи. Тем сильнее мой монстр колотился о клетку. Дождь хлестал по окну, ветер выл.
Впервые в жизни я потеряла сознание.
ГЛАВА 1: СЭДИ
ДОЖДЛИВЫЕ УЛИЦЫ
Я тащила обмякшее тело Аран по заброшенному переулку. Дождь хлестал нас, ветер выл, а я из последних сил старалась ее удержать.
Нам велели следовать за водителем в этот проход.
На главных улицах было полно перевертышей. Они носились с черными зонтами, забегали в здания. Но здесь, в переулке, не было ни души.
Жаль, у меня не было плаща, чтобы хоть немного укрыться. По сравнению с теплым климатом мира фейри, здешний дождь казался холодным и колючим. Мощный порыв ветра, прорвавшийся сквозь небоскребы, ударил в спину, заставив меня пошатнуться.
— Дай я ее понесу, — уже в пятый раз прорычал Кобра, принимая позу, словно собирался вырвать Аран из моих рук.
— Пошел нахуй, — огрызнулась я, перехватывая ее холодное, обмякшее тело.
Я была слишком истощена недосыпом и эмоциональным потрясением, чтобы терпеть его негативную энергию.
Аран была стройной, но все же на полголовы выше меня, и нести ее было непросто. Но она — моя лучшая подруга. Она хотела бы, чтобы ее несла именно я.
Никто другой.
Глаза Кобры на миг превратились в змеиные, а украшения, вросшие в его кожу, задвигались. Они вспыхивали, превращаясь то в драгоценные камни, то в теневых змей. Теперь, когда на нем не было зачарованного ошейника, от него исходила чистая мощь. Я даже не понимала, как могла раньше думать, что он — это не его звериная форма. От Кобры разило опасностью.
Моя теневая змея метнулась по спине, посылая образы любви и счастья.
Я сверкнула глазами на Кобру, не позволяя его змеям отвлечь меня. Я раскусила его и его игры.
— Она не дает мне ей помочь, — Кобра сказал Джаксу, который был занят тем, что широко расставил руки, укрывая трех сестер от дождя.
Джакс закатил глаза.
— Ты ноешь как ребенок, — резко бросила Джинкс, прежде чем Джакс успел хоть что-то ответить.
Кобра гневно посмотрел на нее сверху вниз:
— Тебе сколько лет?
Темные глаза Джинкс блеснули раздражением, когда она фыркнула в ответ:
— Будет тебе известно, мне уже двенадцать.
Ее гнев был донельзя забавным. Ведь она была не только самой младшей из сестер Джакса, но и едва дотягивала до пяти футов роста2. По сравнению с ней Кобра был гигантом.
Миниатюрная, с бледной кожей, темными глазами и угольно-черными волосами, Джинкс походила на девочку из фильма ужасов. Она смотрелась как родная среди этих дождливых улиц и возвышающихся стальных зданий.
Кобра рассмеялся:
— Мне больше ста. Ты вообще ребенок, так что повзрослей.
— То, что ты говоришь мне повзрослеть — само по себе позор для тебя.
Джинкс прижалась к боку Джакса, когда нас ударил очередной резкий порыв ветра. Джаксу пришлось схватиться за ее футболку, чтобы ветер не оттолкнул ее хрупкую фигуру назад.
— Я на ее стороне, — сказал Ашер, идя рядом со мной и сканируя местность на предмет угроз, словно мой личный телохранитель.
Выглядел он соответствующе: татуировки покрывали каждый дюйм кожи, кроме лица, а на золотистой голове торчали ониксовые рога.
— Я тоже, — добавил Ксеркс.
Его длинные светлые волосы прилипли к телу, пока он стоял перед Люсиндой. Он тоже использовал свое тело, чтобы защитить ее от дождя, и я была благодарна, что он помогает моей младшей сестре.
Наш водитель шел впереди, оглядываясь каждые несколько секунд. Он даже не дрогнул под проливным дождем и продолжал носить солнцезащитные очки ночью, как конченый психопат.
Я буквально чувствовала, как от него исходит осуждение. Неприятно.
И вообще, какой профессиональный мафиозный водитель — который, по слухам, везет нас к боссу, заправляющему городом, не носит с собой черный зонт?
Я видела пару низкопробных человеческих фильмов про банды там, в мире перевертышей. Он либо хреново делает свою работу, либо он мошенник, потому что у всех бандитов всегда были зонты. Это добавляет «страшной бандитской атмосферы». Все это знают.
Очередной порыв ветра пронесся между зданиями, и я напрягла бедра, чтобы удержать равновесие.
Будет ли неправильно швырнуть обмякшее тело Аран в водителя, если он окажется плохим парнем?
Зная Аран, она была бы польщена ролью тарана.
Я перехватила ее поудобнее и попробовала подуть ей в лицо:
— Сейчас не время для бьюти-сна. Просто чтобы ты знала: ты сейчас для меня — королевская заноза в