Однажды я стала ведьмой - Виктория Блум

— Ана! — в панике закричала я, подскочив к девушке.

Чем помочь ей я не знала. Да и мое положение было не лучше, чем её.

— Лиса, идем, — раздался повелительный голос Виктора. В его тоне больше не было той теплоты и мягкости, с которой он всегда разговаривал со мной. Только холодность и властность. Теперь я видела его истинное лицо.

«И в этого мужчину я была влюблена?» — душу полоснула боль. В груди стало тесно. Хотелось кричать. Я сидела на корточках возле бесчувственной Аны и не могла заставить себя пошевелиться.

— Мне долго тебя ждать? — поинтересовался мужчина.

«Играл… Манипулировал моими чувствами… Дурил голову с самой первой встречи…»

— Лиса! — Виктор приближался ко мне.

Я подняла на него взгляд. И внутри вдруг что-то всколыхнулось, оцепенение исчезло, а страх уступил место гневу.

Я почувствовала, как кипит кровь, как по жилам струится сила, прося выхода.

— Я не стану подчиняться! — глядя в глаза мужчины, черные, как и его душа, произнесла я.

А затем быстро поднявшись на ноги, сделала пасс рукой и одновременно с этим выкрикнула заклинание:

— Flamma maga!

И в тот же миг Виктора окружило кольцо ведьмовского пламени.

Яркие огненные языки поднимались все выше и выше, почти полностью поглотив мужчину. Но вместо того, чтобы кричать от боли, он холодно усмехнулся и шагнул ко мне. А пламя, к моему потрясению, словно его тень, последовало за ним.

— Маленькая, глупенькая ведьмочка, решила, что сможешь бороться со мной? — почти ласково протянул Виктор.

Мужчина шагнул еще ближе. В темных глазах отражались отблески пламени, а выражение его лица стало по-настоящему пугающим, темным. Так сильно, как сейчас, я не боялась никого и никогда. Ярость потухла, а леденящий душу ужас проник под кожу, сковывая каждую клеточку тела.

«Бежать!» — забилась в голове паническая мысль.

Я дернулась и вдруг осознала, что приросла к полу, словно мраморная статуя, не в силах пошевелиться.

Виктор рассмеялся, словно наслаждаясь ужасом и отчаянием в моих глазах. А затем в один шаг сократил расстояние между нами и, схватив меня за запястье, резко притянул к себе вплотную, так, что я оказалась в кольце жестких рук и обжигающего пламени.

Крик боли утонул в поцелуе. Властные, требовательные губы взяли меня в плен, не позволяя отстраниться. По щекам струились слезы, одежда на мне горела, а мужчина целовал и целовал меня, грубо, жестко. Терзал и кусал мои губы, словно в наказание.

Боль, гнев, горечь, отчаяние — все смешалось воедино. Мир застелила красная пелена. Тело трясло в агонии. А я молила о смерти.

Не знаю, ответили ли мне боги или просто сознание не выдержало адской боли, но вскоре меня накрыла спасительная темнота.

Приходила в себя я медленно. Словно, то поднимаясь со дна глубокого колодца, то обратно ныряя в темную воду. Все тело ныло и ломило. Воспоминания неясными образами вспыхивали в голове, заставляя поскорее разлепить веки.

Первым делом я осмотрела свои руки. Кожа на них была гладкая и чистая, без единого следа ожогов. Это принесло небольшое облечение.

Поморщившись от слабости, приподнялась в кровати и откинулась на подушки. Оглядевшись, поняла — комната, в которой я оказалась, была мне знакома. Это покои Алексиса.

Скосив взгляд вправо, обнаружила и его самого. Мужчина, прикрыв глаза, дремал в кресле.

Стараясь не шуметь, я откинула одеяло и спустилась с кровати. Но, не сделав и пары шагов, покачнулась от головокружения. Благо, на ногах устоять удалось.

— Не стоило тебе подниматься, — раздавшийся позади голос заставил меня вздрогнуть и обернуться.

Блондин смотрел на меня в упор удивительно ясным взором, словно не он секунду назад мирно спал.

— Я исцелил твои ожоги, — потянувшись, произнес Алекс, — но на полное восстановление организма нужно время, так что будет лучше, если ты вернешься в постель.

Скрестив руки на груди, я вперила в него гневный взгляд:

— Хватит притворяться моим другом. Пора снять маски и рассказать, что вы на самом деле собираетесь со мной сделать!

Блондин лениво приподнял бровь.

— Я — ничего. — И холодно усмехнувшись, добавил: — А вот Виктор возьмет тебя в жены. Кстати, произойдет это на закате завтрашнего дня и если ты хочешь хорошо выглядеть на столь важном торжестве, тебе стоит отдохнуть.

— Изверги! — зло выдохнула я, чувствуя как глаза жгут слезы.

— На всякий случай предупреждаю: колдовать бесполезно, как и сбегать. Виктор все равно найдет тебя, у него есть доступ к твоему бессознательному, — спокойно произнес Алекс, протягивая мне белый платок.

Проигнорировав его фальшивую заботу, я переспросила:

— Доступ к бессознательному? Что это значит?

— Виктор сильный темный маг, как и наш отец. Но некоторые из его магических способностей достались ему в наследство от матери. Например, его особая аура, которой он располагает к себе людей и вызывает симпатию. Или же его способность проникать в сны людей, выведывать в них тайны и внушать человеку нужные мысли. Оказалось, братишка все эти годы скрывал, что владеет запретной магией, как и его покойная мать, — мрачно усмехнулся Алекс.

Меня охватила дрожь. Теперь я поняла, как Виктор меня нашел. Я ведь сама во сне ему рассказала, где нахожусь…

— От этого никак нельзя защититься? — голос мой прозвучал до ужаса жалко. В руках появилась дрожь.

— Можно, но нужны долгие тренировки, — отозвался Алекс.

— И никто из вас не догадывался, что Виктор владеет запретной магией? — поразилась я.

— Паршивец слишком хорошо скрывал свой дар, — ответил Алекс с досадой. — Я узнал правду совершенно случайно, когда невольно услышал их разговор с Маргарет о том, как они собираются искать тебя. Способности Виктора стали для меня неприятной неожиданностью.

Посмотрев на мужчину с отчаянием, я взмолилась:

— Алекс, прошу, помоги! Тебе ведь выгодно не допустить этот брак. Иначе ты потеряешь свое право на трон.

— Да, Василиса, я, мягко говоря, не в восторге от разворачивающихся событий, — нахмурившись, проговорил принц. — Поэтому я помогу тебе, а взамен ты поможешь мне.

От пронзительного взгляда блондина мне захотелось поежиться.

— Как? — спросила я, чувствуя подвох.

— Ты выйдешь за меня замуж. Снимешь проклятие и обеспечишь законность власти Лифэйрам. Народ успокоится и все будут счастливы.

— Что?.. — поперхнулась я.

— Ты должна выйти за меня замуж, — повторил Алекс. — Не волнуйся, консумацию брака мы проводить не будем.