Мои. Робкий дар убогого мира - Лина Таб

Прикрыв глаза ладонью, я шумно выдыхаю.

— Продолжай.

— Для оральных ласк, — произносит муж чуть дрогнувшим голосом, — можно использовать закрытые повозки и пышный подол юбки. С желания Рейны допускается доставить удовольствием скрывшись под столом во время трапезы, — произносит Микайя более тихо, но будто зачитывая отрывок из книги наизусть, думаю, так оно и было.

А вот я с закрытыми глазами начала ощущать это иначе. Уже не веселясь и не сокрушаясь, я слушала мужской красивый голос, в котором проскальзывали хриплые интонации и снова сильнее прижималась к мужскому телу.

А потом резко, меня стягивают со столешницы и под мой неожиданный ах, я оказываюсь сидящей на муже. Он удерживает меня на весу, а я держусь сцепленными ногами за спиной и ощущаю голой кожей, что муж уже снова готов.

Дернув бедрами, которые в ладонях удерживал Микайя, я намекнула, что хочу еще.

И заметив, сомнение в лазах Микайи, склонила голову в бок, пытаясь понять, о чем он думает.

— В спальню? — спрашивает сам, в голосе сомнения.

— А как ты хочешь? — произношу игриво.

Вижу, как муж едва заметно краснеет, облизывает губы.

— Говори, Микайя.

— Хочу держать тебя сзади, — муж замолкает, ему неловко, вижу, но в глазах появляется желание, глубокое и сильное от предвкушения.

— И вбиваться так сильно в мое тело, до искр из глаз и сжимая бедра до синяков? — шепчу томно, прикусывая с усилием губу, чтобы не улыбаться как безумная.

Но кажется, я перегибаю палку, потому что муж паникует и крутит головой

— Я же не оставил на твоем теле синяки⁇ — он опускает меня на ноги так быстро, что я опешив и покачнувшись, впиваюсь в плечи, а сам муж резко опускается передо мной на корточки и осматривает мои ноги.

— Все нормально, — произношу с нажимом.

Муж выдыхает тяжело и утыкается лбом в низ живота. Лобком я ощущаю его дыхание и меня простреливает желанной судорогой.

Я хочу.

А потому, я тяну мужа за руки, не давая ему продолжить допрос и беспокоиться, не давая шанса сомневаться, и целую. Глубоко, страстно, а затем просто разворачиваюсь к нему спиной, облокотившись локтями о столешницу и прогнувшись в спине, упираюсь бедрами в пах.

Ощутив попой, как дернулся зажатый между нами член, я потянулась сильнее, выгибаясь и потерлась бедрами и бедра мужа, слыша сдавленно шипение.

Микайя склоняется к моей спине, вдавливаясь сильнее, но не проникая. Прокладывает дорожку поцелуев вдоль позвоночника, от чего по телу бежит россыпь мурашек.

Его теплые руки оглаживают мой втянутый живот, бедра, играют с клитором, вызывая уже шипение у меня. Потому что теперь не могу. Я нетерпеливая, хочу все и сразу.

— Микайя, если ты сейчас же не войдешь в меня, я тебя изнасилую сама, честное слово, — рыкаю на мужа, от чего тот вздрагивает и тут же, о, да, чувствую самое приятное скольжение внутри.

Его бедра с силой бьют по моим и я хватаюсь за край столешницы пальцами, чтобы не снести стол. Я уже практически ложусь на него щекой, упираюсь лбом, потом снова горящей щекой.

А муж продолжает резкие толчки в самую глубину, перемежающиеся с ленивым игривым толканием.

Оргазм накрывает меня быстрее, чем мужа и я, сжав зубы, утыкаюсь лицом в грубую столешницу и глухо стону, чувствуя вес мужа, который сильно прижал меня к себе.

Дышу с трудом, так как я совершенно не контролировала дыхание. Одышка непривычна для меня, но сейчас, она есть и тогда, я просто вытягиваю ослабевшие руки вдоль стола над головой и ложусь грудью на столешницу. Тело обмякло, по нему гуляет потрясающее тепло.

— Лена, я сделал больно? — спрашивает тихо муж, перенося свой вес на руку, упираясь ладонью о столешницу около моего бока, а второй он тянется к моему лицу, гладит осторожно.

Хмыкнув, я лениво поворачиваю голову к ладони и чмокнув пальцы, приподнимаюсь.

Муж дает мне пространство для маневра и когда я разворачиваюсь к нему, ловлю обеспокоенный взгляд на раскрасневшемся блестящем от пота лице.

— Нет, солнце, — я обнимаю мужа за шею и потянувшись, целую в губы, — ты сделал просто потрясающе, — мурлыкаю, совершенно довольная и расслабленная.

Микайя ощутимо выдыхает и даже выдавливает улыбку.

Почувствовав, как по ногам стекает сперма, я цокаю, опустив вниз взгляд.

Это так пошло, мелькает мысль, и так мне нравится, что даже одежду перепачканную не жаль.

Сомнения, что до этого мелькали на лице Микайи постепенно уходят, это заметно, как и очевидна уверенность, которой наполняется его тело. Он верит, что мне правда было хорошо и рад этому.

Так как дел впереди еще много, мы быстро приводим себя в порядок, а муж сам поцеловав меня в губы, перед этим прижав к своему телу, отправил с кухни, берясь за посуду.

Я же пошла во двор, где ожидали пока мы закончим еще двое мужчин, которым похоже быть в моей жизни и пора бы уже это признать окончательно. Может это мои поплывшие мозги на фоне крышеносного секса настраиваются на такой лад, а может то, что второй муж спокойно дал нам это уединение без просьб, дало результат, но когда я вышла к мужчинам, не испытывала ни вины, ни сожаления.

— Все в порядке у вас? — спрашиваю с абсолютной легкостью и в теле и в душе, останавливаясь около второго мужа, который шлифовал брусья для нового загона.

— Вполне, — произносит спокойно Карья, поглядывая на меня так, что я осознаю в самом деле, он не ревнует, не переживает. В его взгляде понимание и какая-то нежность, от которой мне тепло.

— Спасибо, — шепчу Карьи, обнимая его со спины и целуя в плечо. От мужа пахнет деревом, с которым он возился и им самим, немного пота, немного индивидуального запаха и мне так кайфово от этого.

Муж же прижимается ко мне, позволяя крепче обхватить его тело. И это получается так естественно, будто мы проделывали подобное множество раз. Он не отвечает, но я слышу его и так, как и он меня.

Пока жмусь ко второму мужу, поворачиваю голову в бок, наблюдая теперь уже за Сахи. Он уже весь красный, делает вид, что увлеченно распиливает толстые поленья.

И наверное, этот мир меня окончательно испортил, но я расцепив объятия, не сомневаясь, что меня не осудят, чувствуя поддержку, уверено