Невольная истинная 2 - Юлия Александровна Пульс

Лира сорвалась с места и, подхватив юбки длинного платья, убежала из трапезной.

Я сжала кулаки на коленях. Наверное это хорошо, что она вылила эмоции сейчас, теперь ей станет намного легче. Лучше так, чем держать в себе ярость, копить боль и гнев долгие дни и годы. Неизвестно какие были бы последствия.

Отец покачал головой, тяжело поднялся.

— Я поговорю с ней, — сказал он и пошел следом за дочкой.

Тэя, что уже поела свой ужин, пока мы говорили, тоже встала из-за стола. Поклонилась, как требовали приличия, и гордо заявила:

— Я тоже не пойду провожать Нэйда! — Сестра посмотрела на меня так, что морозом пробрало спину. — Для него нет пути в сады. Он сам так говорил.

И малышка побежала за папой. Стук ее крошечных каблучков еще долго отдавался в моей груди ударами.

— Мы справимся, — приосанилась Гера и указала на стол. — Поешьте. Смотреть на вас страшно.

Адриан молча повел меня на привычное место, усадил и наполнил тарелку мясом. Опустился рядом и взял меня за руку.

— Кто будет править Сорейном, когда вы улетите в Дренер? — пригубила женщина вино.

— Ты, — сходу ответил Адри, разрезая сочный стейк.

Гера поперхнулась и замахала салфеткой перед лицом. Посмотрела на меня в упор со страхом в глазах.

— Адри, — накалывая кусочек мяса и глядя на него, как на что-то инородное, я повернула голову к истинному, — можно восстановить наш родовой особняк в Ветроне? В память о маме. Да и девочки отвлекутся, помогут мне с чертежами и планами. Если папа захочет, в будущем, может вернуться туда. — Я закинула в рот мясо и стала его медленно жевать, совершенно не чувствуя вкуса.

— Его уже восстанавливают. Отправим твои чертежи, перестроят. Но я бы не хотел, чтобы девочки жили вдали от нас, — он легонько сжал мою ладонь, не отрывая взгляда от тарелки.

Я повернула голову и посмотрела на его точеный профиль. Впервые в груди взросло что-то такое мощное, что я даже не сразу нашла, что сказать.

Помолчала, любуясь своим истинным. Он — лучший мужчина в мире, и Эстиер не просто одарила меня этой связью, она дала мне большее…

Опору. Надежность. Веру в будущее.

Любовь.

Я прочистила скованное нахлынувшими чувствами горло и все-таки произнесла:

— Как решит отец, но я тоже не хочу отпускать девочек далеко. Они для меня не просто сестры, они для меня — мои дочки. Я их с пеленок вырастила. Сама. Адри, — дождалась, пока он посмотрит мне в глаза, — спасибо тебе за все. Пусть в Ветроне будет так, как ты сделал, а планы мы с малышками и для Дренера можем начертить.

— Не думаю, что Вайсо захочет возвращаться в Ветрону, — ухмыльнулась Гера. — Он во всю крутит роман с Селеной. Я сама видела, как он ее в коридоре зажимал.

— Что?! — я от неожиданности даже вилку выронила на стол. — Серьезно? Слава Эйле! — я облегченно откинулась на спинку стула. — Значит, он точно не вернется теперь к пойлу, и можно не переживать за малышек. Как думаешь, — я обняла плечо Адри и положила на него голову, — Селена справиться с двумя непоседами? Или у нее это просто развлечение? А помнится, она их убить грозилась.

Адриан загадочно посмотрел на нянечку.

— План сработал, — подмигнул он Гертруде.

Женщина закатила глаза и заулыбалась.

— Да куда она денется, — Адри притиснул меня ближе, погладил по волосам.

— Я за ними присмотрю, — заверила Гера.

— Это хорошо, — зевая и укладываясь на плечо истинного, пробормотала я.

— Ты устала, — мягко сказал Адри и осторожно коснулся моего виска, убирая выбившуюся прядь.

— Совсем немного, — посмотрела на него с нежностью. Такое тепло рядом с ним, что, кажется, я весь мир в силах согреть. — Идем к тебе, ты просил помочь с документами.

Адри улыбнулся и подхватил меня на руки.

— Сначала поспишь. Завтра тяжелый день, — шепнул и двинулся к выходу.

— Когда к свадьбе начнем готовиться? — спросила нам вслед Гера, и Адриан остановился.

Я вдруг вспомнила ужасный день свадьбы с Торном и спрятала лицо на груди Адри. Знал бы он, как я благодарна ему, что не тот жуткий мужчина стал моим первым и единственным.

Он ничего не сказал, лишь крепче прижал меня к себе и продолжил путь. Когда мы вошли в покои, Адри опустил меня на широкую кровать и сам присел рядом.

— Отдыхай. Я буду в кабинете, — склонился и поцеловал меня в губы.

Я обняла его за шею.

— Побудь со мной. Немножечко.

Он лег на бок и обхватил мое лицо ладонями, чмокнул в кончик носа и улыбнулся.

Сон подступал бережно, глаза слипались. Уже на грани, почти не соображая, я прошептала:

— Я так тебя люблю…

Всю ночь я разгребал груду накопившихся бумаг.

Пока моя девочка крепко спала, я забрал из лаборатории артефакт с демонической магией, способный выжечь метку. Теперь лучше всегда носить его с собой.

Меня терзало противное, скользкое чувство тревоги, как затишье перед бурей. Нужно быть готовым к любому исходу моего вторжения в Дренер и защитить Мери. Ей есть, ради кого жить. Справится.

Но ее признание в любви… Выбило из равновесия.

Я сжал артефакт в кармане — холодный, тяжелый… И метка под рубашкой отозвалась глухой болью, словно живое существо, почуявшее угрозу.

Я подошел к окну и посмотрел в предрассветное небо — беззвездное, сумеречное, будто придавленное грядущими событиями. У меня все внутренности сжало ледяными тисками. Выдохнув, я опустил руку в другой карман, достал алую бархатную коробочку и покрутил, не открывая. Там лежало обручальное кольцо, завещанное Орестом. Фамильная ценность драконьего рода Бледд. Дядя так и не женился, мать приняла фальшивку от Торна, поверив в правдивость магического брака. Пришло время, когда его должна надеть моя избранница. Моя истинная. Моя любимая.

Но я все не мог решить, как лучше поступить…

Рассвет медленно разливался за окном, разгоняя сумрак. Внизу в саду запели первые птицы. Я убрал коробочку обратно в карман и стал наблюдать, как военные готовятся к траурному шествию по Нэйду. От друга даже тела не осталось, поглотило застенье. Это