Грешные помыслы - Ана К. Блэклейс
Вокруг одновременно происходит уйма головокружительных вещей, и мне остается только бежать в этом потоке, прокручивая в голове случившееся: Прист Уорд, не колеблясь ни секунды, защитил меня своим телом. Он никак не мог знать наверняка, что стекло выдержит. Он предпочел мою жизнь своей собственной, и теперь чертовски трудно «не придавать этому значения».
Мы влетаем на подземную парковку и мчимся к машине, на которой приехали. Часть людей рассредоточивается к своим автомобилям; слышится шуршание кожи, они достают оружие, чтобы зачистить периметр. Прист тоже выхватывает пистолет, с летальной точностью меняя точки прицела, пока осматривает окружение. К тому моменту, как я запрыгиваю на пассажирское сиденье, сердце колотится как безумное.
Если это не дело рук сталкера, значит, кто-то другой пытается меня убить. Но кто? Может, один из тех извращенцев, что смотрят Hentai Hellcat? Должно быть, я озвучила этот вопрос вслух, потому что Прист отвечает на него, пока мы на полной скорости вылетаем из-под земли на ослепительный дневной свет.
— Исключено, — говорит он.
— Откуда такая уверенность?! — вскрикиваю я.
Одного взгляда достаточно, чтобы понять: он знает, о чем говорит.
— Потому что я держу всех твоих обожателей на поводке, — произносит он, буквально выплевывая последнее слово. — Я знаю, что они едят, где они срут, где они, блядь, дрочат, и у каждого из них пушка нацелена прямо на яйца в режиме двадцать четыре на семь.
Кровь отхлынула от моей головы; меня вжимает в сиденье, когда он еще сильнее давит на газ.
— Это невозможно, — выдыхаю я. — Речь о тысячах людей.
— Потенциально опасны лишь сто из них. — Он одаряет меня оскалом, который больше похож на предупреждение, чем на улыбку. — А это легко решаемая задача для Клирика. Но для верности я проверил биографию каждого из них.
— Тогда кто это делает? — Я оглядываюсь через заднее стекло. Никто не пытается в нас стрелять — или, возможно, люди Приста их остановили.
— Кто бы это ни был, дело не в тебе. Это было предупреждение мне. И они использовали тебя, чтобы я его точно услышал.
Прошло уже несколько часов с тех пор, как мы вернулись в отель, но я никак не могу прийти в себя. Честно говоря, я ожидала от себя большей стойкости после всего, через что прошла за последние месяцы.
С тех пор как Бобби набрался наглости перегнуть меня через свой стол и пороть ремнем, пока не кончил в штаны, моя жизнь превратилась в свободное падение. Где-то между этим, моим «уходом в самоволку» с Hentai Hellcat и обнаружением мертвых охранников в моем доме, я должна была потерять душу. Видимо, не потеряла. Я все еще вижу кровавые следы на клетчатом полу и все еще гадаю, как, черт возьми, я смогу это пережить.
И вот я здесь, дрожу под одеялом, и только тихое мурлыканье Даклинг на соседней подушке служит мне утешением. Только в этот раз оно плохо помогает, ведь я влипла в самое глубокое дерьмо в своей жизни.
Прист решил, что нам нужно остаться здесь еще дольше, чем планировалось, теперь, когда в городе объявился новый злодей. Это делает встречу со сталкером в «Параде» невыполнимой задачей. Отель Сиренны — это крепость, пустая, если не считать Приста, меня и нескольких сотрудников, которым Прист разрешил остаться. В остальном же его люди патрулируют коридоры, превращая отель в настоящую тюрьму. Один вход. И никакого выхода.
Но в глухой ночи, когда персонал спит, а Клирики незаметно рассредоточены по постам, отель кажется чертовски жутким. Тишина неестественна, а скрип резных столбиков кровати заставляет меня содрогаться.
Мне стоит попытаться погрузиться в медитацию, чтобы уснуть. Или посчитать овец. Сделать что угодно, лишь бы получить необходимый отдых, но адреналин — та еще сука.
Я закрываю глаза, но стоит мне это сделать, как я снова слышу глухие удары пуль о толстое стекло, и веки сами распахиваются. Я ворочаюсь в постели, рычу и бормочу под нос, становясь все более раздраженной и чересчур чувствительной к звукам. Я цепляюсь за все: от почти храпа Даклинг до свиста сквозняка из неплотно закрытого окна. Звук то нарастает, то затихает, и какое-то время я могу думать только об этом, пока до меня не доходит.
Я резко сажусь в кровати.
В пятизвездочном бутик-отеле Сиренны нет окон, через которые мог бы проникать сквозняк.
Но звук есть — пусть и далекий, — и от него по коже ползут мурашки. Разум говорит, что мне стоит оставаться на месте, что именно такими вещами должны заниматься охранники. Но я ни за что не собираюсь проснуться и узнать о еще одной резне. Больше никто не потеряет жизнь из-за меня.
Борясь с каждым испуганным инстинктом, который делает меня человеком, я отбрасываю одеяло и ставлю босые ноги на пол. Я заворачиваю одеяло вокруг Даклинг так, чтобы она была скрыта от глаз, и медленно направляюсь к двери.
Я приоткрываю ее, заглядывая в тускло освещенный коридор вдоль деревянной балюстрады, оплетенной барочными резными узорами. Я напряженно прислушиваюсь к звуку, который, кажется, доносится с другого конца коридора, и недоумеваю, почему охрана его не проверяет. Если я его слышу, значит, и они должны были услышать.
Медленно я выскальзываю из комнаты и иду на равномерный хриплый звук, пока он не превращается в свистящий удар, рассекающий воздух. Чем ближе я подхожу, тем отчетливее слышатся хлесткие удары, но теперь я различаю и низкое мужское рычание.
Половицы скрипят под моими ногами при следующем шаге, и я замираю на месте. Хлесткие звуки тоже прекращаются, и на несколько секунд воцаряется тишина, нарушаемая лишь тихим гудением настенных ламп, стилизованных под канделябры и закрепленных на деревянных стойках. Я сжимаю подол ночной сорочки потными ладонями, проклиная себя за то, что надела это длинное белое полотно, которое превращает меня в идеальную мишень. Почему я выбрала ее, а не свою пушистую розовую пижаму с Сейлор Мун? Нет смысла обманывать саму себя — чтобы выглядеть сексуально, если Прист заглянет в мою комнату, и чтобы он пожалел о том, что оттолкнул меня в ночь нашего поцелуя. Именно поэтому я распустила кудри и нанесла ночной крем, придающий