Испытание гордости. Северная леди - Ярослава Баженова
— Вам чёрную или коричневую? — поинтересовался лорд, обернувшись ко мне.
— Какая разница, если я одинаково не умею ездить ни на той, ни на той, — с досадой произнесла, нахмурившись.
— Это не так уж и сложно, правда, без дамского седла, Ваше Величество, — виновато пожал плечами собеседник, подводя ко мне чёрного коня с белым пятном на боку. — Животное из личной конюшни вашего супруга, миледи, должна признать вас. Подсадить?
— Я пожалею об этом.
Вздохнув, послушно повернулась к коню, схватившись рукой за седло, и вставила одну ногу в стремя, оттолкнувшись от земли, с лёгкостью перекинула вторую через тело животного. Сзади послышался удивлённый свист.
— А вы и сами не промах, — с явным уважением протянул лорд Фейнсиз, запрыгивая на свою лошадь. — В общем, от вас ничего сложного не требуется. Пришпорить коня сейчас, а при въезде в город натянуть на себя поводья, чтобы замедлить ход. Я буду ехать впереди, так что управлять им вам не придётся, он будет ориентироваться на мою лошадку.
— В теории всё легко.
— Обычно бывает наоборот, — улыбнувшись, отозвался Равен, развернув животину задом к дворцу. — Если что кричите. Готовы? Тогда поскакали!
И мужчина сорвался с места, подняв столп пыли, несколько растерявшись, я всё же пришпорила коня, и мы помчались следом. Признаться честно, изначально было страшно. Я жалась к шее животного, стараясь держать равновесие и одной рукой удерживать капюшон, который постоянно слетал при особо сильных порывах ветра.
Но стоило лишь нам преодолеть ограду, перед которой стражники еле успели расступиться, как мою душу переполнило приятно чувство, отдающее щекотной внизу живота. Чувство свободы. Улыбнувшись, я уже с удовольствием обвила шею коня руками, заинтересованно оглядываясь по сторонам. Пару раз махнула рукой Равену, который оборачивался. На это мужчина лишь смеялся и махал в ответ.
Мчались мы быстро, ветер свистел в ушах, и, казалось, я в любую секунду могла оглохнуть. Но грех было жаловаться на подобное, ведь спустя практически две недели я вновь была счастлива и свободна, оставив все проблемы позади вместе с дворцом.
Правда, счастье длилось недолго. Меньше, чем через десять минут показался город, поэтому нам пришлось сбавить ход, перейдя с галопа на ровный шаг. Равен притормозил, кося заинтересованный взгляд в мою сторону.
— И как вам опыт? — спустя минуту не выдержал он, когда мы пересекли черту, оказавшись на оживлённой улице.
— Если убрать пункт с заложенными ушами и раздражённой кожей, то просто превосходно, — улыбнувшись, поведала я, старательно натягивая на себя капюшон. Под взглядами людей вновь стало неуютно. — А куда мы едем?
— Временно сдадим лошадей в конюшню и пройдёмся, я ведь обещал показать вам ярмарку, Ваше Вел…
— Аврора, — спешно пресекла я.
— Как скажите, леди Аврора.
Ехали мы и действительно недолго, свернув на прилегающую к главной улице дорогу. Лорд Равен остановился, спрыгнув с коня, отдав поводья подоспевшему к нам работнику. Протянув руку, мужчина помог спуститься и мне, аккуратно придерживая за талию. Уточнив всё ли хорошо и получив утвердительный ответ, мой спутник оставил меня у входа, но сам так далеко и не ушёл. В метрах пяти настигнул нужного работника и, похоже, договорился о времени, да накинул половину суммы на содержание животных.
Вернулся он ко мне с усмешкой и одной монетой в руках, которую лорд Равен постоянно подкидывал. Я заинтересованно выглянула из-под ткани, негодуя столь резким изменением настроения.
— Что-то случилось?
— Ничего особенного, леди Аврора, — отмахнулся он, усмехнувшись. — Узнали меня, попросили после вырезать свою роспись на их воротах, а деньги содрали, кажется, даже больше обычного. Вот уж кто своего не упустит.
Я промолчала, не совсем понимая, как мне стоит реагировать на подобное заявление. Почувствовала себя некомфортно, но поспешила успокоиться и перевести тему разговора.
— Вы обещали мне ярмарку, — вышло немного капризно, за себя стало стыдно, но вернуть слова обратно я уже не могла.
— Я помню, миледи, — не обратив внимания на мой тон, покладисто согласился лорд Равен. — Просто думаю, как сменить ваш внешний вид недорого и качественно. Ведь вам, наверное, жарко в плаще.
— Не стоит тратиться, я чувствую себя превосходно, тем более мы ведь не будем здесь слишком долго? — поинтересовалась с нажимом, пряча взгляд за тканью.
Не сказать, что я была против подобных мероприятий, наоборот мне нравились ярмарки с их громкой музыкой, танцами и сочными цветами. Однако в тот же момент меня беспокоил Император и моё отлучение из дворца, пусть лорд Равен и сказал, что получил разрешение, я всё равно чувствовала себя неправильно. И это было удивительно, раньше меня не так сильно волновало последующее наказание, ведь в подобные моменты я жила здесь и сейчас.
Наверное, мне просто не хотелось усугублять наши взаимоотношения с супругом. После того, как я поняла, что он — моя, пожалуй, единственная опора в этой стране, не считая компаньонку и переводчика, стало немного не по себе.
Лорд Фейнсиз странно взглянул на меня, но перечить не стал. Впрочем, этот неприятный для меня разговор вскоре был забыт, ведь мы вернулись обратно на главную улицу и, подхваченные потоком граждан, ринулись прямиком в гущу событий, минут за пятнадцать быстрого шага оказавшись на главной площади. И если во время моей свадьбы это место было пустынным в плане построек, если не брать в расчёт каменную сцену и огромную толпу, то сейчас здесь было не протолкнуться из-за изобилия палаток.
— Видите то каменное возвышение? — поинтересовался у меня проводник, склонившись непозволительно близко. И не удивительно, тут было настолько шумно, что я даже мысли свои практически не слышала.
— Да, — прокричала в ответ.
— Здесь проходят публичные казни изменников короны, — поделился информацией лорд Равен. — А то серое здание в один этаж, которое огорожено трёхметровым забором. Ещё до создания Империи значилось королевской тюрьмой.
— А сейчас? — спросила, хотя понимала, что тема жуткая.
— Специфичный музей, хотите, сходим?
— Нет, — я покачала головой, отступив.
Разговор был неприятным, пусть и не нёс в себе никаких откровений. Просто одна мысль о том, что людей из того здания практически по всей главной улице вели на площадь, чтобы после казнить, была жуткой.
Я