Переиграть судьбу - Лана Лаврова

— Почему именно здесь? — Спрашивает Сира стоит моему виджасу остановиться у одноэтажного строения с покосившейся вывеской.

Осторожно поднимаемся по покрытой льдом лестнице. Всего три ступени, а душа чуть в пятки не ушла. Перил то нет.

— Ребрышек захотелось. — Смеюсь, видя удивленное лицо подруги. — Тут, говорят, они самые вкусные. Одним словом, язык проглотишь.

Решая, где встретиться с Сирой, в памяти всплыл разговор охранников. Одному так не терпелось попасть к Варгасу на рёбрышки, что он готов был гнать меня пинками на казнь.

Зал был полон. Пахло жареным мясом, пряностями и кислым вином. Громко играла музыка. Трое музыкантов в углу зала терзали инструменты, извлекая из них поистине пугающие звуки. Видимо, чтобы перекричать ее, посетители чуть ли не глотки драли, пытаясь докричаться друг до друга.

— Колоритное местечко. — Оглядываясь в поисках свободного места, наткнулась только на два свободных столика. — Может, у окна присядем?

Второе место было рядом с беснующимся трио решивших оглушить весь зал.

Нашу нерешительность заметила одна из подавальщиц. Ее сильные руки легли нам на плечи, и в два шага мы уже стояли у столика.

— У нас лучше не зевать, столики вмиг разбирают. — Немного грубоватая на вид девушка имела тонкий голос и приятную улыбку. Кончик карандаша она то и дело подносила ко рту и прикусывала. — Как определитесь с заказом, зовите.

На стол легла замусоленная картонка с приклеенным на нее листком с меню.

— А мы уже определись. — От запаха мяса уже слюнки текут. — Нам самую большую порцию рёбрышек, пожалуйста.

Без капли удивления подавальщица приняла мой заказ. От вина, которое тут явно не самого лучшего качества, категорически отказалась, а вот на графин морса, посоветовавшись с Сирой, согласилась.

— Всё-таки ты и правда изменилась. Ты и ребрышки просто не совместимы. Не поверю, пока не увижу, как ты их ешь.

— Не представляешь, насколько я изменилась, — Грустно улыбаюсь, перехватывая вопросительный взгляд подруги. — Даже не знаю, с чего начать. Поверишь или нет тому, что расскажу. Но мне и правда надо выговориться, иначе меня просто разорвет.

— Лира, если я кому и могу верить без сомнения, то это тебе. — Ее слова значат так много и почти до слез.

Я давно настроилась на этот разговор, осталось только собраться и не тянуть.

Ненадолго момент оттягивается возвращением подавальщицы с нашим заказом. На большом блюде дымятся и исходят соком томленые ребрышки с аппетитной коричневой корочкой.

Один их запах вводит мой желудок в гастрономический оргазм.

— Выглядит аппетитно. — Сира примеривается к кусочкам выбирая какой взять. — По твоему лицу вижу беседа будет не легкая. Серьезные разговоры на пустой желудок я тяжело переношу, так что давай налетай пока я все не умяла.

Первый раз вижу как Сира ест без ножа и вилки, смачно причмокивает и облизывает пальцы измазанные мясным соком. Следуя ее примеру беру кусочек и вгрызаюсь в сочную мякоть. Мясо тает на языке. Хочется мурчать от удовольствия. Не зря конвоир так торопился сюда боясь что не успеет отведать местный деликатес.

В зале становится все шумней. Хотя казалось бы куда еще больше. И дело не в музыкантах. То ли они на обед ушли, то ли просто их время закончилось, но больше никто не терзал музыкальные инструменты. Шумит четверка гостей завалившихся в заведение принеся с собой запах гари и мороза. Скорей всего служащие пожарной части, по крайней мере нашивки у них на рукавах курток говорили об этом — языки пламени в черном круге.

— Я подумала вам не помешает бутылочка хорошего вина. — Наша подавальщица вернулась с пыльной бутылкой из темного стекла. — Хозяин держит это вино для своих гостей, вкус у него получше нашего кисляка.

Кажется кто-то напрашивается на хорошие чаевые.

— Давай за нас, — поднимаю стакан с вином. — Пусть в этот раз судьба будет на нашей стороне.

— Хороший тост.

Чокаемся, но звон стекла тонет в стоящем гвалте голосов.

А вино и правда ничего так. Уж в букете я разбираюсь. Кислинка хоть и присутствует, но вполне допустимая и хорошо гармонирует с дубовыми нотками.

— Кажется я лопну, — подруга откинулась на спинку стула и икнула. — Ребрышки просто огонь. Таких вкусных еще не ела. Теперь я готова к разговору.

Для храбрости глотнула еще вина.

— Начну с того, что я умерла и это моя пятая попытка все исправить.

Глаза у Сиры расширяются. С лица слетает расслабленное выражение уступая место сосредоточено-настороженно.

— Похоже я погорячилась говоря что готова к разговору.

— Сира, я понимаю что мои слова похожи на бред. Любой другой сразу сдал бы меня в надежные руки металлистов, но ты хорошо меня знаешь. Таким шутить я бы не стала.

Даю немного подруги прийти в себя. Проанализировать мои слова и понять, верит она или нет. На меня она не смотрит. Буравит взглядом стол, вид за окном и пару раз обегает взглядом зал. Наконец начинает барабанить пальцами по столу — это знак что она приняла решение.

— Не ошибусь, если скажу, что помогла тебе Хранительница вашего рода. Инфидра, кажется…

Наша у меня удивленно распахиваются.

— Ты знаешь о ней? Откуда?

Подруга весело хмыкает и тянется за бутылкой.

— Ты как-то по пьяни проболталась. Рассказала про историю с твоим предком. Правда, тогда ее помощь для него плохо обернулось, но ты хвалилась, что с тобой так не прошло бы. Мол, если решишь ее просить, то все будет на твоих условиях.

Вот же… Это сколько ж я выпила, раз меня на такие откровения потянуло?

— К счастью, она моих слов не слышала, а то вряд ли бы откликнулась на зов. А так я здесь и надеюсь в этот раз все не закончится моей казнью.

Сира чуть не окатила меня вином после моих слов. Она как раз сделала глоток и от удивления не смогла удержать его в себе. Больше к вину она не прикасалась. По крайней мере, до конца моего рассказа. А он был подробным и длинным.

Пришлось, чтобы не сидеть впустую, заказать еще еды.

Я