Тьма времени - Сара Сэмюэлс

Когда звук наконец стих, я открыла глаза и увидела его ужасную ухмылку всего в нескольких сантиметрах от своего лица.

— Ты… Бальтазар?

Во рту пересохло так сильно, что щёки липли к зубам. Сердце грохотало где-то в ушах. Он был прав. Я стояла лицом к лицу со своей самой страшной угрозой. Этот демон мог стать моей погибелью. Он мог уничтожить меня так же, как убил мою мать.

— Да, моя сладкая. Я твой злейший враг, — сказал он. — Хотя должен признаться… Я уже давно наблюдаю за тобой. Ты так же прекрасна, как и твоя мать. Ты сражаешься храбро, и дух твой необычайно силён.

— Почему? Почему ты убил ни в чём не повинную женщину? Почему отнял её у меня? Как ты посмел?!

Мне хотелось изо всех сил бить его в грудь, вырвать эти отвратительные глаза, но я не решалась. Не тогда, когда была намертво прикована к земле и полностью зависела от его милости.

Он убил бы меня в одно мгновение.

Бальтазар начал медленно покачиваться вперёд и назад, будто вводя меня в гипноз.

Я отвернулась, стараясь вырваться из-под его жуткого влияния, но увидела лишь размытые силуэты Романа, Марселиуса и Эмили. Казалось, все трое что-то кричали, пытаясь до меня докричаться.

Когтистая рука Бальтазара впилась мне в подбородок и силой заставила снова посмотреть на него.

— Как ты можешь говорить о своей матери так, будто она тебя любила? — произнёс он своим искажённым, дрожащим голосом. — Она сожалела, что родила тебя.

— Нет! — выпалила я, отчаянно пытаясь смотреть куда угодно, только не на него.

— Она ненавидела тебя. Знаешь ли ты, что во время родов она пыталась убить тебя? Она схватила несколько камней и била ими себя по животу, — прошипел он.

— Ложь! — закричала я, вцепившись в его запястья. — Она никогда бы не причинила мне вред! Она любила меня!

Его когти впились мне в кожу, словно лезвия бритвы.

— Правда? — протянул он. — Твой отец, жалкий человечишка, успел остановить её прежде, чем она покончила с тобой. Твоя мать не была создана для того, чтобы воспитывать ребёнка. Она была всего лишь шлюхой. То, что она произвела тебя на свет, было ошибкой.

— Замолчи! Это ложь! Всё это ложь!

Я прижала ладони к ушам, пытаясь заглушить его голос.

— Твоя мать была путешественницей во времени. И моей любовницей. Даже тогда, когда была с твоим отцом, — сказал Бальтазар. — Мы с Алиной были созданы друг для друга. Ты должна была стать моей дочерью. Но вместо этого она раздвинула свои шлюшьи ноги перед твоим отцом. В конце концов мне пришлось её убить. Она предала меня.

Слово «предала» вползло мне в голову, словно змея, обвиваясь вокруг моего сознания.

— Нет! Я не верю ни единому твоему грязному слову! Она была хорошей матерью! Она любила меня всем сердцем!

Я разрыдалась, плача так же безутешно, как тогда, когда мне было всего десять лет и этот ублюдок убил мою маму. Я не могла представить, что моя мать была любовницей Бальтазара. От одной этой мысли меня мутило. Я отказывалась в это верить.

Я попыталась ударить Бальтазара по лицу — бить его, колотить кулаками, сделать хоть что-нибудь, чтобы причинить ему хотя бы малую часть той боли, которую причиняли мне его слова. Но его демонические руки с лёгкостью отражали все мои удары, словно мои кулаки были не тяжелее бумаги.

Он вновь принял человеческий облик и впился в меня взглядом своих ледяных глаз.

— Не стоит тебе злить меня, Оливия. Ты даже не представляешь, сколько боли и страданий я способен тебе причинить. Я могу поставить тебя на колени и заставить умолять меня убить тебя, — произнёс он уже своим обычным человеческим голосом.

— Разозлить тебя? Я буду сражаться с тобой до своего последнего вздоха, — ответила я, замахиваясь, чтобы ударить его.

— Нет.

Он перехватил мою руку. Его хватка была такой сильной, что мне показалось, будто мои кости сейчас затрещат.

— Я слишком силён для тебя. Тебе никогда меня не уничтожить.

Чёрный туман, окружавший меня, исчез.

Бальтазар тоже исчез.

Воздух прорезал пронзительный крик.

Я резко обернулась и увидела, как Бальтазар вновь появился прямо перед Эмили. Он схватил её за шею и поднял над землёй.

Эмили вцепилась в его запястья, отчаянно пытаясь освободиться. Её ноги беспомощно болтались в воздухе.

— Помогите… — прохрипела она, а затем закашлялась, задыхаясь в его смертельной хватке.

Роман и Марселиус бросились на Бальтазара.

Он резко выбросил свободную руку вперёд.

Из его ладони вырвался поток прозрачной чёрной энергии, остановив обоих мужчин на месте.

— Отпусти её! — закричала я, бросаясь к Бальтазару.

Та же самая невидимая сила, удерживавшая Романа и Марселиуса, остановила и меня. Я резко замерла, не в силах сделать ни шага.

— Если хочешь причинить кому-то боль — причини её мне!

— Оливия, нет! — крикнул Роман. — Не говори так!

— Оливия, у тебя такое доброе сердце. Мне нравится, что ты хочешь её защитить, — сказал Бальтазар с ухмылкой. — Но она ничего не стоит… всего лишь человек. Её жизнь не имеет никакой ценности. Погасить её так же легко, как прихлопнуть муху. Достаточно лишь вонзить нож ей в сердце.

Он отпустил Эмили, слегка толкнув её.

Эмили, захлёбываясь кашлем, отшатнулась и тяжело рухнула на землю. Она обеими руками схватилась за шею, ощупывая её, а затем поспешно поднялась на ноги и попятилась прочь от Бальтазара.

Бальтазар снова повернулся ко мне.

— Ты такая слабая. Твоя мать стыдилась бы тебя, — с презрением произнёс он. — Ты должна быть сильнее.

— Мне казалось, ты говорил, что она меня ненавидела. Тогда почему ей должно быть до меня дело? — ответила я, отчаянно пытаясь вырваться из удерживающего меня силового поля.

— Кажется, у меня появилась идея, — сказал он, постучав пальцем по виску. — Давайте сделаем всё немного интереснее.

Он запрокинул голову и завыл, словно демонический волк. Этот пронзительный вой болезненно впился в мои барабанные перепонки, будто тысячи крошечных игл одновременно вонзились мне в уши.

Мы с Романом, Марселиусом и Эмили одновременно зажали уши ладонями.

К нам стремительно метнулись две тёмные тени, которые через мгновение приняли облик Далии и, как я предположила, Тьмы Романа. Они встали по обе стороны от Бальтазара и ухмыльнулись.

— Лорд Бальтазар, мы к вашим услугам, — произнесла Далия.

— Моя дорогая, — проворковал Бальтазар, поглаживая её по волосам. — Благодарю, что пришла так быстро.

Он усмехнулся собственной двусмысленности¹¹. Затем перевёл взгляд на Тьму Романа, и удерживавшая