Однажды я стала ведьмой - Виктория Блум

— Черта-с два, больной ублюдок! — выплюнула я. А следом с моих уст сорвалось рвотное проклятие.

— Ай-яй-яй, как некрасиво, — укоризненно покачал головой Виктор, без труда нейтрализовав действие проклятия.

Затем щелкнул пальцами — и меня окутал черный туман.

Готовая к схватке, я, не теряя времени, призвала свою силу. Однако… ничего не произошло. Руки словно сковало льдом, а огонь внутреннего источника стремительно гас.

Еще одно проклятие сорвалось с моих уст, но только вызвало смех у мужчины.

А когда туман рассеялся, я обнаружила на своих руках тяжелые железные браслеты.

— Ах да, забыл объяснить! — издевательски вздохнул мужчина. — Эти железки, — кивок на кандалы. — Специальные артефакты для особо опасных преступников. Они заблокировали твою магию, так что можешь не пытаться колдовать.

Сердце сжало ледяной рукой страха. Я с ужасом смотрела на свои скованные руки, понимая, что шансов выбраться — абсолютно нет.

— Знаешь, что в этой ситуации самое приятное, м? — почти ласково произнес мужчина, а глаза его начало заволакивать тьмой.

Я молчала, слов просто не было. Мне стало страшно так, как не было никогда. И все на что я была способна — медленно пятиться от неспешно приближающегося ко мне полудемона.

— Я могу делать с тобой все, что захочу.

Стремительное движение — и я оказываюсь прижата к стене мужским телом.

— Все, Василиса, теперь ты моя, — раздается над моим ухом проникновенный шепот. — Твоя сила будет принадлежать мне.

Тело трясло мелкой дрожью, но откуда-то я нашла в себе силы на злой ответ:

— Я не дам тебе доступ к моему источнику!

— Какая же ты все-таки наивная, — тихо рассмеялся Виктор и, подцепив пальцами мой подбородок, заставил посмотреть в страшные глаза, в которых плескалась сама тьма. — После того, как ты станешь моей императрицей и сделаешь меня законным правителем государства, я буду пить твою жизненную энергию, ведьмочка. Глоток за глотком. Потому что я демон, Василиса. А демоны не любят, когда их добыча уходит из их лап. Либо ты моя, либо мертва — иного не дано.

И тут, несмотря на леденящий душу страх, меня внезапно осенило: Виктор ничего не знает о планах своей матери! Не знает, что она собирается убить меня, чтобы провести ритуал.

Однако сказать я ничего не успела. Мои губы опалил поцелуй. Требовательный, жадный, злой. Я попыталась отпихнуть от себя демона, но Виктор вжал меня в стену еще сильнее.

— Перестать сопротивляться неизбежному, — горячее дыхание оседает на моих истерзанных губах.

Глоток воздуха — и еще более яростный, неистовый поцелуй.

Я чувствовала, как по щекам текут слезы от злости и бессилия. Противное, мерзкое чувство…

А потом внезапно на меня накатила такая смертельная усталость, что ноги подломились от слабости, и я бы упала, если бы не тиски чужих объятий.

Где-то на границе затухающего сознания пронеслась мрачная мысль:

«Кажется, меня уже начали пить…»

* * *

Темнота рассеялась внезапно. Но нет, я не очнулась, а оказалась внутри кинокартины, словно невидимый зритель.

Я вижу храм, и как по широкому проходу меня тащат к алтарю, где нас с Виктором должны сочетать узами брака.

Вспышка! Картинка меняется, и я с ужасом смотрю на сотни мертвых гостей, которые были приглашены на нашу свадьбу. А в центре, между безжизненных тел, стоит Маргарет с застеленными тьмой глазами и читает какое-то заклинание на неведомом мне языке.

Ужас накрывает меня, когда среди мертвецов я вижу знакомые лица. Дамир, Анариэль, Риан… Глаза у них широко распахнуты, взгляд остекленевший…

Еще одна картинка — Маргарет собирает военный совет. В массовом убийстве, произошедшем на свадьбе, обвинили драконов. За смерть ведьмы, на которую возлагались большие надежды, маги готовы мстить, убивать, умирать… Сансири обречено.

Очнувшись, я обнаружила рядом с собой Хильду. Горничная налила в чашку восстанавливающую настойку и заставила меня выпить до дна.

Прокашлявшись от горечи, я вцепилась в руку женщины и с отчаянной мольбой зашептала:

— Хильда прошу, помогите мне! Если Маргарет не остановить, погибнут невинные!

Горничная ничего не ответила, молча отцепила мою руку от своего платья и подала мне чистую нижнюю одежду.

Поражаясь равнодушию этой доброй и участливой женщины, я закричала:

— Хильда, вы меня слышите?! Умрут ни в чем неповинные люди!

— Мне приказано подготовить вас к обряду бракосочетания и последующей коронации, — безучастно ответила горничная.

И вдруг я заметила, что глаза Хильды потускнели и словно лишились жизни, а все движения выглядят рваными и какими-то механическими.

«Она околдована!» — поняла я страшное.

Откинув одеяло, я вскочила с кровати и бросилась к двери. Заперто. Впрочем, этого следовало ожидать. На руках у меня железные браслеты, воспользоваться магией я не могу. Черт!

— Вы должны переодеться, Василиса, — безэмоционально произнесла Хильда.

— Черт! — снова выругалась я. — Что же делать?!

Хильда поднялась и подошла ко мне со стопкой одежды.

— Если вы будете сопротивляться, я буду вынуждена применить магию, — сказала она и начала бесцеремонно стягивать с меня одежду.

— Я сама, — сердито вырвала из рук горничной одежду и начала переодеваться.

Через полчаса на мне уже было надето белое свадебное платье с длинным шлейфом и кружевными рукавами. На лице сиял праздничный макияж. Красивую прическу украшали живые цветы. А плана как выбраться из этой западни так и не было.

Конечно, была надежда, что друзья смекнули, что произошло, и придут мне на помощь. Но правда была в том, что после недавнего видения я хотела этого меньше всего на свете.

«Можно ли как-то изменить то, что уже предначертано судьбой?..» — перед глазами, как наяву, снова встали образы мертвых друзей.

— Не плачьте, у вас тушь потекла, — сказала Хильда и принялась поправлять мой макияж.

А меня вдруг внезапно озарило: Виктор!

Нужно попробовать поговорить с ним до бракосочетания. Я уверена почти наверняка: он не знает, что задумала его мать. Пробужденная демоничекая кровь в нем вне сомнений сильна. Но что если попробовать достучаться до его человеческой сути? Думаю, если бы не кандалы, я с новым уровнем силы, могла бы попробовать очистить его разум и сердце от тьмы, которой заполнила его Маргарет. Но быть может, получится и без магии?

«Не попробую — не узнаю», — решила я.

— Отведи меня к жениху, — велела я Хильде. — Он хотел увидеть меня перед свадьбой, чтобы вручить подарок.

Горничная взглянула на часы.

— Рано.

— Ты же должна подготовить меня к свадьбе, — произнесла я, внимательно глядя в затуманенные глаза женщины. — А я не готова. Жених не отдал мне бриллиантовые украшения. Вина за мой незаконченный образ будет на тебе. Тебя накажут.

Хильда