Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер
— Я могу управлять драконами?
— Нет, — ответил Роэн твердо. — И это очень важно. Слышащий не командует ими.
Теон выглядел скорее облегченно, чем разочарованно.
— Хорошо.
Я удивилась.
— Вы не хотели бы командовать драконами?
Он посмотрел на меня как на человека, который предложил странную вещь.
— Зачем? У них свои всадники.
Ответ был таким простым, что мы с Роэном переглянулись.
Возможно, взрослые действительно были значительно сложнее детей там, где сложность совершенно не требовалась.
Теон продолжил:
— А дикие вообще никого не должны слушаться, если не хотят.
Роэн произнес:
— Именно.
Я запомнила это слово и то, как уверенно он его сказал.
Потом оно еще не раз вернется в нашу жизнь.
Теон снова взял карандаш.
— Если я слышащий, мне теперь надо учиться отдельно?
Вот этого я и боялась.
Не драконов.
Не необычной магии.
Того, как быстро ребенок превратится для взрослых в задачу, которую нужно измерять и исследовать.
Я ответила прежде, чем Роэн успел что-нибудь предложить:
— Учеба останется прежней. Вы по-прежнему будете писать, считать, читать и ругаться на правила языка. Возможно, Норен добавит несколько упражнений, чтобы вам было легче отделять собственные ощущения от чужих, если рядом окажется раненый дракон. Но никаких пяти часов в день за проверкой способностей.
Норен кивнул.
— Я как раз хотел предложить то же самое. Нам нужно научить тебя вовремя замечать усталость. Это похоже на обычную заботу о здоровье, а не на магическую академию.
Теон посмотрел на отца.
Роэн понял вопрос без слов.
— Я согласен. Никаких опытов ради любопытства. И никаких чужих исследователей в Ранвеле.
Последняя фраза прозвучала особенно жестко.
Я спросила:
— Даже если появится человек, который знает о слышащих больше нас?
— Сначала этот человек будет разговаривать со мной, Нореном и вами. Только потом с Теоном, если я сочту это безопасным.
Мне не понравилась одна часть.
— Если мы сочтем.
Роэн посмотрел на меня.
— Простите?
— Вы только что сказали, что не хотите снова решать все один. Если речь идет о человеке, который будет работать с Теоном и его способностью, решение принимается не только вами. Норен отвечает за здоровье, я каждый день нахожусь с ребенком. И сам Теон тоже должен понимать, кто и что собирается делать.
Он молчал несколько секунд.
Я ждала привычного сопротивления.
Вместо этого Роэн кивнул.
— Хорошо. Если мы сочтем.
Теон довольно улыбнулся.
— Вы опять договорились.
— Не пользуйтесь моментом, — сказала я. — Через десять минут начинаем письмо.
Улыбка исчезла.
— Я думал, после такого разговора можно отдыхать.
— Ваша способность не освобождает от грамматики.
— Очень неудобная способность.
Норен рассмеялся.
Роэн тоже улыбнулся.
И впервые слово «слышащий» прозвучало в комнате не как угроза.
Просто как часть Теона.
После обеда он действительно занимался.
Ненадолго.
Потом мы пошли в небольшой внутренний сад. Внешние прогулки после нападения все еще были запрещены, и на этот раз я с этим не спорила.
Теон сел на низкую стену возле клумб.
— Раненый дракон все еще у ворот?
— Да.
— Можно посмотреть издалека?
— Спросим вашего отца.
Он закатил глаза.
— Вы ведь понимаете, что ответите так на половину моих вопросов до конца жизни?
— Надеюсь, до вашего совершеннолетия. Потом будете спрашивать у собственной жены.
— Я не собираюсь жениться.
— В шесть лет разумное решение.
Теон подумал.
— А вы?
— Что я?
— Собираетесь жениться?
Я едва не рассмеялась.
— Обычно женщины выходят замуж.
— Это же одно и то же.
— По сути, да.
— Так собираетесь?
— Сейчас я собираюсь объяснить вам, почему воспитанные дети не задают воспитательницам вопросы о личной жизни каждые пять минут.
Он улыбнулся.
— Значит, нет.
— Значит, мы меняем тему.
— А отец тоже не собирается.
Я почувствовала себя гораздо менее весело.
— Это уже совсем не наше дело.
— Он говорил Норену.
— И вы опять подслушивали.
— Дверь была открыта.
— Удивительно, как часто двери открываются именно рядом с вами.
Теон пожал плечами.
— Я просто знаю, что он не хочет другую жену.
Я не ответила.
Не хотела обсуждать с ребенком личную жизнь его отца.
И совершенно точно не хотела думать о ней сама.
К счастью, Теона отвлек шум крыльев.
Он сразу поднял голову.
Тарн возвращался с короткого полета.
Дракон прошел над домом и направился к восточной площадке.
Теон прислушался.
Я заметила.
— Что?
— Он спокоен.
— Хорошо.
— А тот другой тоже.
Я нахмурилась.
— Вы чувствуете обоих одновременно?
— Немного.
— Это трудно?
Он подумал.
— Если они разные, да. Как будто два человека говорят рядом, только без слов.
Это описание нужно было передать Норену.
— Голова не болит?
— Нет.
— Если начнет, сразу говорите.
— Я помню.
Он соскочил со стены.
— А теперь можно спросить отца?
Мы нашли Роэна возле посадочной площадки.
Он снимал с Тарна часть упряжи. Дракон спокойно стоял, позволяя двум помощникам работать с ремнями.
Теон остановился на безопасном расстоянии.
— Отец, можно посмотреть на дикого дракона? Только со стены. Я не буду подходить.
Роэн закончил с застежкой и повернулся.
— Почему хочешь?
Теон явно не ожидал, что вместо отказа придется объяснять.
— Хочу понять, лучше ли ему.
— Ты и отсюда чувствуешь.
— Но хочу увидеть.
Роэн посмотрел на меня.
Я ответила:
— Если только со стены и рядом будет охрана, я не вижу большой опасности. Патруль ушел, подходы проверены.
— Хорошо. Десять минут.
Теон уже хотел бежать, но я поймала его за плечо.
— Нормальным шагом.
Он послушался.
Роэн пошел с нами.
На стене возле восточных ворот стояли четверо охранников. За ней лежал дикий дракон.
Сегодня он выглядел лучше.
Голову держал выше. Раненое крыло было сложено аккуратнее. Возле него оставили воду и несколько кусков мяса.
Черный обруч по-прежнему находился на задней лапе.
Тонкие красные линии сейчас не светились.
Теон долго смотрел.
— Ему действительно лучше.
Роэн спросил:
— Что чувствуешь?
Мальчик помолчал.
— Усталость. Нога болит. Но уже не так страшно.
— Он хочет уйти?
— Да. И не хочет.
— Почему?
— Не знаю.
Теон нахмурился.
Дикий дракон вдруг поднял голову и посмотрел прямо на стену.
Не на Роэна.
На Теона.
Я почувствовала, как мальчик рядом замер.
— Что?
Он не ответил