Проклятие короля фейри - Джейми Шлоссер
Потому что если могут, то скоро все слетятся к нам.
— Что случилось, малышка? — Киаран использует моё старое прозвище, и от этого на душе становится только больнее.
— Ничего, — пищу я.
— Я чувствую твою меланхолию почти как свою собственную. — Он поглаживает меня по бедру. — Прости.
— За что?
— За то, что раньше не был готов выслушать твои предложения. Если ты не хочешь сразу возвращаться во дворец, нам необязательно это делать.
Я рада, что он не умеет читать мысли.
Если бы он знал, что на самом деле меня тревожит, то обязательно попытался бы убедить меня, что я ошибаюсь.
Я откашливаюсь.
— Конечно, Делаверия — это место, где ты хочешь быть. Я не жду, что ты изменишь свою жизнь ради меня.
— А следовало бы. Ты станешь королевой. Твоё мнение имеет значение. И королевству было бы полезно видеть нас чаще. Возможно, я смог бы назначить кого-нибудь вместо себя, пока нас не будет.
Ах, этот невероятный мужчина.
— Например, кого? — спрашиваю я, подыгрывая ему, хотя сама слишком не уверена в будущем, чтобы строить планы.
Гию. Ей бы это понравилось. Она давно просит больше ответственности. Возможно, пришло её время.
Готовность Киарана идти на компромисс заставляет меня любить его ещё сильнее. Я уже собираюсь сказать ему об этом, когда внезапный крик разрывает тишину.
— Что это было?
Всё моё тело мгновенно напрягается.
— Держись крепче, — приказывает Киаран и резко разворачивается.
Его топор издаёт влажный звук, врезаясь во что-то, и я до боли сжимаю губы, чтобы не закричать.
— Это стая! — кричит где-то рядом Дэймон, но его голос растворяется в окружающей темноте.
Стая?
Стая кого?
Я изо всех сил напрягаю руки и ноги, цепляясь за Киарана, пока его тело резко бросает из стороны в сторону.
Да, ремни удержат меня на месте, но ощущение такое, будто я оседлала одного из тех механических быков.
Его движения становятся всё резче. Он разворачивается то в одну сторону, то в другую, и к горлу подступает тошнота — неприятное напоминание о недавнем отравлении звёздной пылью.
Хотя схватка длится не больше пары минут, мне кажется, будто проходит целая вечность.
Наконец мы снова продолжаем путь.
Я предполагаю, что опасность миновала, но совершенно не хочу переживать нечто подобное ещё раз.
Я снова заставляю себя думать о поле.
О том, как помогала Киарану собирать жимолость.
О том, как слушала песни, которые он заставлял петь сверчков.
О ручье.
О том, как учила Киарана ловить рыбу и смеялась, наблюдая, как он морщится, почувствовав, какая она скользкая.
О карамельном пудинге.
О книгах.
О настольных играх.
Мы натыкаемся ещё на одну стаю каких-то существ.Кажется, у них есть крылья, потому что над нами и вокруг нас раздаётся яростное хлопанье.
Я вспоминаю, как мы лазали по деревьям.
Как танцевали.
Как я перебирала пальцами волосы Киарана.
Я мысленно остаюсь в своём любимом месте, отгораживаясь от всего происходящего вокруг, пока мы наконец не достигаем цели.
Похлопав меня по ягодице, Киаран говорит:
— Мы на месте.
Я дрожу, пока он развязывает ремни переноски, и медленно соскальзываю вниз по его телу, стараясь держаться как можно ближе.
— Нам сюда, — сообщает Дэймон.
Киаран становится у меня за спиной, прижимается ко мне, обхватывает ладонями мои бёдра и мягко подталкивает вперёд.
И внезапно появляется свет.
Он тусклый, но после бесконечной темноты моим глазам требуется несколько секунд, чтобы привыкнуть.
— Итак, ты просто заходишь сюда так, будто теперь тебе всё принадлежит.
Я поворачиваюсь на скрипучий голос маленького хрупкого тролля.
Она сидит в кресле-качалке возле камина.
В сером платье, с серебристыми волосами, бледной кожей и глазами цвета мёда она почти сливается с окружающей серостью.
Оглядевшись, я понимаю, что мы находимся в пещере.
Стены, потолок и пол здесь каменные и неровные.
Полки вырублены прямо в скале, и на них лежат стопки книг.
В дальнем углу журчит родник, а от воды поднимается пар, словно от горячей ванны.
Три круглых коврика, сплетённых из верёвок, разделяют открытое пространство на отдельные зоны. Один лежит в столовой части, второй — у камина, третий — перед кухонным столом. Они разноцветные: чёрные, коричневые, жёлтые и белые полосы переплетаются между собой. Но в материале есть что-то странное. Он блестит, почти как…
Волосы.
Слева, у стены, стоит детская кроватка, укрытая коричневыми одеялами.
Удивительно, но здесь довольно уютно, несмотря на то, где находится это место.
— Прости меня, Астрид. — Дэймон важно шагает к её деревянному столу и отодвигает стул. — Нам пришлось через многое пройти, чтобы добраться до тебя.
— Знаю, — отвечает она, продолжая покачиваться в кресле. — Кстати, хорошая причёска. В прошлый раз я просила тебя позволить мне её подстричь.
Дэймон отбрасывает за плечо золотистые пряди.
— Тебе просто нужны мои волосы для твоих ковриков.
— Это лучше, чем сжечь их, не находишь? — невозмутимо парирует она.
Сморщив нос, я снова смотрю на плетёные коврики.
Да.
Они определённо сделаны из волос.
Жутковато.
Киаран глубоко вздыхает, словно призывая на помощь всё своё терпение.
— Нам нужны...
— Два короля в моей пещере. — Астрид так резко подаётся вперёд, что буквально выскакивает из кресла. — Два короля! Какая удача! Какая же я счастливица!
— Это не удача, и ты это прекрасно знаешь, — сухо отвечает Киаран. — Ты рассказала Дэймону кое-что важное о моём будущем. Кое-что, о чём, как ты знала, я не смогу забыть и обязательно захочу узнать больше. Поэтому я здесь. У тебя есть ответы, которые мне нужны.
Я слегка сжимаю его руку.
— Не груби.
— Послушай свою даму. — Шаркая ногами, Астрид подходит к кухонному столу, берёт пустую керамическую миску и ставит её перед собой. — Брысь.
Она отмахивается от Дэймона.
Раздражённо фыркнув, он отходит к нам.
Напевая какую-то мелодию, Астрид начинает размешивать что-то деревянной ложкой.
— Нельзя просто прийти сюда и потребовать ответы. Нужно быть готовым что-то отдать взамен.
— Я могу заплатить. — Киаран уже тянется к карману.
— Твоё золото здесь бесполезно. — Она переводит взгляд на меня. — И если хочешь получить ответы, придётся задавать правильные вопросы.
— Я к этому готов...
— Не ты, — перебивает его Астрид и указывает на меня кривым пальцем. — Она.
— Я? — удивлённо спрашиваю я. — Почему именно я?
— Потому