Когда имеешь дело с драконами - Дана Свифт

Я не скажу вслух, что моя грудь слишком мала, чтобы заполнить вырез. Некоторые неловкости лучше оставить невысказанными.

– Давайте посмотрим.

Выхожу из примерочной, придерживая вырез руками. Если платье спадет до пояса при Джеймсе или Джеффри, я умру от смущения.

Я кружусь, демонстрируя его во всей красе. Блестки сверкают, отражая свет.

– Что думаешь?

– Красиво, – отвечает Шелли, затем поворачивается к Джеймсу: – Что думаешь, Джеймс?

Все взгляды устремляются на парня, который вздрагивает от такого внимания.

– Я… эм…

Мою кожу пробирает дрожь в ожидании его ответа. Он явно не хочет быть грубым, но чувствует, что должен. Или, может, не грубым, а просто равнодушным. Обычным. И чем дольше длится его молчание, тем более невыносимым оно становится.

«Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь».

– Оно… неплохое, – наконец выдавливает он.

Шелли фыркает, явно разочарованная. Она подходит ко мне и начинает работать вместе с портнихой: одна у подола, другая у бюста.

– Мы можем добавить набивку, – успокаивает меня портниха, похлопывая по руке, и от этого мне хочется провалиться сквозь землю.

– Или! Ты можешь надеть медную накидку, – предлагает Шелли, в ее голосе звучит возбуждение.

Дамы высшего света надевают металлические накидки на официальные мероприятия – тонко сплетенный металл, драпирующийся поверх плеч почти как жакет, помогает держать платье без бретелек. Но мы все знаем истинную причину, по которой металлические накидки стали популярными. В последние два десятилетия продолжаются призывы к равенству среди металлических классов. В ответ на это высший класс бронзовых и серебряных мастеров демонстрирует свой статус еще более явно. Украшений стало недостаточно, и мода перешла к массивным металлическим изделиям, сплетенным так, чтобы напоминать драконью чешую или даже крылья за спиной.

– Я не собираюсь надевать свои металлические украшения на твою свадьбу, – говорю я на автомате.

– Почему бы и нет? Джеффри шьет для меня корсет и накидку. Мы будем выглядеть потрясающе вместе!

Мне нравится эта идея. Быть в одном стиле с Шелли и хоть немного походить на нее – моя постоянная цель. Но по традиции жених должен изготовить часть украшений для невесты. Даже идеально отполированное железо не будет сверкать так, как яркая красная медь. Первое правило на любой свадьбе – не затмевать невесту.

– Шелли, это слишком дорого, и я не должна…

– А я говорю, что должна.

– Это будет выглядеть великолепно, – соглашается швея.

– Я могу сделать тебе такую, – небрежно произносит Джеймс.

Он произнес эти слова не задумываясь, и это видно по тому, как расширяются его глаза, когда все взгляды обращаются к нему. Осознание ошибки настигает его, но уже слишком поздно.

Для меня тоже поздно. Жар заливает лицо, и я отчаянно пытаюсь отогнать это чувство, но слова, словно впившись, застревают в сознании. Я прокручиваю их снова и снова, как и все наши последние разговоры.

– Какой милый у вас парень, – мурлычет швея, сжимая мое плечо. – По традиции мужчина делает что-то для женщины.

Шелли поворачивается, ее зеленые глаза сверкают.

– Вот видишь, Джеймс может ее сделать для тебя, – напевает она.

– Я раньше делал такое для мамы, вот и все, – пытается оправдаться Джеймс, но, кажется, слышу его только я.

Улыбка Шелли сияет, а Джеффри выглядит всезнающим и, возможно, даже немного самодовольным.

– Он не мой парень, – говорю я швее, словно это может остановить этот поток.

Она хмурится, не понимая, особенно учитывая, что я все еще краснею.

Джеффри, как всегда, спасает положение. Он находит предлог, чтобы уйти на поиски костюма для Джеймса. Через мгновение парни исчезают за углом, растворяясь в мире тканей.

– Убедись, что накидка подходит к платью Фаррен! – кричит Шелли им вдогонку.

Я вздыхаю. Теперь у меня на двух спорщиков меньше.

– Ладно, вернемся к делу. Да, я могла бы сделать накидку сама, но платье и так прекрасно. Мне ничего больше не нужно.

Шелли прищуривается, словно пытаясь заглянуть в мою душу. Затем она обращается к швее: – Не могли бы вы оставить нас на минутку?

– Конечно, конечно.

Как только мы остаемся одни, Шелли нападает на меня:

– Дело в цене? Или в том, как ты будешь выглядеть? Или… – Она делает шаг вперед, вглядываясь в мое лицо. Я выше Шелли, но ее взгляд полон такой силы, что кажется, будто она может прочитать все мои тайны. – Или ты просто не хочешь носить медь?

– И то и другое, – лгу я.

Но Шелли попала в самую точку. Раньше я с гордостью носила медь: повязку для волос, серьги, которые забывала снимать неделями. Но теперь каждая медная вещь кажется обманом, маской, которую я боюсь никогда не снять.

Шелли обнимает меня, прижимая крепко, чтобы прошептать:

– В день своей свадьбы ты наденешь золото.

Внутри меня надежда и страх ведут неравный бой. Легкость надежды тянет вверх, а тяжесть страха – вниз.

– Мне не стоит на это надеяться.

– О, Фаррен, где-то там они ждут нужного им человека.

Я мечтаю, чтобы она была права. Мы говорили об этом сотни раз: как после колледжа я накоплю достаточно денег на экспедицию, чтобы отправиться на поиски золотых драконов по всему миру. Как и мой папа, Шелли верит, что где-то существует живая колония, хотя люди считают их вымершими. Когда родились детеныши Нити, часть моей надежды угасла, но я все еще не могу полностью отказаться от этой мечты. Моя ближайшая цель – поступить в «Ривир» и стать ветеринаром, но в долгосрочной перспективе я мечтаю спасти этот вид.

– А пока, – голос Шелли возвращает меня в реальность, – делай, как я говорю, и надень хотя бы накидку. Самую блестящую, медную, какую сможешь найти.

– Ладно, это твоя свадьба, – соглашаюсь я. – Надену медную накидку.

Шелли мягко тянет меня за предплечье.

– Нет, пусть Джеймс ее сделает.

Я качаю головой:

– Прости, этого не было в твоих требованиях. Нужно быть точнее, когда используешь свои силы невесты.

– Силы невесты? – смеется она, и мне нравится, как это звучит.

– Не позволяй власти вскружить тебе голову, – предостерегаю я.

Я называю это «силами невесты», потому что слишком боюсь произнести вслух, что это могут быть ее последние желания. После моей вспышки в их доме я не смела упоминать о золотом флаконе, спрятанном в одежде. Но я продолжаю носить его с собой, и сейчас он ощутимо жжет в кармане.

Над дверью звенят колокольчики, прежде чем Шелли успевает ответить. По привычке я поднимаю глаза. Мышцы напрягаются, когда я вижу входящего мужчину. Отчасти потому, что это последний человек, которого я ожидала здесь увидеть.

Мистер Мёрфи стоит перед нами с нахмуренным лицом.