Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада - Елена Амеличева

Да, он не идеален. И проблемы с данным отцу словом много крови мне попортили. Но за это же я его и уважаю. Иначе считала бы недостойным человеком и тогда точно моя любовь стала бы несчастной. Ведь любить того, кого презираешь, наказание.

И что мне делать, если откажусь — из чистого страха и желания потянуть время, прежде чем решиться на такой важный шаг? Ведь иногда девушки говорят «нет» и поэтому тоже, а не из-за того, что не любят. Возвращаться домой, где ждет разъяренный отец, что посадит под домашний арест до седых волос? И выставит охрану вокруг комнаты, дома, кровати — чтобы проклятый демон и близко не сумел подобраться.

Ну уж нет! Я сама решу свою судьбу, без императоров, что как флюгеры меняют решения в зависимости от настроения жены. И без строгого батюшки, что готов сломать жизнь дочери-полукровки — конечно же, из благих побуждений.

— Согласна! — заявила, будто с обрыва шагнув.

И тут же была вознаграждена таким сиянием глаз Риара, что захотелось зажмуриться.

— Спасибо, ведьмочка моя! — проворковал он нежно, притянув меня к себе.

— Хм-хм, — напомнил о себе, а заодно и о приличиях служитель культа. — Приступим.

Все повторилось. Сердца замерли, когда конец красной нити, обвившей запястья, нырнул в Первородное пламя. И…

— Никому не двигаться! — громыхнуло под своды пещеры.

Мы с Риаром вздрогнули, посмотрев на стражу императора, что заполнила собой зал.

— Все будет хорошо, — шепнул любимый. — Ничего не бойся!

— Герцог де Дарк, — к нам подошел глава стражи, усатый и мрачный. — Вы арестованы по подозрению в измене и подготовке бунта с целью свержения нашего Повелителя, — сухо сообщил он. — Пройдемте с нами.

— Что вы говорите? — вырвалось у меня. — Он ничего такого не делал!

— Вам бы помолчать, миледи, — отозвался стражник. — А не то вместе с ним в казематы отправитесь. Идемте, герцог.

— Все будет хорошо, — Риар ободряюще улыбнулся мне. — Люблю тебя!

Он зашагал прочь в сопровождении гвардейцев императора. И лишь тогда, оглушенная ужасом, я посмотрела на запястье — по которому вилась красная сияющая вязь.

Брачная метка!

Добряк нес нас с притихшими демонятами прочь от Серой горы. Она уже не была розовой. Солнце ушло высоко, и скала вернула себе привычный цвет. По моим щекам струились слезы, которые я никак не могла остановить. Что будет с Риаром? Что мне теперь делать? Как помочь любимому? Как спасти мужа?

Нет, иллюзий я не питала. Было бы неплохо, конечно, залихватски подлететь к темнице, разрушить ее и улететь с де Дарком в закат, где нас ждало бы вечное счастье. Но увы, охрана не подпустила бы меня и на пушечный выстрел. В воздух взвились бы сторожевые ящеры — огромные, отлично откормленные и натасканные на нарушителей. От нас с Добряком не осталось бы и косточек.

А на случай над- и подземных действий имеются не менее опасные черви и командующие ими маги. Так что это тот самый случай, про который говорят «без шансов». Надо как следует подумать. Отключить эмоции и включить голову.

Сказать легче, чем сделать.

Я оглянулась на мальчишек. Рэйнор, мигом повзрослевший, ответил прямым взглядом. Роэн же, совсем еще малыш по сравнению со старшим братом, крепился изо всех сил, чтобы не разреветься. Теперь я за них отвечаю. Риана и Бран тоже сбежали, и не мне их за это не винить, у них имелись на то веские основания. Как бы то ни было, демонята теперь моя ответственность.

С этого и начнем. Самое главное — обеспечить детям безопасность. От императора, которому что угодно могло придти в голову относительно их участи. И от назойливых родственников, что не замедлят налететь, как саранча, узнав, что Риардан впал в немилость и арестован. Ведь так просто оформить опекунство над мальчишками и успеть под шумок растащить половину их наследства.

Я пока что им никто. Надо сначала получить официальное подтверждение того, что леди де Дарк теперь официально мачеха сыновей Риардана. Но не уверена, что это будет так легко. Скорее уж наоборот.

Мысли теснились в голове до тех пор, пока Добряк не сел на скалу, где Весна растила свое потомство. Повеселевшие мальчишки бросились к своим ящерам. Но спокойствие продлилось недолго — налетела гроза. Синие молнии зашипели вокруг, но мой зверь приоткрыл крыло, и я юркнула под него, прижавшись к его горячему боку. Рядом притулились демонята. Вторым крылом Добряк закрыл от ненастья мамашу-Весну, которая как курица-наседка также обняла свой выводок.

Гроза бушевала долго, разъяренно рвала небеса в клочья, оглушала раскатами грома и хлестала ливнем в крылья ящеров, дав мне время на новые раздумья. Больше  всего беспокоил вопрос о том, с чего император решил, что мой Риар — изменник. Кто-то должен был подвести его к этой мысли. И это как раз не тот случай, когда нужно подозревать его супругу. Нет, это кто-то из тех, кто был достаточно близко, чтобы все узнать, подслушать, сложить два и два, а затем…

Когда непогода стихла, и с крыльев Добряка закапали последние капли дождя, я уже примерно знала, что должна делать. Едва над скалами засияла радуга, мы с моим зверем снова пустились в путь.

Около дома Риардана было тихо. Так непривычно! Я спрыгнула с ящера и зашагала к двери.

— Миледи Фабиана! — Сантин так удивился моему приходу, что просто застыл, мешая войти.

— Ты один здесь, больше никого нет? — спросила его.

— Все слуги разбежались, — он кивнул. — К нам ведь приходили, делали обыск, весь дом перерыли. Так что не обессудьте, у нас беспорядок, все я один прибрать не успел. Проходите, — спохватился, отступив.

— Даже не думай о такой ерунде, — отмахнулась, войдя в гостиную, усыпанную листами документов, нот, перевернутой мебелью и прочим. — Нам нужно поговорить, Сантин.

— Пройдемте, — он зашагал на кухню — все идут туда, когда наступают плохие времена. Наверное, это рефлекс с давних времен — тянуться к теплому очагу, когда все плохо. — Знаете, — улыбнулся, начав открывать дверцы шкафов, — это даже хорошо, что обыск был