Игра похоти: Искушение - Хейзел Райли
Это Аполлон.
Моё сердце замирает, падает куда-то вниз и тут же подкатывает к горлу.
Должно быть, мне послышалось. Или же он говорил с кем-то другим.
— Тебе лучше сменить запрос, — предупреждает Гермес, внезапно перестав улыбаться.
Хейвен останавливает его жестом руки, черты её лица становятся жесткими и смертоносными. — Женщины — не вещи, которые можно выиграть. Даю тебе пять секунд, чтобы исправиться.
Патрик смеется. — А то че? Натравишь на меня своего хахаля, накрашенного как проститутка?
— Арес бы оценил эту шутку, — комментирует Нис.
— Я как раз всё записываю, чтобы отправить ему видео позже, — шепчет Лиам с телефоном в руке.
Хайдес делает шаг вперед. — Она и сама способна тебя отделать, поверь мне. Я бы с удовольствием посмотрел на это зрелище и вмешался бы только с её позволения. Но предупреждаю: еще одно лишнее слово — и я отрежу тебе язык.
Хайдес, кажется, производит на Патрика иное впечатление. Тот шипит что-то невнятное, прежде чем повысить голос.
— Ладно, меняю запрос. Мне не нужны деньги. Если я выиграю, я хочу, чтобы вы все, Лайвли, свалили из Йеля. Завтра же соберете чемоданы и выметитесь из университета вместе со своими гребаными пешками и вашими ебаными яблоками.
Афина, Аполлон и Гермес прыснули одновременно.
Хейвен слабо улыбнулась. — По рукам.
— Секундочку. А в чем заключается сделка, чтобы избежать игры? И вообще, что это за игра? — спросил Дэйв.
— Об игре вы узнаете только тогда, когда она начнется, — уточнила Хейвен. — Именно поэтому я и предлагаю вам лазейку. Я позволю вам не участвовать, при условии, что вы подпишете заявление об отчислении по собственному желанию. Я хочу, чтобы ваши задницы вымелись из Йеля до конца этой недели.
— Хрен тебе, — почти перебил её Патрик. — Мы — два ключевых игрока футбольной команды, а наши предки отваливают университету щедрые пожертвования. Нам остался год до выпуска. Мы никуда не уйдем.
Красные губы Хейвен растянулись в ослепительной улыбке. — Я так и надеялась, что вы не согласитесь. Наконец-то поиграем. Кто первый?
Дэйв вызвался первым, хоть и с опаской. Он едва не запутался в собственных ногах, допивая остатки пива. — Ну давай посмотрим, че ты там хочешь, стервочка.
Я заметила раздражение Хайдеса, но он не вмешался.
Хейвен подвела парня к деревянной стене. — Продолжай меня оскорблять, мне так будет только веселее.
Одного взмаха её руки хватило, чтобы трое человек пришли в движение.
Афина и Гермес встали по бокам от Патрика, удерживая его на месте.
Хайдес подошел к Дэйву и одним толчком припечатал его к деревянной стене. Только сейчас я разглядела: там были ремни, закрепленные на разной высоте. Дэйв оцепенел, раскрыв рот, пока Хайдес фиксировал его лодыжки. Он очнулся от парализующего шока, когда очередь дошла до рук, и попытался ударить Хайдеса.
Тот уклонился и цокнул языком. — Веди себя смирно, а то мне придется сделать тебе больно еще до того, как начнется игра моей девушки.
Лодыжки и запястья затянуты — Дэйв обездвижен на стене. Когда ремень застегнули вокруг его шеи, работа была окончена.
Хейвен схватилась за края длинной юбки и резким движением сорвала её. Под корсетом оказалась другая юбка, куда более короткая и облегающая, сделанная как шорты, что давало ей полную свободу движений.
Хайдес на секунду исчез в темноте и вернулся с подносом, который поставил рядом с собой. По подозрительному блеску металла я уже догадалась, что там лежит.
Хейвен вытянула первый остро заточенный клинок и покрутила его в руках, разглядывая в лезвии отражение своего лица.
— Хейвен! — воскликнул Зевс.
— Заткнись и не порти кайф, — прошипел Нис, которого происходящее явно заинтересовало.
Я почувствовала, как бледнею.
Аполлон повернулся ко мне, бросив любопытный взгляд, и когда увидел мой встревоженный вид, его губы тронула усмешка.
Ну еще бы, для него эта игра — просто детская забава по сравнению с «Виселицей».
— Дэйв, я буду задавать тебе простейшие вопросы. Вопросы, на которые ты точно знаешь ответы. Если ответишь — ты спасен. Если будешь молчать — я бросаю нож.
Дэйв задергался, будто грубая сила могла разорвать ремни. — Ты совсем ебнутая?! — заорал он.
— О, не думай, что правила игры подразумевают прицеливание в твое тело! Я не убийца. Я буду целиться в дерево, Дэйв. Серьезно. Я тренировалась несколько дней, так что я не совсем безнадежна. Точки, которые я выбрала для тебя: над головой и по бокам от неё, между ног — аккурат под пахом, где болтается хер, который стоило бы отрезать, — и рядом с руками.
— Да вы психи! — присоединился Патрик. — Че у вас в башке? Вы не можете…
Афина и Гермес грубо дернули его, мешая вмешаться. Тем временем Хайдес встал перед ним и оторвал длинный кусок скотча. Он залепил Патрику рот, мгновенно заглушив его крики.
Локи стоял неподвижно, как изваяние, с широко раскрытыми глазами и дрожащими руками.
Я легонько постучала Аполлона по плечу, и он повернул голову. — Да?
Я прильнула к его уху, с трудом игнорируя его парфюм. — Нам нужно присматривать за Локи. Он может сбежать и позвать на помощь. Если сегодня всё закончится плохо, нам конец.
Он кивнул. — Конечно, агент.
— Ты бы не решилась, — пробормотал Дэйв, который теперь остался один на один с Хейвен. — Ты не…
Рука Хейвен замахнулась. Лезвие промелькнуло в воздухе с впечатляющей скоростью и вонзилось в дерево рядом с рукой Дэйва. Нож прошел в считанных миллиметрах от его левого мизинца.
— Дэйв, отвечай на вопросы, будь любезен. Меткость у меня неплохая, но искушение засадить тебе нож в яйца очень велико, уж поверь мне.
— Если с нами что-то случится, мы заявим на вас. Плевать на ваши контракты. Я вызову копов!
— И кто вам поверит? У вас есть свидетели? — притворно поинтересовалась Афина.
Дэйв мотнул головой в сторону: — Локи! Локи подтвердит.
Хейвен напряглась, но не потеряла уверенности. — Когда он узнает, что вы скрываете, он сам не захочет вас видеть. И будет каждый день жалеть, что помогал вам причинять боль моему лучшему другу.
— Серьезно? И всё это из-за того, что мы пару раз вмазали этому извращенцу?
Слышать, как они оскорбляют людей, которых я за эти месяцы успела хорошо узнать, вызвало слепую ярость даже во мне. Тихий голос в голове нашептывал, что я хочу быть там, рядом с Хейвен, а другой напоминал, что я — агент ЦРУ.
— Дэйв, первый вопрос, — голос Хейвен зазвучал громче, эхом отдаваясь на освещенной огнем площадке. — У тебя когда-нибудь была сексуальная связь со студенткой по имени Наоми Риверс?
— Да, —