Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову - Любовь Песцова

В ванной от меня все слегка шарахались. Ну и ладно, не сильно-то и хотелось знакомиться. Меня более чем устраивало то, что благодаря ауре прокажённой, мне освободили практически целую ванную комнату.

Всего их здесь было четыре. В каждой по пять умывальников и пять вполне привычных, хоть и слегка старомодных, душевых кабинок. Уверена, где-нибудь в старейших университетах Европы похожие чудеса сантехники можно ещё найти.

Напротив этих четырёх комнат находились четыре туалета. С вполне комфортными закрытыми кабинками, без того безобразия, что царило в школах родного мира.

Да, у меня не было никаких принадлежностей вроде зубной щётки или хотя бы банального мыла, но я всё равно приняла горячий душ просто для того, чтобы согреться.

А потом долго стояла в кабинке, проклиная себя за скудоумие, поскольку вытереться мне было нечем. Использовать для этого единственную футболку было нельзя. Штаны тоже были одни. В итоге я подождала, пока капли сами стекут с кожи, а затем промокнула остатки влаги носками. Теми самыми, которые всю ночь сушились на подоконнике. Эх, не судьба им сухими побыть.

И мало того, что снова пришлось обувать наколдованные ботинки на босу ногу, так ещё и было банально неприятно. Носки ведь не после стирки. Я в них по дому ходила, в снегу валялась, половину академии прошла… В общем, внезапное желание принять душ оказалось провальным.

А потом я поняла, что мне нужна помощь в том, чтобы найти местный рынок.

Приведя себя в порядок настолько, насколько могла, я пошла на поиски жертвы. А точнее — источника информации.

Увы, любые группы девочек, к которым я пыталась подойти в общежитии, разбегались при виде меня так, словно я и правда прокажённой была.

Постепенно я прошла весь свой второй этаж, а потом и вовсе вышла на улицу.

Холодный ветер заставил плотнее запахнуть плащ. Хорошо хоть ректор наколдовал вполне тёплую вещь. Не знаю как, но он грел лучше, чем моя зимняя куртка из родного мира. Жаль, шапки не было. Я бы не отказалась и уши погреть, и свои розовые волосы спрятать, которые здесь всем так не нравились.

Я ещё немного помоталась по территории, думая, к кому бы пристать, а потом увидела своего недавнего знакомого. Того самого, который — мечта колориста.

Эх, ну была не была. Он хотя бы со мной разговаривал.

— Привет, — сказала я, подойдя к парню.

Он смерил меня взглядом, приподняв бровь, но ничего не сказал.

Ну и зачем такое выражение лица делать? Словно обнаружил на рукаве любимой рубашки какое-то мерзкое насекомое.

Ладно, спокойно, нужно попытаться хоть что-то из него выдавить. Неплохо было бы для начала узнать, как к нему обращаться.

— Я, кстати, Ева.

— Мне плевать, — выдал блондин.

М-да, вежливость — не его сильная сторона.

— Мило, — скривилась я. — Но как-то пофиг. Ты не подскажешь, где здесь ближайший рынок или магазины?

Он снова уставился на меня, слегка склонив голову к левому плечу.

— Ну что? Со мной здесь никто больше не разговаривает, а одежду купить нужно. Да и не только её. Неужели даже дорогу подсказать сложно? У вас у всех голова взорвётся коллективно, если я буду чуть меньше страдать?

Он молчал ещё примерно минуту, а потом я услышала другой мужской голос, который прокричал:

— Сайлус, ты идёшь?

— Иду, — ответил он незнакомому парню.

Понятно, придётся совсем уж вслепую тыкаться.

Но прежде чем уйти, блондинистый, очевидно, Сайлус, произнёс:

— Выйдешь за ворота, пройдёшь три квартала, повернёшь направо и иди, пока не упрёшься в рынок.

Вау! Неужели и правда кто-то расщедрился хоть на какие-то объяснения.

— Спасибо, — сказала я ему в спину.

— Не приставай ко мне больше, — бросил он через плечо, прежде чем удалиться.

Ещё один обиженный жизнью. И чего я им всем так не нравлюсь?

Инструкции о том, как добраться до рынка, были достаточно просты, поэтому я не переживала, что могу потеряться. И по пути откровенно глазела по сторонам. Причём не только оценивая инфраструктуру, но и выискивая каких-нибудь уличных торговцев, у которых можно разжиться едой.

Да, последний приём пищи был почти сутки назад, и желудок активно возмущался таким произволом. Через пару кварталов я наткнулась на нечто, отдалённо напоминающее булочную. По крайней мере, пахло именно выпечкой.

В итоге за одну медную монетку я купила целых два пирожка с чем-то подозрительно похожим на картошку. Поход на рынок был отложен до лучших времён.

Я сидела на городской лавочке в небольшом сквере, который был расположен возле академии, и с удовольствием поглощала пирожок.

А заодно прикидывала, сколько я могу потратить. С деньгами я разобралась ещё в своей комнате. В кошельке, что вручил мне ректор, было одиннадцать золотых, двадцать два серебряных и девять медных монет. Нужно сказать, вес у всего этого богатства был внушительный.

Я не разбиралась в местных ценах, но если за медяк можно купить аж два пирожка, то, по идее, сумма не маленькая. Особенно для студентки. Это у них здесь стипендия такая огромная?

Да нет, вряд ли. Учитывая состояние комнат, сомневаюсь, что у академии есть такие огромные деньги на выплаты студентам.

А вот если предположить, что это стипендия за год или хотя бы за семестр, картина мира снова становится цельной. Тогда реально. Правда, непонятно, кто ж выдаёт новичку стипендию наперёд за такой внушительный срок.

Но ректор, кажется, меня пожалел. Хоть и сказал потом не попадаться ему на глаза… Эх, биполярочка у человека процветает. Точнее, у дракона.

Интересно, а каково это — превращаться в такую махину? Интересно, разум сохраняется человеческий? Вообще, чисто биологически это невозможно для таких крупных особей.

А само превращение, биологически, конечно, возможно, ага. И о чём я думаю?

Но если рассуждать логически, драконы должны быть ближайшими родственниками динозавров, а у тех мы знаем, какой мозг был. С другой стороны, а с чего я взяла, что местные драконы превращаются в громадин, каких рисовали в родном мире? Может, они тут с комнатную собачку размером?

От темы ректора, его теоретического слабоумия и размеров второй ипостаси меня отвлёк громкий и протяжный мявк.

На лавочку рядом со мной запрыгнул чёрно-белый кот с умилительным пятном на носу.

— Что, есть хочется? — спросила я у кота.

А потом отломила кусок пирожка, предложив усатому. Тот понюхал, немного покривил носом, глянул на меня ещё раз, мол, может, что получше предложишь? Но потом всё же с неохотой съел.

— Ну прости, ничего другого нет, — пожала я плечами. — А ты, видимо, не