Инопланетный жиголо - Влада Верезова

А дальше уже нет никаких точных правил. Все происходит по обоюдному согласию. И на что хватит фантазии молодоженов.

Поясочек из бусинок на мне тоже сейчас одет. И Ситар, поцеловав пальцы моих ног, приступил к исполнению обряда первой брачной ночи. А я его взяла и остановила, предложив о чем-то там поговорить. Ясное дело, что парень недоумевает. Он не может понять, что он сделал не так.

— Ситар, ты только не волнуйся. Все в порядке. Давай сядем вон за тот столик и сначала поговорим. У нас так принято, — решила я ему соврать, чтобы он не переживал.

Он кивнул, соглашаясь, поднялся с колен и проследовал вслед за мной к низенькому столику, на котором были расставлены напитки, блюдо с жаренным мясом и овощами, ваза с фруктами и целая гора хрустящих лепешек. Есть мне хотелось невыносимо. Я даже сглотнула слюну. Материнский организм требовал питания, а на празднике мне поесть не удалось. Жениху и невесте есть во время пира не полагается. Еда по традиции нас ожидала в шатре.

Мы уселись на мягкие подушки, и я сразу же начала объяснять Ситару суть проблемы:

— Милый мой, Ситар, я должна тебе кое-что разъяснить.

Парень напрягся, но промолчал.

— Дело в том, что по законам империи, откуда я прибыла на Орис, ты еще маленький мальчик, несовершеннолетний.

Глаза Ситара округлились, и он чуть ли не вскочил с места. Он выкрикнул с возмущением:

— Я мужчина, а не мальчик!

— Успокойся, пожалуйста, — я взяла его за руку и крепко сжала его теплые пальцы. Он тут же затих.

— Я знаю. По вашим законам ты уже мужчина. Но по законам империи, куда мы завтра с тобой отправимся, ты еще не взрослый. Тебе еще расти три года. Понимаешь? Чтобы стать взрослым мужчиной, тебе должен исполниться двадцать один год.

Ситар сидел и таращился на меня ошалевшими глазами. Он ничего не понимал.

— Мне нельзя с тобой жить как с мужем, пока тебе не исполнится двадцать один год. Иначе там, куда мы завтра улетаем, меня накажут.

— Накажут? — изумился Ситар и побледнел.

— Да. Потому что ты еще считаешься ребенком. А я взрослая и не имею права к тебе прикасаться как к мужчине.

— Не имеешь права прикасаться? — переспросил он тихо. Потом отвел взгляд и задумался.

И вдруг он улыбнулся и посмотрел на меня сияющим взглядом, который бывает у людей, наконец-то разгадавших сложную загадку.

— Тебе будет разрешено ласкать мое тело только через три года? Я не дурак. Я понял, почему тебя могут наказать. У нас на Орисе за такое виноватому отрубают руки.

Я поперхнулась соком, который в этот момент отпивала из чаши. Не знала о таком законе. О, боги! Жестоко, но зато действенно.

— Тебе тоже отрубят руки, если ты будешь меня ласкать? — поинтересовался Ситар взволнованным голосом.

Мне стало нехорошо при этой мысли, но я решила его не разубеждать.

— Да, мой хороший. Так и будет.

— И что же нам теперь делать? — тяжело вздохнул Ситар.

— Мы просто будем вместе жить, общаться. Каждый будет заниматься любимым делом. Ты что любишь?

— Я люблю звезды, — мечтательно ответил Ситар и просиял довольной улыбкой.

— Я слышала, тебе наблюдатели в прошлом году подарили телескоп.

— Да! — обрадовался парень. — Хочешь я тебе его покажу?

— Очень, — я рада была уцепиться за любую возможность, чтобы закрыть эту тягостную тему брачной ночи.

— Только как нам уйти? — резонно заметил Ситар. — Все увидят, что мы куда-то пошли. Это позор, уйти из шатра в брачную ночь.

И правда. Что делать? Выход из шатра смотрит как раз на поляну с пирующими гостями. Праздник в самом разгаре. Доносятся песни, громкая музыка, вопли парней и девушек.

Ага! А задняя часть шатра стоит вплотную к берегу озера. Я подошла к стенке и потянула за край шкуры. И о счастье. Открылся проход.

— Ситар! Давай выберемся через этот лаз, за шатром на берегу, кажется, никого нет.

И мы вдвоем, на полусогнутых ногах, в ночной тьме пробирались окольными путями до обсерватории Ситара. Она была устроена на краю поселения, на самой высокой вершине примыкающей к поселку горной гряды.

Мы до самого рассвета рассматривали звезды и разговаривали. Ситар пересказал названия всех созвездий, которые можно наблюдать с Ориса. Я ему перечислила самые известные созвездия Земли. Потом мы посмеялись над всякими житейских историях из своего прошлого. Одним словом, мы очень продуктивно провели первую брачную ночь.

Также, почти ползком, мы вернулись в шатер. На поляне еще продолжалось веселье, правда, уже почти затихшее.

Мы с Ситаром с наслаждением растянулись на широкой мягкой лежанке и провалились в сладкий сон. После таких насыщенных событиями дня и ночи настоящим блаженством мог стать только обычный здоровый сон. И более ничего!

* * *

Дэрк перехватил меня на пути к лагерю наблюдателей. После обеда я шла к женскому доктору, чтобы она меня осмотрела пред полетом.

— Ниса, постой!

— Что вам нужно, молодой человек, — я стряхнула его руку, которой он схватил меня за локоть. — И не стоит трогать чужую жену, могут быть неприятные последствия.

— Милая, прекрати этот глупый концерт. Что за муха тебя с утра укусила? И никакой он тебе не муж.

— Почему ты в этом так уверен? Эту ночь я провела в брачном шатре.

— Ниса, — усмехнулся зорганец, — вот только не надо меня выводить на ревность. То, что у тебя с этим пацаном ничего не было, я уверен на все сто процентов.

— С чего так? Он красавчик, тебе с ним не сравниться, — съязвила я.

— Я и не равняюсь. Но то, что ты не позволила бы себе переспать с несовершеннолетним, это я точно знаю. Я не прав?

Теперь уже усмехнулась я:

— А чего это ты тогда вчера мне угрожал, чтобы я не вздумала переспать с Ситаром, если был так уверен, что я этого не сделаю?

— Ну, мало ли. Звук барабанов, языки костров, дурман благовоний, таинство ночи, златокудрый сладкий мальчик в кожаных штанах и голым торсом. Тут кто угодно поплывет и не такая фиалочка как ты.

— Ты, конечно, прав, я не способна на такую низость, как использовать невинного мальчика. Не просто мальчика, а наивного представителя отсталой планеты. И ты не представляешь, как мне было тяжело доказывать этому мальчику, что не он какой-то не такой, а это я какая-то не такая. Этот парень серьезно