Генерал драконов. Его лекарка-попаданка - Татьяна Озерова

Кожа. Мышца. Канал. Повязка. Но я слышала осторожные шепотки за спиной.

После визита Торгара ко мне сильно изменилось отношение. До этого момента я была чужой лекаркой из захваченного города. Нужной, но непонятной. Теперь я окончательно стала той, кто спасла жизнь адъютанта генерала Эрнарда.

Стало сложнее, потому что внимания ко мне стало больше. Приходилось лучше следить за своими словами и решениями.

Впрочем, мне было некогда особо размышлять. Перерывов в работе было не так много.

Спустя несколько дней в один из таких перерывов ко мне подошла Тайра.

Я сидела в повозке, сверяя записи писаря с реальными остатками снадобий. Войско двигалось по тракту, колёса глухо били по сухим выбоинам.

Тайра легко запрыгнула в повозку на ходу. Движения у неё были стремительные, гибкие, совсем не человеческие. Драконица опустилась рядом со мной на тюк с бинтами, поправила тёмные волосы, выбившиеся из затейливой причёски, и посмотрела на меня золотистыми глазами.

— Ты как?

Простой вопрос. Обычный. Но что-то внутри меня сжалось.

Я и не думала, что драконы могут спрашивать такое. Да и люди редко спрашивали. В жизни Рианы я была той, кто помогает, к кому приходят с болезнями. Местные принимали моё исцеление с благодарностью, но почти никто не думал, что лекарке тоже бывает тяжело.

А тут настоящая драконица, которым вообще нет особого дела до людей, спрашивает, как я.

— Всё хорошо, — ответила я, опуская глаза к записям. — Работаю.

Тайра посмотрела на ящик рядом со мной. Я проследила её взгляд. Она смотрела на миску с горячей кашей, которую мне принесли полчаса назад.

Я к ней ещё не притронулась, хотела закончить работу. Думала, одну запись сейчас сделаю, но оказалось, что одной записью тут не отделаешься. Каша остыла. Я успела забыть о ней.

— Вижу, что работаешь, — усмехнулась Тайра.

— Сейчас поем.

— Нет, увлечёшься работой, а потом тебя позовут, и побежишь спасать жизни, не думая про свою.

Я промолчала. И откуда она успела узнать, что со мной такое часто случается? Я ведь здесь только несколько дней.

Тайра полезла в поясную сумку и вытащила плоский тёмный футляр. Раскрыла. Внутри лежали плотные тёмные плитки с ненавязчивым цветочным ароматом, завёрнутые в полупрозрачную бумагу.

— Это берут с собой разведчики на долгие переходы, — улыбнулась Тайра. — Очень питательно, вкусно и быстро.

— Меня кормят, — сказала я осторожно.

— Знаю.

Она протянула мне футляр.

— Но ты не ешь. Вот, это если совсем некогда, поможет восстановить силы.

Почему-то не смогла отказаться. Приняла подарок.

— Спасибо, — выговорила я.

Тайра пожала плечами.

— У Торгара были защитные амулеты, но та атака была слишком изощрённой. Мой муж жив благодаря тебе, Риана.

— Я делала то, что умею.

— У тебя мощный дар. Ольдрик говорит, ты работаешь быстрее и чище, чем он сам.

Обсуждать свой дар мне показалось опасным. Я заставила себя дышать ровно.

Тайра помолчала. Потом легко коснулась моего плеча.

— Не надо меня бояться.

От этих слов стало хуже. Значит, мой страх был заметен. Я прикрыла глаза на мгновение и тут же открыла. Надо лучше контролировать себя.

— Знай, мы благодарны, — добавила Тайра.

Она легко спрыгнула с повозки и удалилась. Я осталась сидеть с футляром в руках.

Снаружи шумело войско. Стучали колёса. Звенела сбруя. Где-то впереди отдавали короткие команды. Всё двигалось, жило, подчинялось одной воле. Генерала драконов.

Я взяла две плитки из футляра, положила в карман, и взяла миску. Заставила себя есть, потому что если снова оставлю еду, это снова заметят. Я не должна привлекать внимание.

На следующий день я впервые увидела генерала после той пугающей встречи в подвале.

Мы встали в неглубокой долине, защищённой холмами. Лагерь вырос за считанные минуты.

Я вышла из лекарского шатра подышать. Работа была закончена, а внутри было душно от испарений мазей, горячей воды и запаха крови.

Солнце садилось, окрашивая небо густым багрянцем. Я отошла к повозкам и остановилась, глядя на закат.

И вдруг воздух изменился. Я почувствовала это прежде, чем услышала шаги.

Будто само пространство уплотнилось. Звуки лагеря приглушились. Голоса, звон оружия, фырканье лошадей отодвинулись за невидимую завесу.

Я обернулась. Эрнард шёл через лагерь. Один. Без сопровождения.

Высокий, широкоплечий, в тёмно-сером мундире. Закатное солнце освещало его со спины, и мощная фигура генерала драконов казалась вырезанной из цельного куска тьмы.

Он двигался быстро, размашисто. Люди расступались до того, как он подходил. Освобождали путь, замирали, вытягивались, ловили короткие указания и тут же исчезали выполнять.

Когда он проходил мимо, воздух стал холоднее. Огонь ближайшего факела осел ниже.

А ещё, что-то внутри меня отозвалось на его присутствие. Холодное и тёмное.

В этот момент, не сбавляя шага, он посмотрел прямо на меня. Глаза в глаза…

Я окаменела просто под тяжестью его пристального взгляда.

Слишком долго смотрел.

И будто через силу оторвал взгляд.

Когда он удалился, звуки лагеря возвращались постепенно. Я всё ещё стояла у повозки, вцепившись в её край, и пыталась унять бешеное сердцебиение. А потом, ночью, долго не могла уснуть.

Там, в подвале, когда я согласилась ехать с его армией, я думала, что не буду видеть его. Ведь у генерала слишком много дел. У него армия, стратегия, столица впереди. Я просто лекарка в обозе.

Как же я ошибалась.

Теперь я видела его каждый день. Всегда неожиданно. Когда колонна двигалась по тракту, его высокая пугающая фигура возникала то на гребне холма, то у края дороги.

А ещё я постоянно чувствовала заботу обо мне.

Рядом со мной постоянно были те, кто предугадывал каждое моё следующее движение. Нужна ли была горячая вода, или заканчивались материалы, всё появлялось до того, как я успевала об этом сказать.

Но особенно мне было тяжело от того, что каждый раз, когда генерал появлялся рядом, он всегда останавливал на мне пристальный изучающий взгляд.

Туман висел низко, цеплялся за повозки, оседал на траве мелкими каплями. Я стояла у выхода из шатра, и влага просачивалась за воротник платья, холодила виски, шею, стекала по позвоночнику тонкими ледяными дорожками.

Запахи лагеря оседали на одежде, въедались в волосы, но я уже почти не замечала этого. Тело привыкло. Да и страха перед армией драконов больше не было.

Я стояла и смотрела, как люди в серых мундирах слаженно и быстро сворачивали лагерь. Все знали своё дело, каждое движение было отточено до автоматизма.

Армия генерала Эрнарда просыпалась и готовилась идти дальше.

Я размяла затёкшую шею и пошла к своей повозке.

Перешагнула через мокрый канат,