За гранью Самайна. Наследница - Анна Айдарова

Интересно, кто он вообще? Программист? Скорее всего.

Заказ я сделала скромный. После разговора о деньгах как-то было неловко выбирать слишком дорогие блюда. Но и не нарочито дешевый. Стейк и картофель, к ним салат из свежих овощей. Недорого, универсально, удобно есть и очень вкусно.

Официант уточнил пожелания по прожарке мяса и повернулся к моему спутнику.

— Как обычно. Но для моей спутницы еще десерт и мороженое, пожалуйста.

— Ты даже не спросил, люблю ли я десерты.

— Не страшно, если не понравится, вернем обратно. Но знаешь, тут такое мороженое… Может, от мороженого ты не откажешься?

Я покачала головой, но спорить не стала.

— Значит, фейерверк… а мороженое… шоколадное. Угадал?

Угадал. Я и правда шоколадное мороженое обожала.

— Мне нравится, когда ты улыбаешься, — довольно заявил он, отпуская официанта.

Мы остались вдвоем. Повисла пауза. Собственно, да. Я вдруг осознала, что мы почти ничего друг о друге не знаем. Ничего вообще не знаем. Докатилась, Эл. Соглашаешься обедать с человеком, чьего имени даже не спросила. Он, конечно, спаситель и все такое, но не до такой же степени.

— Мы ведь так толком и не познакомились. Меня Эйлис зовут.

— Красивое имя, и необычное, — неоригинально прокомментировал мой визави. — Кай.

Он улыбнулся, и я поймала себя на том, что мне нравится его улыбка. Не какая-то нарочито обаятельная, предназначенная специально для того, чтобы понравиться девушке. Просто он выглядел действительно довольным происходящим. И еще я явно читала на его лице ожидание: когда же я начну комментировать его имя. Тоже, кстати, не самое популярное в наших краях. Но ему шло.

— Ты давно живешь в Лондоне? — невинно спросила я.

— Пару лет. Красивый город. Но очень мрачный.

— Да? Не замечала… А часто ты так знакомишься с девушками?

— Как именно?

— Находишь их колледжи, поджидаешь у входа, приглашаешь в дорогие рестораны…

— Обычно я начинаю с того, что знакомлюсь с ними. Но как видишь, иногда получается иначе.

— Надо, сказать, ты очень предусмотрителен…

— Стараюсь.

Я рассмеялась. А потом наш разговор потек сам собой.

Мы говорили о совершенно незначительных вещах. О колледже и разных устройствах образования, о Лондоне, о том, насколько отвратительным бывает город в дождливую погоду и как прекрасно, что дождь здесь идет часто. Кай рассказывал забавные истории о людях, которых встречал, я смеялась и совершенно искренне мучила его вопросами.

Потом разговор незаметно перешёл на мой колледж. Пришло время мне расплачиваться за мое любопытство и отвечать на вопросы.

— То есть ты изучаешь, как заставить людей покупать то, что им не нужно? — спросил Кай, уточнив мою будущую профессию.

— Вообще-то нет. Это довольно примитивное представление о коммуникациях. Хотя в итоге… если объяснять совсем просто, то да.

— Тогда объясни мне более сложное. Ты ведь не просто так выбрала именно эту специальность?

— Просто мне интересно, как люди общаются друг с другом и как и почему понимают друг друга.

— И как? — заинтересовался он.

— Мало хорошо и правильно сказать, например, что ты хочешь. Важно, чтобы тебя еще и поняли правильно. Двусторонний процесс. Так что если тебя не понимают, дело не всегда в тебе. Это очень утешает периодами. Удобная теория.

— Забавно, никогда не думал об этом так… Но получается, ты не всегда можешь гарантировать понимание тебя, разве не так?

— Так. И тут как раз вступает умение определить, как именно этому человеку сказать, и что именно сказать, и в каком порядке. Понимаешь?

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня с таким вниманием, что я невольно продолжила.

Меня ведь и правда интересовала не столько реклама, сколько само устройство разговора. Иногда человек задаёт вопрос, но на самом деле не хочет услышать ответ. Он уже решил, что думает о тебе, приписал тебе… да чего только не приписал: свои чувства, мысли, свою мотивацию, и теперь ему нужно только добиться, чтобы ты согласился с его оценкой.

— Например, тебя спрашивают: «Ты ведь понимаешь, что поступил неправильно?» Если я начну оправдываться, можно ведь и принять саму предпосылку, будто ты уже виноват. Но ты на самом деле — с твоей позиции — вообще не виноват.

— Ну а если не понимаешь, что поступил неправильно? — заинтересовплся Кай.

— Тогда спроси, почему твой собеседник так считает.

— И?

— Дальше как раз и зависит от человека. Кто-то объяснит, а кто-то начнёт сердиться, потому что ему нужен был не разговор, а твое согласие. Ожидания. У всех разные ожидания от тебя.

Кай кивнул.

— Признаю, довольно полезное умение. И соглашусь с тобой: иногда вопрос действительно нужен не для получения информации, а для того, чтобы поставить собеседника в определённое положение. Особенно если тот не понимает, что от него ждут не ответа, а признания превосходства собеседника. Мерзко. Неприятно. Особенно, когда кто-то говорит: «Ну что, опять не получилось?» — добавил он. — Он ведь не обязательно интересуется результатом. Иногда ему просто хочется, чтобы ты почувствовал себя неудачником.

— Или когда спрашивают: «Ну как дела?» таким тоном, будто заранее радуются, что у тебя всё не очень и ты неудачник.

— И что ты отвечаешь?

— Смотря кому. Одному папиному знакомому я бодро рапортую: «Лучше всех».

Он рассмеялся.

— Хороший ответ. И что? Как он реагирует?

— Злится, — довольно сообщила я. — Теперь злится. И уже не спрашивает. А первый раз он был так обескуражен, надо было видеть его лицо. У него весь мир сломался. Как же так, меня выгнали из школы, не брали в ту, в которую я хотела поступить, я начала заниматься живописью — и неудачно, по мнению окружающих, по крайней мере, от дочери архитектора ожидали куда больше… А я сообщаю, что все отлично. Вот тогда я поняла, что мне нравится изучать именно коммуникацию.

— Ты оказывается опасная девушка. И часто ты свои умения применяешь на практике?

— Только в крайних случаях, — заверила я. — Я просто не люблю ругаться.

— Тоже отличный способ не подчиняться чужому сценарию.

Я задумалась. Мне никогда не приходило в голову, что привычка отвечать доброжелательно может быть чем-то большим, чем просто вежливость или нежелание портить себе настроение.

— Жаль, это не всегда работает, — заметила я. — Некоторые люди начинают давить ещё сильнее.

— Конечно. Нельзя одним ответом остановить человека, который намерен тебя задеть. Но можно не помогать ему делать это.

— Например?

— Не признавать, что он имеет право определять, что именно ты должна чувствовать в тот или иной момент. Ты можешь выслушать его мнение, но это не означает, что обязана с ним согласиться.