Свидание со смертью - Келли Крэй

Я должен был догадаться, что это его рук дело…

— Полагаю, в представлениях мы не нуждаемся, — произнес Седрик, кивая на Сэра Черного и мрачно поглядывая на меня. Его холодные синие глаза сулили расплату, даже несмотря на любезную улыбку.

— Что ты сделал с Йоханном? — спросил я. Не то чтобы я сейчас мог хоть чем-то помочь старику — или кому-либо еще.

— Отправил на поиски несуществующего водоплавающего, — ответил Седрик. — Флору тоже. Ничего личного, я против них ничего не имею.

Мне хотелось бы ему верить.

— Какого черта ты вообще выбрался из этого ящика? — прорычал я. Не говоря уже о флорином фонаре.

— Леди Красная пришла меня искать, — отозвался он. — Сама того не зная, мы с ней уже некоторое время… в близких отношениях. Полагаю, я должен поблагодарить тебя за то, что ты нас познакомил.

Подождите. Неужели он намекал на то, о чем я подумал? Что я не единственный, у кого есть секретная девушка?

Он встречается с одной из Немногих?

Еб твою мать. Значит ли это, что они нефелимы?

И разве не это я получал за то, что швырял его в Бассейны каждый раз, когда он умудрялся сдохнуть, а я случайно натыкался на него в глуши?

В отличие от меня, Седрик не давал никаких священных клятв, запрещающих подобные союзы.

По крайней мере, пока.

Хотя, с другой стороны, моя клятва включала в себя запрет на шашни со смертными. Мелкий шрифт? Ну, там не было ни слова о том, что нельзя закрутить роман с кем-то из Немногих.

Внезапно книга о Мрачном Жнеце на полке в библиотеке и записка, которую нашла Хелена, обрели гораздо больше смысла…

Как и второй Обреченный — мистер Блуфорд.

Или, вернее, Сэр Блу¹⁰.

Неужели… неужели избавиться от меня со временем стало делом внутренних интриг?

Сколько из Немногих Седрик настроил против меня?

Судя по всему, достаточно, чтобы маг получил то, чего так страстно желал.

— Не думаю, что тебе нужно напоминать, — бросил я, — что ты не сможешь получить эту должность, если я сам ее тебе не передам.

— Но я могу претендовать на нее, если тебя признают не исполняющим свои обязанности, — с ленивым вздохом парировал Седрик — так, будто устал мыслить на шаг впереди меня. — Что вскоре и случится. Учитывая, что ты сейчас исчезнешь… ну, скажем так, надолго.

Прошла секунда, в течение которой моя душа скукожилась, завяла внутри меня и провалилась в пустую утробу.

Седрик загнал меня в мат. Этого нельзя было отрицать.

Хотя я и не рассчитывал, что мое уединение в Элизиуме с Хеленой продлится долго, я никак не предполагал, что оно оборвется с таким громким скрежетом так быстро.

— Очевидно, — сказал я, переводя взгляд с Седрика на Сэра Черного и обратно, — я в любом случае покидаю Священные Чертоги. Но поклянись перед Немногими оставить Хелену в покое, позволить ей жить, даровать ей положенную жизнь, и я пойду на сделку. Я отдам косу — и всё остальное — тебе по собственной воле.

Седрик коротко, презрительно усмехнулся. Затем он склонил голову набок, и на его лице промелькнуло выражение мрачного изумления, прежде чем черты снова застыли в маске затаенной ярости.

— Во-первых, — произнес он, — думаю, ты и сам понимаешь, что мы давно перешагнули ту черту, за которой возможны любые переговоры. Во-вторых, поскольку у меня на эту жизнь были свои виды с самого начала — то, что ты угадал абсолютно верно, — я могу пообещать тебе лишь одно. В отличие от тебя, когда дело касается Хелены, я буду выполнять свою работу.

Крепко сжав косу обеими руками, я шагнул к нему, прекрасно понимая, что не подойду достаточно близко, чтобы снести ему башку, и зная, что даже если бы подошел, это ничего бы не изменило.

И все же, если мне суждено пасть, я сделаю это в бою.

Каждый, мать твою, раз.

Седрик даже не попытался увернуться. Ему и не нужно было — вперед шагнул Сэр Блэк.

Мне было уже плевать, и я нанес удар, но ангел, демон — кем бы он ни был — перехватил косу и вырвал ее из моих рук с такой легкостью, будто ребенок отобрал игрушку у малыша.

Едва оружие рассыпалось дымом и исчезло, другая его металлическая, черно-когтистая рука взметнулась в воздух и мертвой хваткой вцепилась мне в горло.

Пойманный в эту хватку — куда более неумолимую, чем моя собственная, — я принялся отдирать его кулак обеими костлявыми руками, пока он волок меня к своему Бассейну — входу в мой личный ад.

Хелена. Она снова будет ждать меня, а я опять не приду.

Подумает ли она — хоть на мгновение — что я солгал ей насчет своей любви?

Почему эта мысль казалась мне самой жуткой частью всего происходящего?

Сэр Блэк поволок меня к Черному Бассейну, который, стоило нам только приблизиться, выпустил наружу щупальца эбеновой жижи — маслянистые плети, тоже хлестнувшие меня по горлу. Они обвились вокруг моих запястий, ребер и позвоночника, который хрустнул, когда мучитель согнул меня назад над голодной чашей.

Хелена, прости меня.

Хелена, я люблю тебя.

— Прощай, Жнец, — произнес Седрик, даже когда я все еще продолжал отчаянно рваться на свободу. — Можешь не верить, но я буду скучать. Хотя приятно видеть, что ты наконец-то направляешься туда, где тебя действительно ждут.

Я сопротивлялся Сэру Блэку, даже когда он навалился на меня всем весом, вталкивая в Черный Бассейн, который выпустил новые щупальца — все они цеплялись за кости, опутывая их со страшной силой.

Вместе они пытались расшатать и растворить меня, превращая в бестелесный дух, и я боролся с этим каждой унцей оставшейся у меня воли.

Этой воли хватило лишь на то, чтобы показать Седрику один костлявый средний палец.

А потом, в одно мгновение, Омут забрал меня — и коса смерти наконец-то повернулась против самого жнеца.



45 ХЕЛЕНА

Я надела платье цвета шампанского с поясом и рукавами-тюльпанами, но Смерть так и не приехал за мной, чтобы отвезти на свидание.

Сначала я ждала его на диване вместе с Мауи, ожидания, что он материализуется где-нибудь поблизости. В двадцать минут девятого я подошла к окну и выглянула на парковку, надеясь увидеть, не ждет ли