Психолог для вампира - Виктория Радецкая

Милена отвлеклась от дороги, посмотрела на меня и хмыкнула.

— Я думала, что у нее проблемы с самооценкой, паранойя, что-то в этом роде. Назначила тесты. А потом... — она замолчала и снова начала смотреть на дорогу.

— Потом случилось убийство?

— Да, — подтверждает Милена. — И Белла исчезла, не поговорив со мной. Хотя я была уверена, что она захочет обсудить эту тему.

Наконец, мы подъезжаем к старому дому в центре города. Дом явно довоенной постройки — с лепниной, высокими потолками и темным подъездом, пахнущим кошками и временем.

— Восемнадцатая квартира, — сообщает Милена, посмотрев в бумажку. — Третий этаж. Лифта, судя по всему, нет.

Мы поднимаемся по лестнице. Дверь в квартиру чуть приоткрыта. Особо не заметишь, но если подойти близко, то виден небольшой просвет.

Мы переглядываемся.

— Она всегда оставляет дверь открытой? — спрашиваю я.

— Откуда мне знать. Я тоже здесь в первый раз.

Стоит звенящая тишина. Только слышно, как где-то во дворе лает собака.

— Зайдем? — предлагаю я Милене.

Она кивает.

Толкаю дверь.

Квартира маленькая, но уютная. Светлые обои, многочисленные цветы на подоконниках, книжные полки до потолка. В углу — старый диван, рядом — столик с чашкой, в которой еще не засохли следы кофе, раскрытая книга про эльфийскую магию.

— Белла! — позвала Милена.

Никто не отвечает.

Дверь в спальню открыта. Там не заправленная кровать. И тоже никого.

Все вроде на своих места. Но чую в этой тишине что-то неправильное.

— Странно, как будто кто-то ушел в спешке.

— Или его увели, — мрачно замечает Милена.

Я подхожу к окну. Внизу двор-колодец, заставленный машинами. Ничего подозрительного. И запахи, которые навели бы на какие-то мысли, полностью отсутствуют.

Вернувшись к столику, я беру книгу и, без особой надежды найти зацепку, пролистываю ее. И тут из книжки выпадает маленький листочек.

— Смотри, — зову я Милену.

На бумажке написано торопливым почерком:

«Я знаю, кто он. Я знаю, что он сделал. Но я не могу ничего сказать. Он найдет меня и тоже убьет».

— Она боится его назвать по имени, — медленно произносит Милена. — Но она его узнала… От бумажки пахнет страхом. Сильно!

Мы осторожно осматриваем квартиру. Ничего больше. Ни записок, ни следов борьбы, ни отпечатков пальцев, кроме самой Беллы, которые, что логично, находятся везде.

— Похоже, она ушла сама, — делает вывод Милена.

— Не совсем согласен. Смотри, следов борьбы нет. Но дверь входная открыта. Если бы она уходила сама, то закрыла бы ее. Зачем привлекать внимание к своему исчезновению?

— Но, с другой стороны, если ее похищали, то вполне могли второпях дверь не запереть. Тем более, что снаружи им понадобились бы ключи, которых у похитителей не было. А в квартире могли и успеть прибраться.

Мы посмотрели друг на друга, и в этом взгляде появилось что-то новое — не профессиональное любопытство, а общая тревога.

— Надо бы позвонить в полицию, — предлагаю я, — как законопослушным гражданам.

— Законопослушным? — усмехается Милена. — И что мы им скажем? «Мы вломились в чужую квартиру, нашли подозрительную записку и хотим заявить о пропаже эльфийки, которая не отвечает на звонки»?

— Логично. То есть, наоборот, не логично им звонить.

Милена качает головой.

— Полиция нам не поможет. Тем более, что мы у них подозреваемые.

— Тогда что будем делать дальше?

— Обсудим у меня. Поехали в отель. Нам здесь оставаться опасно.

Мы выходим из квартиры, закрыв за собой дверь. На лестничной клетке темно и тихо.

— Знаешь, — говорю я Милене, спускаясь по лестнице, — это похоже на плохой детектив.

— Почему плохой?

— Ну, главный герой — неудачник в депресии, который влип в историю. А главная героиня — женщина с темным прошлым.

— Но у меня нет темного прошлого, — возражает Милена.

— У всех оно есть. Просто не все об этом говорят.

Садимся в машину.

Заводя двигатель, Милена предлагает:

— А поехали к бывшему Беллы. Она говорила, что у него свое кафе. Я помню название. Найдем. Правда, это на другом конце города. Но вдруг он что-то знает. А потом уже в отель. Важно помнить одну вещь — он оборотень.

Я вздыхаю.

— Поехали. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

Милена нажимает на газ.

Город проплывает за окном, а я смотрю на дома, на людей, которые спешат по своим делам, и думаю о том, как легко исчезнуть в этом городе. Как легко стать никем. Как легко перестать узнавать тех, кого когда-то любил.

Странная мысль для вампира с кризисом среднего возраста. И я ее стараюсь отогнать.

Впереди нас ждет оборотень. А это всегда проблема.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — спрашиваю я, вцепившись в дверную ручку, пока Милена на приличной скорости выруливает машину со двора.

— Абсолютно нет, — отвечает она с такой будничной интонацией, будто мы обсуждаем погоду на завтра. — Но другие идеи у меня отсутствуют. Ее бывший — оборотень. У них память на запахи железная. Если он с ней встречался, он вспомнит все, даже какую жвачку она жевала перед их первым поцелуем.

— Это романтично и одновременно жутковато, — замечаю я.

— Но более жутко то, что он вообще все забыл, как говорила Белла. Надеюсь, что он претворялся. Иначе, наша поездка не имеет смысла.

***

Дорога занимает около часа. Кафе, которым управляет оборотень, обнаруживаем на окраине города, в районе, где дома низкие, гаражи ржавые, а собаки слишком крупные и слишком умные по сравнению с обычными людьми.

— Ты уверена, что мы едем по правильному адресу? — спрашиваю я, глядя в окно на проплывающие мимо обшарпанные здания.

— Не совсем. Но навигатор показывает, что кафе находится здесь.

Мы останавливаемся у дома, похожего на бункер. Серый бетон, маленькие окна, массивная железная дверь с глазком.

— Это кафе? Больше похоже на закрытый клуб для байкеров, — комментирую я.

— Если боишься, так и скажи. А я зайду.

Возле входа валяется здоровенная кость. Надеюсь, от мамонта, а не от предыдущего гостя.

Стучу.

Дверь открывается